За рамками нашего детского базового опыта мы постепенно обретаем и собственные представления о социальном мире: они нарабатываются в ходе сложных процессов социализации, формирующих наши «взрослые» склонности. В результате бесчисленных взаимодействий с другими людьми в сознании ребенка появляются устойчивые представления о мире как о среде доброжелательной, нейтральной или злонамеренной; заинтересованной или безразличной; восприимчивой или отвергающей; склонной помогать или мешать; поощряющей или обесценивающей; конкурирующей или опасно-воинственной. Начиная с младенчества и на протяжении всего периода становления – в детстве и юности, – эти и другие представления о мире определяют способность человека сотрудничать с другими людьми во взрослой жизни. Масса культурных посланий: этнические традиции, социальные условности, давление сверстников, моральные императивы, политическая пропаганда, воздействие рекламы, идеалы и нормы религии – все это влияет на способность растущего человека эффективно проживать свою жизнь в стремлении к счастью и делать это сообща в рамках правил, которые структурируют свободное общество.
На современных американских политических форумах совершеннолетний гражданин может выбирать между конкурирующими политическими концепциями. С одной стороны, это может быть система, характеризующаяся строгими ограничениями со стороны власти, жесткой защитой собственности и договорных прав, максимальной свободой экономического и социального выбора и максимальной личной ответственностью. Другой же системе может быть свойственно разветвленное, крупное правительство, проводящее политику принуждения и вмешательства в жизнь граждан, проектирующее и регулирующее основные экономические и социальные процессы. Первая система предоставляет широчайшие возможности для самореализации и эффективного сотрудничества; а вторая заметно сужает диапазон экономического и социального сотрудничества и путей для самоопределения.
Выбор в пользу максимальной свободы уважает суверенитет отдельных личностей и их врожденную склонность к взаимному сотрудничеству. Подкрепленный фундаментальными мерами защиты собственности, этот выбор отражает естественную и взаимодополняющую гармонию личных и общественных интересов, которые подкрепляются экономическими эффектами «невидимой руки» Адама Смита и социальными эффектами спонтанного сопереживания, сострадания и альтруизма.
Для того, кто склоняется к системе централизованного управления с неограниченной властью, такие механизмы, напротив, представляют собой жестокую и иллюзорную выдумку, которая поощряет притеснение народных масс «богатеями» или властью зловещих «капиталистов». Эти силы, как утверждается, контролируют основные процессы в обществе. Их необходимо сокрушить деятельностью интервенционистского правительства, поскольку только в этом случае массы могут быть защищены от условий, в корне небезопасных для них.
Выбор в пользу максимальной свободы предполагает, что при соблюдении определенных законов мир можно сделать достаточно безопасным, чтобы в нем можно было доверять людям в их стремлении поступать по своему выбору и жить социально гармоничной жизнью, добровольно сотрудничая друг с другом. Исходя из этих предпосылок, роль правительства здесь состоит в том, чтобы гарантировать, насколько это возможно, равные экономические и политические свободы всем гражданам путем защиты их личности и имущества от любых преступных действий и при строгом запрете принудительного использования времени, усилий и активов любого гражданина для государственных целей.
Выбор в пользу интервенционистского правительства, напротив, резко ограничивает свободы личности, особенно экономические, вследствие стремления государства перераспределять материальные ценности от тех, кто их производит, к тем, кто не производит, а также вследствие неравного и непропорционального предоставления политических и правовых поблажек лицам, причисляемым к находящимся в сложной ситуации.