Если даже солдаты не обладают необходимой информацией, что говорить о простых людях? Операции типа «Феникса» всегда бывают частично засекречены. Поэтому, когда всплывает правда, факты жестокого обращения с мирными жителями воспринимаются как единичный случай, трагическая ошибка. Фолк отмечает: «Должное обучение солдат военным законам вступило бы в противоречие с приемами ведения боевых действий, применяемыми для подавления восстаний и преступными по своей сути. Солдатам, воевавшим в тех частях страны, где народ поддерживал революцию, говорили, что все мирное население, включая женщин, детей, стариков и раненых, надо считать врагами»[202].

По сути, такая тактика предполагает игнорирование интересов каждого члена общества. При искоренении инфраструктуры движения сопротивления мишенью становятся не только лидеры. Целые группы или движения, а то и поддерживающие их народы начинают рассматриваться как объект для допросов, пыток и казней. Именно такая логика и стала причиной массовых жертв во Вьетнаме, которые до сих пор по большей части не признаны. Этот аспект вьетнамской войны очевидно перекликается с деталями расследования пыток и военных тактик в Ираке.

В исследовании Массачусетского университета, посвященном отношению людей к кризису в Персидском заливе 1980-х годов, один из вопросов звучал следующим образом: «Как вы считаете, сколько вьетнамцев погибло во вьетнамской войне?» В среднем американцы отвечали, что примерно 100 000. В официальных же данных значились 2 млн. Реальность могла быть еще страшнее. Исследователи задались вопросом: как оценить немецкую политическую культуру, если, отвечая на вопрос, сколько евреев умерло в холокосте, люди называли число 300 000?[203]

Рис. 10.2. Санкция на убийство мирных жителей. Корейская война, армия США, июль 1950 г. (рассекреченные документы правительства США)

Дискуссия об ответственности за события во Вьетнаме до сих пор не ведется в полной мере – еще актуальны долгосрочные последствия психологической травмы ветеранов Вьетнама, ведь они были и жертвами, и преступниками. На сегодняшний день издано много книг о Вьетнаме, и писать эту историю еще не закончили. Комплекс вопросов об ответственности на индивидуальном и общественном уровнях пока только вырабатывается в американском обществе.

Мы уже убедились в том, что аресты, пытки и убийство лидеров сопротивления с целью подавить движение, которое они возглавляют, – это тактика террора, часто называемая «контртеррористической». Когда политического диссидента криминализируют (зачастую выдвигая ложные или сфабрикованные обвинения), это тоже способствует легитимизации его ареста. Если существует угроза насилия, многие готовы смириться с применением тактики террора во избежание жертв. (Именно этим США оправдывали свои действия в отношении политических преступников во время войны с террором.)

Развитие этой логики приводит к арестам, пыткам и уничтожению большого числа мирных жителей, так как они поддерживают или могут поддержать действия врага и жизнеспособность его инфраструктуры. Преследуют лидеров движений, преследуют группы внутри этих движений, преследуют даже целые слои общества, которые поддерживают эти движения. Любого случайно убитого человека могут представить как «косвенный ущерб».

В 1999 году агентство Associated Press сообщило: бывшие солдаты подтвердили заявления жителей южнокорейских деревень о том, что в ходе резни в Ногылли в июле 1950 года американцами было убито более 400 гражданских беженцев. Военные документы показали: командиры действительно отдавали приказы расстреливать мирных жителей, чтобы избежать риска проникновения лазутчиков противника. После опубликования этого репортажа события почти 50-летней давности стали достоянием общественности, дав ход расследованию.

В 2001 году армия США признала верность этих фактов, но ответственность на себя не взяла, заявив: события, подобные тем, что произошли в 1950 году в Ногылли, – это «трагический и прискорбный атрибут войны». Однако журналисты Чарльз Хэнли, Чхве Cан Хон и Марта Мендоса провели детальное расследование и написали книгу об этом событии[204].

В апреле 2004 года в городе Фалуджа в Ираке было убито несколько сотен мирных жителей. По данным главврача местного госпиталя, в основном это были женщины, дети и пожилые люди[205]. Затем газеты по всему миру опубликовали вызывающие отвращение фотографии американских военных, пытавших пленников-иракцев в тюрьме Абу-Грейб неподалеку от Багдада. И хотя поначалу многие думали, что виновны лишь несколько военнослужащих, которые повели себя неподобающим образом, позже стало понятно, что такие злоупотребления происходят регулярно. Международный Красный Крест опубликовал доклад, подтвердивший: жестокое обращение и пытки в подконтрольных США тюрьмах – систематическое явление[206]. Помимо этого, известно о десятках тысяч иракцев, отправленных в тюрьмы и лагеря военнопленных без предъявления им обвинений[207].