Я полное ничтожество.

С этим не поспоришь.

На утро после фестиваля «Вуду» я написал Иви сообщение о том, что нам лучше на время прекратить общение и дождаться полнолуния, когда мы проведем ритуал по снятию заклятия, что бы он из себя ни представлял.

Надеюсь, ритуал заключается в том, что обнаженные ведьмы танцуют в лесу.

Заткнись. Именно из-за тебя я и попал в эту передрягу.

Из-за меня? Что я такого сделал?

Его голос звучал совершенно невинно. Он и правда не понимал.

Ты напугал Иви до полусмерти, и я никогда тебя за это не прощу.

Он грубо фыркнул.

Она не испугалась. Уж поверь мне. Она была готова пуститься во все тяжкие. А ты опять испортил нам всю малину.

Что-либо объяснять ему было бесполезно. После той ночи, когда я утратил контроль на несколько мучительных минут, меня охватил настоящий, пробирающий до самых костей страх – и я запретил себе видеться с Иви. Наказание, которое я назначил себе, оказалось настоящей пыткой. Не только потому, что Альфа постоянно встревал в поток моих мыслей, пока Иви не было поблизости, но еще и потому, что я… скучал по ней.

Я скучал по ее самодовольной улыбке, изящной линии рта, по тому, как ее хвостик раскачивался из стороны в сторону во время ходьбы, по ее легкому флирту и милому лицу.

По ее упругой соблазнительной попке.

Что Иви подумала, когда я предложил ей подождать со встречами, пока мы не проведем ритуал по снятию заклятия, я не знал. Она прислала мне ответное сообщение, в котором выражала беспокойство по поводу того, успею ли я выполнить в срок заказ для Сандры. Я сказал, что пара дней погоды не сделает.

Врать я был мастак.

Мне казалось, что я медленно умираю. Мучительно. Час времени по ощущениям тянулся как тысячелетие. Поэтому я сходил в душ, оделся и принялся расхаживать по квартире, пытаясь отговорить себя от похода в «Котел», потому что я знал – Иви сегодня была там.

Да о чем тут вообще думать? Ты знаешь, что все равно пойдешь туда.

Я не должен.

Очень даже должен, черт побери. Она хочет, чтобы мы пришли. Она по нам скучает.

Скорее всего, она благодарит бога за то, что я дал ей передышку на несколько дней.

Я к тому, что после того, как я сказал ей, что мы не должны видеться, она ни разу мне не написала.

Если я правильно помню, сочинил ты буквально следующее:«Мне нужно какое-то время держаться от тебя подальше».

Если так подумать, то звучало это и правда не очень красиво. Я действительно отправил ей сообщение, которое сформулировал именно таким образом, но я также добавил, что до сих пор обеспокоен тем, что произошло в доме с привидениями. Она ответила, что понимает, и замолчала. На три дня. Я умирал. Умирала ли она? Скучала ли по мне?

Ты все испортил. Она забила на тебя и живет дальше.

Она не могла забить, не на что тут забивать. Мы просто друзья.

Продолжай убеждать себя в этом. А пока ты этим занимаешься, надевай гребаные ботинки и отправляйся к ней.

Вот так я и жил последние три дня. Я избегал встречаться даже с Мисси, прекрасно осознавая, что постепенно вновь превращаюсь в маниакально-нервного парня, которым был до встречи с Иви. Я даже не подозревал, насколько нуждался в ней – успокоить моего зверя под силу было только ей.

Бла-бла-бла. Чепуха. Хватит нести чушь. Пошли уже.

Ладно!

Я натянул ботинки, схватил черную толстовку с капюшоном и направился к выходу. Засунув руки в карманы, я пробирался сквозь ночную толпу, заполонившую тротуары. Из-за прохладной погоды люди покинули свои квартиры и высыпали на улицу. Они бродили от одного здания к другому, смеясь и наслаждаясь обществом друзей. Глядя на них, я чувствовал себя одиноким.

Внезапно я остановился как вкопанный. С каких это пор? Я никогда не чувствовал одиночества. Я по собственной воле был одиночкой, счастливым холостяком и в высшей степени довольным собой интровертом. Когда это гнетущее чувство одиночества успело просочиться в мою жизнь?

Могу дать подсказку. Начинается с «и» и заканчивается на «и».

Быть того не может.

Ну и тормоз же ты. Пораскинь мозгами.

Глубоко задумываться об этом я не хотел. Сейчас я мог думать только о…

Невероятно сексуальной и соблазнительной ведьме.

Иисусе. Я зашагал быстрее, надеясь, что – во имя всего святого – он заткнется, как только я окажусь рядом с Иви. Теперь я двигался так, словно был шпионом на задании. Я даже не удивился, когда две молодые женщины, шедшие мне навстречу, отскочили в сторону и посмотрели на меня как на сумасшедшего – настолько быстро я летел по тротуару. Я ничего не мог с собой поделать. Я поддался искушению и теперь должен был увидеть Иви как можно скорее.

Я сходил с ума от страха: у нее было достаточно времени, чтобы поразмыслить над тем, что произошло в доме с привидениями, и над тем, какую чушь Альфа ей тогда наговорил. В тот момент, когда контроль над моим телом принадлежал ему, я слышал каждое произносимое Альфой слово, чувствовал все, что чувствовал он. Не представляю, какие мысли крутились у Иви в голове, когда мы вытворяли с ней такое. Говорили ей подобные вещи.

Ей нравилось.

Ты напугал ее, придурок.

Ведьма каждую ночь лежит в своей постели и мысленно прокручивает в голове все, что произошло в той комнате. Она была полностью готова, я носом чуял.

Отлично. Из-за него я начал представлять, как Иви трогает себя, лежа в постели, и теперь мой член стал твердым, как молот.

Гортанный смех эхом разнесся в моей голове.

Я протиснулся сквозь толпу людей возле магазина «Редкие книги и снадобья от Рубена», свернул в переулок, в глубине которого располагался «Зеленый свет». Владельцем магазина и подземелья позади него, а также руководителем Вампирского ковена в Новом Орлеане был Рубен Дюбуа, человек скрытный. Возможно, он был даже более скрытным, чем я. Я никогда не имел дела с вампирами, но знал, где они обитают. Бизнес в подземелье сегодня, похоже, процветал: люди вовсю развлекались и забавлялись с прекрасными бессмертными существами. На самом деле бессмертными они – как, впрочем, и я – не были, но жили в разы дольше, чем большинство других сверхъестественных.

– Простите.

Я протиснулся мимо высокого худощавого парня, который курил сигарету, прислонившись спиной к газовому уличному фонарю, расположенному в начале переулка. Меня внезапно захлестнуло волной меланхолии, словно пустота одарила своим поцелуем.

Сгинь, грим треклятый.

– Удалось снять заклятие? – спросил грим, останавливая на мне взгляд темных глаз и затягиваясь сигаретой.

– Пока нет, – бросил я через плечо и только потом сообразил, что в тот день, когда мы впервые встретились, я, вообще-то, не говорил ему, что с меня нужно снять заклятие.

Я двинулся дальше, мрачное настроение испарилось. Очевидно, вампиры наняли грима, чтобы тот помогал раскручивать бизнес. Объяснимо. Исходившая от них эмо-аура делала некоторых людей более восприимчивыми к удовольствиям подземелья. Если бы, находясь в паре кварталов отсюда, я не осознал собственное одиночество, то списал бы появившееся мрачное настроение на присутствие грима. Но он был ни при чем. Правда заключалась в том, что впервые в жизни я не хотел довольствоваться собственным обществом. Я тосковал по Иви.

Я быстро прошел последние несколько кварталов, затем сбавил скорость и судорожно вздохнул, увидев перед собой «Котел», из которого доносились звуки гитарной музыки. Распахнув дверь, я скользнул внутрь. В заведении толпился народ, все столы и диванчики были заняты, но возле барной стойки еще оставались свободные стулья. Я подошел к одному из них и, усевшись, принялся высматривать Иви в толпе. Пока я искал ее, моя нога отбивала бешеный ритм, колено двигалось вверх-вниз как сумасшедшее.

– Могу я предложить тебе что-то из напитков?

Я вздрогнул. Опираясь обеими руками на стойку, прямо передо мной стоял хмурый Джей-Джей.

– Подойдет любое пиво.

– Импортное или отечественное?

– Мне все равно.

Он отошел, чтобы выполнить заказ. Я продолжал рыскать глазами по залу, и меня начала охватывать паника. Мне нужно было увидеть Иви, не то я бы сошел с ума.

Джей-Джей со стуком поставил передо мной запотевшую кружку.

– Ты ищешь Иви?

– Она работает сегодня? – Я старался говорить непринужденно, но, уверен, отчаяние в моем голосе слышалось так же отчетливо, как ощущалось в душе.

Как только я задал этот вопрос, в дверях кухни появилась Иви, державшая в руках поднос, уставленный едой. Клянусь, волна адреналина и спокойствия прокатилась по моим венам с такой скоростью, что у меня обмякли конечности. Я поставил кружку с пивом обратно на столешницу и вытер вспотевшие ладони о джинсы.

– Эй. – Мое внимание вновь переключилось на Джей-Джея и его руки, скрещенные на груди. – Мне нужно знать, какие у тебя намерения в отношении Иви.

Я едва не рассмеялся, но потом понял, что он говорил серьезно. То, чем мы занимались с Иви, его не касалось, но я выгнул бровь и закусил губу, чтобы случайно не озвучить эту мысль вслух.

Джей-Джей наклонился еще ближе, положив руку на стойку бара.

– Если ты планируешь затащить ее в постель, а потом бросить, знай: мне плевать, оборотень ты или нет, я надеру тебе задницу.

Ага, конечно.

Он был достаточно мускулистым и вел себя так, что становилось ясно: это были не просто слова.

Я покачал головой.

– Нет, я не планирую так поступать.

– А что ты тогда планируешь?

Я усмехнулся и сделал глоток пива.

– Откровенно говоря, я сам не знаю. Но уверяю тебя, причинять боль Иви я точно не собираюсь.

– Ладно. – Он протянул огромную лапу для рукопожатия. – Я Джей-Джей. Будем знакомы.

Я пожал его руку, почему-то радуясь тому, что этот здоровяк по-братски присматривает за Иви.

– Матео.

– Я знаю. – Он кивнул куда-то в сторону зала.

Как только я обернулся, возле меня появилась Иви, краешек ее рта тронула легкая улыбка. Мне страшно захотелось наклониться и поцеловать ее.

– Привет! Я думала, мы увидимся только завтра.

Она поставила поднос на стол, Джей-Джей взял его в руки и понес на кухню. Несмотря на то, что произошло в прошлый раз, в поведении Иви не было ни намека на неловкость или смущение.

– Мне просто нужно было… Я хотел…

Что я хотел? Думай, думай, думай. Черт, я даже не подобрал слова, которые хотел ей сказать. Мне нужно было находиться рядом с ней, видеть ее, упиваться взглядом ее чудесных глаз и не менее чудесной улыбкой. Дьявол! Я вновь таращился на ее губы. Хватит! Черт, что я там говорил?

– Я решил забежать и – вроде как – посмотреть на тебя. То есть увидеть тебя. Провести с тобой время. – То был глупейший поток слов, который я когда-либо выдавал.

Она рассмеялась. Мое сердце сделало кульбит.

– Стало быть, жить без меня не можешь, да?

Черт побери, ты даже не представляешь, насколько права.

Я покачал головой, улыбаясь ей: в тот момент я был так счастлив, что едва не запел. Иви не испытывала ко мне неприязни. По какой-то причине она не возненавидела меня. Не в силах удержаться, я потянулся к ней и обвил пальцами ее изящное запястье, а затем и ладошку. Слегка сжав ее руку, признался:

– Я так рад тебя видеть.

Со стороны я, наверное, был похож на грустного, безответно влюбленного подростка, но ничего не мог с собой поделать. Иви была одета в розовую футболку с изображением принцессы Леи, державшей в руках бластер[57] с надписью «С принцессой шутки плохи». Не передать словами, насколько она была очаровательна.

Она выдохнула, мило улыбнувшись.

– Слушай, до конца моей смены остался час, потом я могу немного побыть с тобой.

– Круто.

С огромным трудом я сумел отпустить ее. Иви вернулась к своим столикам.

Развернувшись на стуле в сторону зала, я бесстыдно наблюдал за ней. Мне нравилось, как она улыбалась посетителям и смеялась вместе с ними. Мне нравилось, как клиенты внимали ей, когда она говорила. Невозможно было их в этом винить. Она была притягательной. Забавной, кокетливой, красивой, гипнотизирующей. Я давно пересек черту, но даже не заметил, как это случилось. Когда все это началось?

Сначала мне казалось, что здорово быть приятелями, затем я подумал, что, наверное, мы можем быть больше чем друзьями, но теперь я был уверен, что и дня без нее не смогу прожить. Я желал ее, хотел, чтобы она была не просто моей любовницей или подругой, а моей девушкой, единственной и неповторимой.

Иви беседовала с брюнеткой и, рассказывая какую-то историю, активно жестикулировала, затем они обе запрокинули головы назад и рассмеялись. Мой взгляд остановился на мягком изгибе ее шеи. Боже, все было куда хуже, чем я думал. Но обременять ее своими чувствами сегодня не буду. Слишком мало времени прошло с тех пор, как мы очутились в том кошмарном доме с привидениями. Нужно заверить ее, что я пришел в норму и хорошо контролирую Альфу. Я надеялся, что смогу еще раз прикоснуться к ней и утолить терзавший меня голод, – я жаждал почувствовать ее сладкий запах и ощутить нежную близость.

Я смутно слышал, как в глубине зала гитарист наигрывал песню без слов, но затем до моего слуха донесся знакомый голос, звучавший из микрофона, расположенного на маленькой сцене в углу бара.

– Надеюсь, вам понравится песня Black Hole Sun[58] в моем исполнении. Поехали.

– Да вы издеваетесь, – прошептал я себе под нос, глядя на двоюродного брата Нико, стоявшего на сцене. – Какого черта?

Послушав мрачную и медленную версию хита девяностых, я залпом допил пиво, а затем направился к сцене. Он перехватил мой взгляд на полпути и ухмыльнулся, слегка кивнув в мою сторону. Забавно, но когда я вошел в бар, то не почувствовал присутствия другого оборотня. Похоже, я был так одержим поисками Иви, что просто не обратил на него внимание. Ну и потом, магия находившихся на кухне Иви, Вайолет и Джулс наэлектризовала воздух до такой степени, что моя способность чувствовать других сверхъестественных словно отключилась. Сейчас все было иначе.

Когда я наконец добрался до Нико, он доигрывал финальный рифф. Последний раз я видел его три года назад на Рождество в Сан-Антонио, тогда он и покинул отчий дом.

Он наклонился к микрофону.

– Перерыв десять минут – и я вернусь.

Стайка дамочек вблизи сцены заскулила, но затем Нико одарил их фирменным подмигиванием и ухмылкой, и, клянусь, они чуть не упали в обморок. Он положил гитару, чтобы спуститься со сцены, затем по-братски меня обнял, похлопывая по спине.

– Что, во имя всего святого, ты здесь делаешь? – спросил я беззлобно, пребывая в полнейшем шоке.

– И я рад тебя видеть, братишка. – Он почесал неряшливо выбритый подбородок.

Я недоверчиво покачал головой, улыбаясь этому засранцу.

– Рад тебя видеть, Нико. Но я думал, ты еще в Остине[59].

По его легкой улыбке сложно было что-то прочесть.

– Хотел сменить обстановку.

– И поэтому приехал в Новый Орлеан?

– Почему бы и нет? Ты же без конца говоришь, что это лучшее место на земле.

Его взгляд скользнул мимо меня, он смотрел в сторону столика, за которым сидели девушки. Я оглянулся и заметил, что Вайолет подавала им очередную порцию фруктовых коктейлей. Вайолет одарила Нико убийственным взглядом, затем резко развернулась и пошла прочь, выразительно покачивая бедрами.

– Знаешь ее? – спросил я, слегка ошарашенный.

– Я бы так не сказал.

Он рассмеялся, и в случае Нико смех мог означать что угодно. Например: однажды они провели ночь вместе, и Нико познал ее в интимном плане. Или: он встретил ее на улице, проследил за ней до бара и планировал поохотиться. Он был приятным парнем, но что творилось у него в голове, понять было трудно – внешне он всегда казался дружелюбным и непринужденным. Так что вряд ли кто-то точно знал, о чем он на самом деле думал.

– Ты ведь в курсе, что она ведьма, верно?

Он вновь адресовал ей свой взгляд, на этот раз еще более пламенный.

– Я знаю.

Он буквально раздевал Вайолет глазами, и в попытке отвлечь его от этого занятия я проворчал:

– Поверить не могу, что ты приехал в Новый Орлеан и даже не позвонил.

Он пожал плечами.

– Я подумал, что мы так или иначе все равно пересечемся.

– Давно ты здесь?

– Уже некоторое время.

Это было вполне в духе Нико. Если бы я не знал, что в его жилах – как и в моих – течет испанская кровь, то, клянусь, решил бы, что он потомственный кочевник. Он бродил где хотел, и, казалось, все у него в жизни получалось легко. Тяжелый блеск в его глазах появлялся лишь в те моменты, когда он обращал свой взор на сестру Иви.

– Так ты расскажешь мне, откуда знаешь Вайолет?

Мой вопрос привлек его внимание, но он лишь огрызнулся в ответ.

– А ты откуда знаешь ее? – В голосе Нико послышалось угрожающее рычание, которое, я знал, он не планировал демонстрировать, а в глазах замерцал собственнический блеск.

Я запрокинул голову назад и искренне рассмеялся.

– Да что происходит? В смысле, как тебя угораздило?

Оценивающий взгляд темных глаз Нико был прикован ко мне. Я поднял руки ладонями вверх в знак капитуляции.

– Поверь. У меня нет на нее видов. Но на ее сестру… – Я кивнул в сторону Иви, лавировавшей между столиками, ее собранные в хвост волосы раскачивались из стороны в сторону. – На нее у меня точно есть планы.

И да, когда я вслух заявил на нее свои права, в собственном голосе мне послышалось гортанное рычание моего внутреннего волка. Я еще не говорил об этом с Иви, но совершенно точно должен был озвучить свои намерения в отношении нее другому оборотню, неважно, родственник он или нет.

На лице брата вновь заиграла ухмылка.

– Она симпатичная.

Лапы прочь. Она наша.

На этот раз я был с ним согласен.

– Надолго ты к нам?

Я только сейчас осознал, что приезд Нико оказался как нельзя кстати. Я редко делился с кем-то своими проблемами, но, возможно, брат раньше слышал что-то о подобных заклятиях.

Он пожал плечами.

– На время.

– Много у тебя концертов запланировано?

Он кивнул.

– Кроме того, у меня здесь есть еще кое-какие дела.

Он продолжал улыбаться, но его глаза на секунду блеснули огнем – и я понял, что дела у него шли не очень хорошо. Какое-то время Нико водился с плохими парнями и в процессе успел нажить себе некоторое количество врагов. Я старался особенно не вмешиваться. С тех пор как он покинул ту проклятую банду ликанов, я не совал нос в его дела, если на то не было острой необходимости. В конце концов, он был взрослым человеком.

– У тебя ведь все хорошо, верно? – спросил я, прекрасно зная, что он поймет мой намек.

Нико расплылся в улыбке, которая заставляла женщин снимать перед ним трусики.

– У меня все отлично, брат. – Он кивнул в сторону сцены. – Мне пора возвращаться. Давай попозже поговорим?

Он хлопнул меня по плечу и вновь поднялся на сцену.

– Напиши мне завтра.

Я побрел обратно к барной стойке, задаваясь вопросом, что привело Нико сюда. Возможно, ничего, и мой вечно странствующий брат просто забрел в новый город – такое с ним часто случалось. Я также задавался вопросом, как он познакомился с Вайолет и почему она уже, похоже, успела его возненавидеть. Я знал, что Нико мне все равно ничего не расскажет. Для такого добродушного парня он был на редкость скрытным ублюдком.

Меня люди считали одиночкой, но я жил на одном месте, у меня были друзья. Я, так сказать, пустил корни. По меркам оборотней я был необычайно общительным. Нико одиночкой не был, он был странником. Поэтому его связи с окружающим миром оставались непрочными и постоянно менялись.

Но все мысли об этом улетучились из моей головы, когда толпа в зале начала редеть, час времени прошел и наконец возле меня появилась Иви, на лице которой играла сразившая меня наповал улыбка.