Итак, готовность человека с ПРЛ признать наличие проблемы и обратиться за помощью была самым важным фактором, определявшим, останется пара вместе или нет.

На примерах сотен опрошенных людей мы увидели, что, когда человек с ПРЛ искренне стремился к выздоровлению, его партнер почти всегда готов поддержать его и помочь пройти через это. Но когда «пограничник» отказывался брать на себя ответственность за проблемы пары, отношения – как бы сильно его партнер ни пытался их спасти – обычно заканчивались.

Ричард

Я остался со своей женой по тем же причинам, по которым влюбился в нее. Она яркая, красивая, остроумная, страстная и веселая. Когда мы поженились, я не знал, что у нее пограничное расстройство личности. На самом деле я даже не знал, что это такое, пока жене не поставили официальный диагноз.

Я с самого начала понимал, что есть какие-то проблемы; иногда они меня расстраивали, иногда злили. А иногда пугали до смерти. Но, несмотря ни на что, жена по-прежнему была моим любимым человеком, у которого просто оказалось психическое заболевание. Даже в самые тяжелые моменты я не думал о том, чтобы уйти. Я не собирался так легко разрывать отношения, особенно учитывая, сколько в них было хорошего. Она была очень больна, но мне всегда удавалось видеть в ней хорошее.

После четырех лет психотерапии и госпитализаций наш брак стал только крепче. В награду за верность я получил ту же страсть, ту же красоту и то же остроумие, которые привлекли меня в ней с самого начала, – все это сохранилось. Но страх и смятение, связанные с ПРЛ, исчезли.

Рода

Я расставалась со своим парнем, страдающим ПРЛ, много раз. Когда он наконец осознаёт, что делает, извиняется и рассказывает, как собирается измениться, я возвращаюсь.

По-моему, это того стоит. Он добрый, красивый, страстный, щедрый мужчина. Я никогда в жизни не встречала кого-то, кто любил бы меня больше, чем он. И он не способен разрушить меня, потому что он меня не определяет. Я сама себя определяю. И мне очень повезло, что его ПРЛ «умеренное» – он не склонен к ярости или вспышкам насилия, не изменяет мне и искренне пытается работать над своим поведением.

Эти отношения меня устраивают, потому что иногда мне очень необходимо личное пространство и одиночество. Я нахожу время, чтобы побыть в одиночестве и получать удовольствие от жизни и без него.

Я осознаю все риски. Но я люблю этого мужчину и планирую наслаждаться его присутствием в моей жизни как можно дольше.

Мари

Сегодня днем мой муж, с которым я развожусь, нанес мне неожиданный визит. Разговор начался с обсуждения дел и финансов, но потом тема переменилась. Он сказал, что я не дала ему шанса (двадцати лет шансов, очевидно, было недостаточно). Наверное, он забыл, как недвусмысленно угрожал мне расправой. Глупая я – разве я не могу просто взять и забыть об угрозе убийством? Я могла бы продолжать описание его извращенной логики, удобной амнезии и явных манипуляций. Но я перейду к смыслу своей истории, которого, кстати, нет. Он просто не понимает. Это я должна была искать подход к нему. Это я должна была заботиться о границах. Я должна была понимать, что у него заболевание. А что должен был он?

Что это за отношения, в которых один человек должен все на себе тащить? Что это за отношения, в которых один человек должен все понимать, все прощать и все время только отдавать нуждающемуся партнеру?

Он позвонил мне через несколько часов и, вздыхая в трубку, стал говорить, что с таким успехом мог бы бросить и работу. Он сказал, что подумывает о покупке пистолета. Мне потребовались все мои силы, чтобы повесить трубку, – и я повесила. Я оставила его наедине с его страданиями. Я даже не знала, что во мне еще есть сила. Но она есть. И для меня совершенно нормально снова жить собственными чувствами.

Пока я пишу эти строки, я наблюдаю, как мой восьмилетний ребенок наполняет декоративную клетку для птиц овсяным печеньем. Это его научный проект. Почему я об этом упоминаю? Потому что мой сын может спокойно быть самим собой, не опасаясь ярости или оскорблений со стороны того, кому он должен был бы доверять. Потому что его мать может спокойно позволить ему быть восьмилетним ребенком. Потому что у всех нас есть такая возможность, и не нужно извиняться за болезнь, в которой мы не виноваты.

Сыпьте печенье в клетки для птиц, заливайте его молоком, ешьте руками и устраивайте беспорядок. Смейтесь до боли в боку; плачьте, когда что-то идет не так; позволяйте себе абсолютно ничего не делать; говорите то, что на самом деле думаете; и думайте, что говорите. Хоть раз позвольте себе быть собой.