Горячий грог перед охотой. Стены гостиной в охотничьих трофеях. Присутствуют: Гитлер, Ева Браун, Кальтенбрунер с дочерью Бригиттой, Пауль.

Геринг играет в шахматы с фон Штюбе. За ними на стене большая старинная гравюра, изображающая панораму Нюрнберга XVII века. Перед ней покачивается на цепях обнаженный меч.

– Вчера я беседовал с Геббельсом о глубоком влиянии Ницше на немецкий дух, – медленно говорит Геринг. – Ведь поколения различаются теперь в зависимости от того, напичкали их Ницше или нет.

Гитлер: Да, он как крысиный яд в кишках наших врагов.

Далее все начинают говорить цитатами:

– Ампутация личности способствует ее саморазгибанию.

– Без кровопролитий любая нация дряхлеет.

– Нет способа говорить о неизвестном, можно быть только свидетелем его.

– Сумасшедшие всегда говорят о самом главном.

– Нужно делать все до конца или вообще ничего не делать.

– Осуществление желаемого порядка отождествляется с восхвалением порядка существующего.

– Формула нашего счастья: Да, Нет, Прямая линия, Цель, – говорит фон Штюбе, передвигая ферзя через все поле.

– А это откуда? – спрашивает Геринг.

– Из Ницше – опыты критики христианства, – отвечает фон Штюбе.

– Я про ферзя, молодой человек. – Все смеются.

– Пусть гибнут слабые и уродливые – первая заповедь нашего человеколюбия… – пытается вступить в разговор Пауль, до этого занятый ухаживанием за дочерью Кальтенбрунера Бригиттой (девушкой слегка не в себе).

Его перебивает Кальтенбрунер:

– Вчера в лабораторном питомнике я видел ритуал выбора крысиного короля. Вспомните Гофмана. Это новое оружие. Зараженные холерой крысы будут использованы в Северном Китае. Кстати, в этом проекте принимают участие японцы.