Читая эту книгу, вы, возможно, захотите поговорить о том, что узнали, с человеком, у которого, по вашему мнению, есть расстройство личности. Это вполне объяснимо. Ваши фантастические ожидания выглядят следующим образом: человека вдруг осенит, он будет вам благодарен и помчится на психотерапию, чтобы победить своих демонов.

К сожалению, в реальности все обычно не так. Ваш близкий человек, скорее всего, ответит яростью, отрицанием, шквалом критики и обвинениями в том, что это вы страдаете от расстройства.

Возможны и другие сценарии. Человек с симптомами ПРЛ может почувствовать такой стыд и отчаяние, что попытается причинить себе боль или покончить с собой. Или же он может начать использовать полученную информацию для уклонения от ответственности за свое поведение: «Я не могу вести себя по-другому, ведь у меня ПРЛ».

Да, некоторые люди с низкофункциональным типом ПРЛ, как вы узнаете из главы 2, действительно ищут помощи и испытывают такую сильную эмоциональную боль (и, возможно, причиняли себе вред или пытались покончить с собой), что готовы к постановке диагноза. Но лучше не говорить им, что вы думаете, будто они страдают от этого расстройства. Вместо этого покажите обнадеживающие, не вешающие ярлыков материалы об этом расстройстве и позвольте им самим решить, соответствует ли их состояние данным критериям.

Если, что более вероятно, у вашего близкого человека высокофункциональный тип ПРЛ, он может настаивать на том, что проблема во всех остальных. Он не будет заинтересован в лечении и подвергнет вас вербальному и эмоциональному насилию. С вероятностью в 99 % он прибегнет к стратегии DARVO[7]: отрицанию, нападению, проецированию и заявлению о том, что он жертва, а вы обидчик.

Сценарий DARVO обычно выглядит следующим образом: «Нет у меня никакого расстройства личности (отрицание). Ты больной? (нападение) Это у тебя проблемы! (проецирование) Не могу поверить, что ты можешь так обо мне думать (жертва). Если у кого и есть расстройство личности, то у тебя (обидчик)».

Помните, что вы и ваш близкий человек находитесь в двух разных позициях. Вы думаете о том, как объяснить его поведение и помочь ему. А он, скорее всего, услышит, что вы пытаетесь выиграть спор, называя его сумасшедшим и говоря, что в нем все не так.

Поэтому не делитесь своими подозрениями о диагнозе с близким человеком, если только он не попросил вас помочь ему найти ответы на вопросы о том, что он чувствует и что делает.