В конце лета и моей работы на Мусу мне снова довелось побывать у него дома. На этот раз он лично меня пригласил. Я входил в дом, оглядываясь по сторонам, словно впервые, хотя и я, и Муса знали, что это не так. Вдоль стен была расставлена грубая мебель, часть которой была сколочена хозяином дома. На одной из стен висел даргинский[1] ковер. К нему была приколота чья-то старая черно-белая фотография. Наверное, это родственник Мусы, возможно отец, подумал я. Хозяин дома тем временем заваривал травяной чай и расставлял на столе чашки. В его рабочих руках с мозолями и потемневшими ногтями они казались слишком белыми и хрупкими.

В комнату вошел Пират, которого я не видел с того самого дня. Он прошел мимо, как будто никогда меня не знал. Отец потрепал его по голове и только на им понятном языке жестов спросил, будет ли тот чай. Пират кивнул и сел на табуретку напротив меня. Заметив, что я на него смотрю, он отвернулся. Но периодически поглядывал в мою сторону, пытаясь скрыть улыбку рукой. Все же узнал. Я тут же почувствовал себя неуютно. Казалось, что стул покрылся иголками.

– Наконец познакомитесь нормально, – сказал Муса, поставив передо мной тяжелую хрустальную вазочку с рафинадом.

Я стал потихоньку отхлебывать горячий чай, обжигающий язык, лишь бы чем-то занять руки.

– Это Аслан, – обратился сначала он ко мне. – А это Абдулмаджид. Будете знакомы.

Я кивнул Аслану. Он улыбнулся мне, поняв по движениям рук отца, что тот нас знакомит.

– Он все слышит и почти все понимает, – продолжил Муса. – Аллах отнял у него лишь речь.

Я не знал, что ответить.

– Если хочешь, приходи к нам в гости и играй с Асланом иногда. Он одинок, как и ты. Может, ты мог бы иногда читать ему свои книги. Он любит, когда ему что-нибудь рассказывают.

Я не был уверен, что захочу еще когда-либо увидеть Аслана, но не стал спорить с Мусой.

– Абулмаджид хочет писать истории. Как сказки Шахерезады, которые тебе нравятся.

– Но на самом деле я еще не написал ни одной. – Я втянул голову в плечи.

– Все когда-то начинают. – Муса протянул мне конфету. – После чая можете погулять с Асланом здесь в окрестностях. Только не уходите далеко.

Я сам не понял, как так вышло, но послушно вышел вместе с Асланом. Мы брели с ним в тишине до развалин мельницы. Там я решил присесть, а Аслан устроился рядом со мной.

– И как мы будем разговаривать? – обратился я к Аслану.

Он лишь улыбался мне своими ясными голубыми глазами и играл с соломинкой, которую успел сорвать где-то по пути.

– Значит, любишь слушать истории?

Аслан выжидающе смотрел на меня.

– Расскажу тебя сказку, – начал я слегка неуверенно, но одновременно желая поведать наконец одну из тысячи историй, живущих в моей голове, настоящему слушателю. Аслан подходил как нельзя лучше. Он никому не расскажет, если я буду совсем уже плох в сочинительстве. – Давным-давно в одном очень далеком королевстве жили король с королевой. Они очень любили друг друга и хотели всегда быть вместе. Но у них не было детей…