Комбат в очередной раз настраивал рацию, часто курил, заметно нервничал. Повод к тому был. Связи со штабом со вчера не было. Батарея расположилась в одном из сел ЛНР.

САУ установили на пригорке. Две машины постоянно дежурили. В эфире приказали хранить радиомолчание. Уж слишком тревожные слухи доходили. Враг, который вчера еще был в десяти километрах и активно обрабатывал наши тылы артой, сегодня смолк. Молчала и пехота на передке.

Комбат молчал с другим офицером на пару. Молчание их было разным. Подчиненный смотрел на начальника с ожиданием какого-то решения в силу специфики профессии. Субординация и все такое. Ему было легче. Все же груз не на нем. И от этого комбата было жалко. А ну как ошибется? Комбат все это время ломал голову. Приказа уходить не было. Выйти из села – значит, сдать позиции. Но фронт впереди молчал. Это было дурным знаком.

Когда день и ночь гремит канонада – это хорошо. Свои, чужие «выходы» и «прилеты», расстояние до которых можно на слух определить с точностью до километра, это постоянство, почти стабильность. Сейчас же ее не было. Как и связи.

– Может, полковую частоту сменили? – спросил, чтобы хоть что-нибудь сказать и нарушить молчание второй офицер.

Он прекрасно знал, что это глупый вопрос и ответ на него есть. О смене частот их бы предупредили заранее. Да и запасные частоты не работали.

– Что там Камыш? – уточнил комбат.

– Ходил на сопку, пробовал, тишина, – развел руками собеседник.

– Хреново, ладно, пусть еще пытается. Ждем час, все пока наготове в машинах, потом приму решение, – нахмурился командир батареи.

Командир и наводчик ковырялись у башенного пулемета, заправляли ленту. «Корд» – штука грозная, любую легкобронированную технику в дуршлаг превратит. Вот только самоходчики аппаратом этим давно не пользовались. На полигоне. Но тогда вполне выполнили нормативы.

– Прямо контакт! – закричал в рацию командир соседнего утюга. – Наблюдаю две «коробочки».

Оба экипажа почти одновременно заняли свои места в САУ. Зарычали моторы.

– «Первый», я «Шестой», жду команды, – прокричал, что есть силы сжимая тангету, командир орудия.

Комбат с капитаном выскочили на улицу. Но со двора ничего не было видно. Еще далеко.

– Мчат на полном ходу, похоже, два внедорожника, – продолжил доклад по рации командир орудия.

– «Шестой» и «Четвертый», подпустить поближе и по целям огонь, – приказал комбат.

Повисла тишина. Где-то вдали раздалось урчание моторов. Уж слишком внаглую они перли средь бела дня. Если свои, наверняка должны были предупредить. А если мирные, то почему так спешат? Тут не шоссе.

Оба «Корда» с разницей в несколько секунд открыли огонь. С тяжелым уханьем застучали крупнокалиберные пулеметы. Впереди что-то ухнуло. Спустя минуту все стихло. Последние выстрелы разнесло по поселку припозднившееся эхо. Вновь повисла гнетущая тишина.

– Обе машины горят, – доложил «Шестой». – В топливные баки попали. Одна пыхнула неслабо, наблюдаю вторичную детонацию. Похоже, что-то интересное везли.

– Принял, «Шестой», дежурим, – приказал комбат и, отложив рацию, сказал капитану: – Возьми старшину, свободный экипаж, проверьте, что за перцы к нам пожаловали.

Машины догорали на расстоянии в двадцать метров одна от другой. Обе – «Хамви», помощь чубатым от англосаксонских союзничков. Из первой никто не успел выбраться, она приняла на себя основную лавину свинца. У второй на земле поодаль обнаружили двух пассажиров в одежде цвета хаки. Не наша, натовского образца. Рядом валялись каска с сине-желтым флажком, автомат Калашникова и какая-то импортная винтовка. Воняло паленым мясом. Тошно было осознавать, что так пах горелый хомо сапиенс.

Больше никто не успел выскочить. Корды сделали свое дело. Сто-двести метров для них не дистанция. САУ стояли в кустарнике на пригорке, поэтому враг их не заметил.

– Разведчики это, скоро остальные пожалуют, – входя в дом доложил комбату капитан.

– Уходить надо, – сказал комбат. – Пятнадцать минут на сборы. Командуй.

На улице застрекотали выстрелы.

– По «птичке» работаем, – доложили по рации.

Бойцы грузили имущество в КамАЗ, когда прилетела первая мина, следом вторая, третья. Пришлось ускоряться.

Батарея покидала село. Когда поднялись на пригорок, позади загромыхало. Мост, что они миновали всего несколько минут назад, принял на себя удар «хаймарсов» и сложился. Перекрытия рухнули в воду, поднимая тучи брызг.

– В колечко хотели взять, да не успели. Повезло так повезло, – говорили друг другу бойцы. – Еще бы чуть-чуть, и все, пришлось бы вплавь без машин уходить.

Отступили без потерь.

Приказ отходить пришел через два часа, когда заработала связь. Это был 2022 год. Тяжелое время. Но батарея остановилась, закрепилась и продолжила сражаться с врагом. Контрнаступление противника было остановлено.

А потом они пошли вперед, занимая отбитые у врага поселки. Но это было потом. А пока ребята оседлали одну из высот и принялись окапываться. Время не ждет, скоро дадут новые цели, а значит, батарейцев ждет горячая работа.