В течение следующих суток у Дика было достаточно пищи для размышлений. Чем больше он обдумывал свой визит к Болларду, тем больше запутывался. Насколько он понимал, был какой-то секрет, связанный с Одри, который Рэндольф знал и которым он воспользовался, чтобы уговорить девушку обручиться с ним. Но поскольку Оливер непонятным способом заставил подлеца расторгнуть помолвку, с чего тогда ему бояться мести со стороны отвергнутого ухажера? Если у этого подозрительного друга леди Хэмбер было что-то против Одри, то, несомненно, у Болларда было что-то против него. И те, и другие сведения имели какое-то отношение к убийству в Сарлейском лесу. Но Одри не могла быть виновна, и Рэндольф тоже не мог быть вовлечен в это. И что тогда означали намеки Болларда? В отчаянии Дик бросил распутывать эту головоломку, ведь рядом не было даже Джози, которая могла бы помочь ему.

Миссис Трембли снова исчезла – на ее двери опять висела записка о ее отсутствии. Лоусон не мог понять, куда она пропала и зачем, – он знал только, что ее действия имели какое-то отношение к делу. Преступление, в котором молодой человек оказался задействован, было запутанным с самого начала, но теперь все казалось еще сложнее. Дик думал, думал и думал в надежде прийти к какому-то заключению, чтобы их с Одри и Оливером невыносимая жизнь в страхе закончилась, но лишь еще больше разволновался.

Игра определенно не стоила свеч, так как его волнения ни к чему не приводили. По этой причине после суток мучительных раздумий он отбросил все сомнения и решил отправиться на Винтер-сквер.

Он увидится с Одри, он признается ей в любви, предвкушал Ричард. Преступление, все загадки, странное поведение Болларда и Рэндольфа – все это могло идти к черту. Мучения Дика были так велики, что больше вынести он не мог, и он отправился к Одри, чтобы найти утешение.

– О, я рада вас видеть, мистер Лоусон, – поприветствовала его девушка и с улыбкой протянула ему обе руки.

Дик был так поражен ее неожиданной доброжелательностью, и даже больше чем доброжелательностью, что мог лишь смотреть на нее и сжимать ее руки в своих. Он заметил, что, несмотря на улыбку, лицо девушки было уставшим и бледным.

– Я рад вас видеть… – пробормотал Ричард. Все его мысли перемешались, и он не знал, как поблагодарить ее за столь радушный прием. – Вы… вы очень добры.

– У меня есть на то все причины, – серьезно ответила мисс Хэмбер. – Садитесь, мистер Лоусон. Чай скоро принесут, и мой брат Джеральд скоро прибудет. Он хочет увидеться с вами.

– Замечательно! – пробормотал все еще ошеломленный молодой человек. – А миссис Трембли придет?

– Она написала, что придет, но больше я ничего от нее не получала. Вы видели ее?

– Последние два дня – нет. Она исчезла, – ответил Дик с озадаченным видом. – У Джози очень хорошо это получается.

– Она всегда была странной, – вздохнула Одри, садясь в глубокое кресло напротив гостя, – но она очень умна и так дорога мне. Она сказала, что знает вас всю жизнь.

– Да, – подтвердил Лоусон, – и всю жизнь она ужасно издевается надо мной.

Одри рассмеялась.

– Я не думаю, что вы бы позволили над собой издеваться. Помните, как вы обращались со мной в лесу?

– Это было для вашего же блага, – сказал Ричард с улыбкой.

Хэмбер снова рассмеялась. Она не сомневалась, что любит Дика. Он покорил ее сердце в тот самый миг, когда они так необычно встретились в Сарлейском лесу, и с тех пор ее сердце принадлежало только ему.

– Ваша помолвка расторгнута, – внезапно сказал Лоусон, снова глядя ей в лицо, с ноткой победы в голосе.

– Да, а как вы узнали? – Девушка залилась краской, и ее лицо стало крайне смущенным.

– Ваш дядя Оливер сообщил мне и миссис Трембли. Мы все были очень рады.

– Излишне спрашивать почему, – с облегчением кивнула мисс Хэмбер. – Никому из вас не нравится мистер Рэндольф.

– Мы ненавидим его. А вы? – Ричард внимательно посмотрел на нее.

– Я… я… он мне безразличен, – смущенно пробормотала она.

– Я так и думал. – Дик наклонился вперед. – И я надеюсь, вы не разозлились на меня за то, что я сказал в нише?

– В нише? – Одри смотрела в пол и вырисовывала узоры на ковре кончиком своей туфельки.

– В той нише, – сентиментально продолжил ее гость, – где я…

Девушка легко догадалась, что он хотел сказать, и ее сердце забилось сильнее. Она ждала, что же скажет Ричард, но в этот момент дверь открылась, и на пороге появился высокий, худой молодой человек. Увидев Лоусона, он подошел к нему, протягивая руку, и от Дика не укрылось выражение беспокойства на его лице.

– Я должен поблагодарить вас, мистер Лоусон, – сказал Хэмбер тихим хриплым голосом. – Вы стали хорошим другом мне и Одри.

– О, это честь для меня, – отозвался Дик, желая поскорее закончить эту тему. – Я сделал то же, что сделал бы любой приличный джентльмен.

– Нет! Нет! – запротестовала Одри. – Из тысячи людей никто бы не повел себя так, не проявил бы такое рыцарство и благоразумие.

– Я тоже так думаю. – Джеральд опустился в кресло с усталым вздохом. – Как я и сказал моей сестре, мистер Лоусон, вы само воплощение силы. Вы должны были слышать, как наш дядя Оливер хвалил вас.

– Мистер Боллард мой друг, – засмеялся Дик, все еще стараясь развеять напряженную атмосферу, – но он слишком хорошего мнения обо мне. Я действительно не сделал ничего великого, – но хотел бы сделать.

– Каким образом? – спросил молодой Хэмбер без особого интереса.

– Я хотел бы разгадать тайну смерти вашей мачехи!

– Если бы вы могли, – вздохнул брат Одри, и выражение его лица немного изменилось. – Но я не думаю, что вы когда-нибудь сможете это сделать.

– Я бы на вашем месте не отчаивался. С помощью миссис Трембли я надеюсь добраться до истины.

– Не сдавайтесь! – страстно воскликнула Одри. – Вы и Джози так умны, что я уверена: у вас все получится!

– Вы хотите, чтобы у нас получилось?

– Больше всего на свете, да, и Джеральд тоже этого хочет. Мы не сможем жить спокойно, пока вы не раскроете эту тайну.

Девушка собиралась продолжить, но тут в комнату вошли двое лакеев, которые принесли чай. И пока все наслаждались напитком, Джеральд оглядел комнату.

– Мне казалось, что должен был прийти кто-то еще, – сказал он.

– Джози, моя дорогая подруга, – тихо ответила Одри, наполняя чашку Дика.

– Ах да, конечно. Но, по-моему, не только она, кто-то еще. Мистер… мистер… Как, ты сказала, его зовут?

– Лоусон, – ответил Ричард, поняв, что у молодого человека случился провал в памяти.

– Именно, Лоусон. Да, вы помогли Одри в лесу, когда я… когда я… – На лице юноши отразилось крайнее беспокойство. – Что я делал в лесу, Одри?

– Не думай об этом, Джеральд, – взволнованно попросила его сестра. – Выпей еще чаю.

– Нет. Мне надо подумать. Кто-то еще придет. Ему не нравится Лоусон.

Дик озадаченно уставился на брата с сестрой.

– Кому я не нравлюсь, Хэмбер?

– Тому, кто придет. Ах да! – Лицо Джеральда прояснилось. – Рэндольф. Ему вы не нравитесь.

– Мне он тоже не нравится! – ответил Дик.

– О, Рэндольф не плохой. Мы были вместе в Африке.

– И вы спасли ему жизнь? – тихо заметил Ричард.

– Разве? Я не помню. Но когда он придет…

– Джеральд! – перебила брата Одри. – Ты же не хочешь сказать, что пригласил его…

– Мистер Рэндольф, – объявил дворецкий Бэкхаус, открывая дверь.

Нежданный гость вошел в комнату, но сразу же остановился, увидев Лоусона. Он был красиво и дорого одет, но выглядел надменным. Мисс Хэмбер покраснела, а ее взгляд стал сердитым.

– Зачем вы пришли сюда? – спросила она прямо.

– Джеральд пригласил меня, – высокомерно ответил Артур. – И я хотел прийти.

– Садись, друг, – сказал Хэмбер, указывая на стул рядом с собой. – Ты знаешь мистера… мистера… как, вы говорите, ваше имя? – вновь обратился он к Дику.

– О, я знаю его имя и все о нем, – холодно сообщил Рэндольф, – и я должен сказать, что удивлен, увидев здесь инструктора по верховой езде.

– Это мой друг, – сказала резко Одри.

– О, что ж, – усмехнулся в ответ ее бывший жених, – если вы решили выбирать друзей из отбросов общества, мне нечего…

– Прекратите, – велел ему Дик, вставая. – Не забывайте, что вы в гостиной у леди, мистер Рэндольф. Вы ответите мне за эти слова на улице.

– Где пожелаете, – дерзко отозвался Артур. – И больше вы здесь не появитесь.

– Как вы смеете такое говорить?! – закричала Одри, и ее щеки покраснели от гнева.

– Я имею право! – Рэндольф сел, а потом снова вскочил с места. – Я видел вас там, поэтому теперь я хозяин положения.

Хэмбер тоже поднялся со стула.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он с негодованием.

– Я имею в виду, что видел, как ты внес Одри в дом в ту ночь, когда ваша мачеха была убита.

– И?.. – Джеральд покраснел, а потом побледнел, но голос его не дрогнул. – И что же это означает?

– Что кто-то из вас застрелил ее. Вы будете слушаться меня, оба, или я все расскажу. И никто не сможет мне помешать.

– Вы ошибаетесь, – послышался уверенный голос со стороны двери, и все трое быстро обернулись посмотреть, кто так неслышно вошел в комнату. – Я смогу.