Более чем актуальная тема: мой каждый второй пожилой доверитель жалуется на некое обессмысливание жизни – весьма опасное психологическое состояние в любом возрасте, и особенно в пожилом.

Я уже не раз об этом писал.

В этой же книжке есть рассказ моего друга, хирурга-онколога А., о тяжело больной (запущенная онкология) бабушке, которая проявила невероятную жизнестойкость, потому что ей просто некуда было деваться: на руках остался мальчик-дошкольник, сын спившейся дочери. И его нельзя было бросить. Здесь, правда, показана обратная сторона проблемы: смысл жизни был настолько силен и явен, что отсрочил минимум на два десятка лет неминуемый, казалось бы, конец.

Бабушка стойко переносила очередные операции с метастазами по мере того, как ее внук сначала пошел в школу, потом ее окончил, поступил в институт. А сейчас она непременно хочет дождаться правнуков. И выжила она, вопреки всем прогнозам, именно из-за четко понятного смысла ее жизни, подпитываемого любовью.

Вторая вышеприведенная история была о женщине сильно за 90, чьи родственники обратились ко мне за помощью, испугавшиеся ее подавленного настроения. Она им напрямую так и сказала: «Мне надоело жить». А мне сказала запомнившуюся печальную фразу, что все люди из ее телефонной книжки давно стали надписями на памятниках. И она сознательно решила умереть. Не суицидом, чтоб не портить карму родственникам, а просто своего рода отказом от жизни. К подробностям вы можете вернуться сами, напомню лишь, что, найдя смысл жизни (историография семьи для любимых детей, внуков и правнуков), она жива и сейчас, перешагнув вековой рубеж. И не просто жива, а по-настоящему жива, чувствуя себя нужной и полезной любимым людям и получая все допустимые в таком возрасте удовольствия.

Да, конечно, они обе не вечны. Но на тот момент на главный вопрос «Зачем я живу?» нашелся ответ, их удовлетворивший.

Обратим внимание на то, что в этих примерах обеих женщин в итоге поддержала любовь к близким. Однако пожилых людей очень много, не у всех есть дети и сохранное здоровье, точнее, у каждого своя проблема. А с растущей средней продолжительностью жизни пожилых будет становиться все больше. Как отвечать им на непростые вопросы? Я ведь уже сказал, что это волнует почти каждого второго.

Конечно, мне могут возразить, что дело не в возрасте. Та же депрессия настигает и молодых.

И все-таки разница есть. Если попавшему под каток депрессии молодому человеку я могу с чистой совестью сказать, что у него вся жизнь впереди, то в нашем случае – увы.

Специально говорю – в нашем, потому что мне тоже идет к 70 и я тоже часто размышляю по этому поводу. Итоги этих своих размышлений и некоторую, на мой взгляд, важную информацию хочу выложить ниже.