— Вы с Гектором оба привели вторых — тоже не советуясь, — ответила я. — И я тоже молода и политически неопытна. Мне здесь не место? — По правде, я и сама в этом сомневалась, но фейри верят в привилегии унаследованной власти, а дарённым оружием я размахивать не откажусь.

Друстан будто скрежетнул зубами:

— Тебя возвысили Осколки. Ты здесь по их воле.

— Значит, ты признаёшь: Осколки доверили мне эту власть.

Он прищурился, словно чуял подвох:

— Да.

— А значит, доверили моему характеру и суду. Мой суд говорит, что Лара — ценный голос для совета, как бывшая высокопоставленная в Доме Земли. Если Гвенейра даёт уникальную перспективу — Лара тоже.

Друстан это проглотил неохотно, зато Гвенейра заинтересовалась ещё больше. Пальцами погладила металлическую птицу на поясе, вгляделась в Лару.

Каллена читать сложнее, но я стала ловить его нюансы. Угол рта едва тронуло — развлёкся. Он изучал остальных, оценивая реакцию на моё заявление.

Каллен любил неожиданности. Фейри-часовщик, очарованный скрытым ходом шестерён, а не ровным бегом стрелок.

Тёмно-синий взгляд коснулся меня и задержался:

— Новый взгляд может оказаться полезным.

— Прошу, садитесь, леди Лара, — широким жестом пригласил Гектор.

— Я ещё не согласился, — резко бросил Друстан.

— Всего лишь беседа, — ответил Гектор. — Или в твоём проекте правления для Мистея нет места несогласию? Осрик тоже не любил обсуждений.

Воздух и без того звенел, а от этих слов стал почти невыносим.

— Хорошо, — коротко кивнул Друстан. — Буду рад вашему мнению, леди Лара.

Лара направилась к стулу между Гвенейрой и Гектором, и мне досталось место между Калленом и Друстаном. Каллен склонился ко мне:

— Как ты? — тихо.

— Полностью восстановилась, спасибо, — кивнула я.

Друстан поглядел на Каллена исподлобья:

— Перейдём к Дому Света. Расскажите по шагам, что случилось прошлой ночью.

Я выдала отрепетированную версию:

— Мы с Калленом решили сделать ночной обход, чтобы понять, к чему готовится Дом Света. — О том, как именно мы его делали, я умолчала. — Мы проследили за шестью Солнечными стражами и видели, как они встраивали кристаллы в разных местах Мистея.

— Ты знала об этом? — спросил Гектор у Гвенейры.

Она покачала головой:

— Солнечными стражами ведает Торин. По идее, они служат дому беспристрастно, но многие в первую очередь преданы ему. — Она перевела взгляд на Каллена: — Сможешь набросать карту, где вы их видели? Я знаю несколько мест для засад, но у Торина, возможно, есть и свои.

Каллен кивнул, схватил лист и быстро заскрипел пером.

— И почему ты делала обход с Калленом? — Друстан погладил большим пальцем золотое кольцо.

Я посмотрела холодно:

— Потому что я так решила.

Скулы у него сжались. Такой ответ ему не понравился.

— Когда они дошли до Дома Крови, — продолжила я, — выпустили саламандру-костолома. Каллен убил её, началась схватка. Разумеется, Каллен победил.

Друстан смерил его взглядом, полным отвращения:

— Свидетели?

— Нет, — отрезал Каллен.

— А тела?

— Нет тел, — вмешался Гектор, упершись локтями в стол. — Мы сняли с них проклятую броню и отправили остальное в пустоту.

— Хорошо, — сказал Друстан. — Значит, официально нас не пришьёшь — хотя Торин с Ровеной наверняка догадываются, что Дом Крови замешан.

В голосе послышалось осуждение?

— Думаешь, это было безрассудно? — спросила я.

Он пожал плечами:

— Они первыми нарушили мир, вы ответили. Как ни хочется избежать публичных столкновений в этот месяц, есть вещи неизбежные. Руки должны лишь выглядеть чистыми.

Держаться чистыми им, заметно, не требовалось.

— Торин и Ровена не признаются, — сказала Гвенейра. — Иначе придётся объяснять, зачем Солнечные стражи оказались у Дома Крови. — Она провела пальцем по столу, меж бровей пролегла складка. — Звериная магия редка. Не думала, что в Доме Света найдётся кто-то, кто ей владеет.

— Звериная магия? — переспросила я.

— Способность воздействовать на живых существ — как на ту саламандру, — пояснила она. — Это не стихия, а то, что, по слухам, родом от Тварей — как и перевоплощения. Время от времени всплывает у Благородных фейри.

Я скривилась:

— Для этого нужна была бы примесь Тварей?

— Такие случаи бывали. Они не все сплошь чудовища — некоторые бывают очень красивы, смотря какой облик выберут.

— А некоторые фейри предпочитают чудовищное, — сказал Гектор.

Я подумала о Королеве Даллайде — сверху женщина, снизу паук, с кроваво-красными глазами и жаждой к убийству — и поёжилась. Она из рода фейри, которые всегда были такими, или результат смешения? Лицо у неё было прекрасно, как у Благородной, но я не могла представить, какая нечестивая связь породила бы такое сочетание.

Тварь не принадлежала ни одному дому, и я редко задумывалась, какая у них магия. Хотя я ведь видела, как один из них менял облик, не так ли? Одно из крылатых чудовищ, гнавшихся за мной, обратилось в ястреба.

— К слову о Тварях, — сказал Друстан, — я собираюсь скоро встретиться с Даллайдой.

Я напряглась:

— Зачем?

— Потому что она — наш союзник и будет незаменима, когда дойдёт до войны. А ещё она сможет заслать своих для слежки за Домом Иллюзий и Домом Света.

— Она уже пыталась меня убить, — напомнила я. — Это не станет проблемой? — Для меня — более чем.

— Правда? — оживилась Гвенейра. — Как вы вообще встретились?

— Я… — я виновато взглянула на Лару. Нас уже уличили в жульничестве на испытаниях, но говорить об этом всё равно было неловко. — Я искала сведения об одном деле. Она попыталась отнять у меня кинжал силой, и мне пришлось спасаться бегством.

— И ты убила нескольких её тварей, — добавил Друстан.

Я ощетинилась:

— В порядке самообороны, да.

— Даллайда ревниво оберегает границы. Явиться к Тварям без приглашения — так же неприемлемо, как если бы они явились на верхние уровни без разрешения. Единственный раз, когда я пришёл без письма-уведомления, её создания напали и на меня. — Он покачал головой. — Это было не лично против тебя. Ты нарушила табу — она поступила так, как сочла нужным. Я сглажу углы.

Лицо у меня загорелось:

— Я не знала про табу. — Очередная дыра в моих знаниях.

Гектор вмешался:

— Когда нас не учат, мы учимся на попытках.

Странно было слышать утешение от принца Пустоты — если сухая констатация вообще считалась утешением. Я вспомнила, что говорил о нём Каллен: сделанное — сделано, и Гектор не видит смысла убиваться о «а что, если».

— Но доверять Даллайде я всё же сомневаюсь, — продолжил он, переводя взгляд на Друстана.

— Почему? — скрестил руки Друстан. — Потому что она мой союзник, а не твой?

Улыбка Гектора была тонкой:

— Потому что она прославилась жестокостью и непредсказуемостью и вздумала звать себя королевой. Твари копят обиду веками. Не думаешь, им может понравиться снова вдохнуть свежего воздуха? И, возможно, вкус мести?

Я вдруг поняла, что не знаю, зачем Даллайда помогает Друстану, кроме её ненависти к Осрику.

— Ты пообещал ей что-то в обмен на её солдат? — спросила я.

Все взгляды впились в Друстана.

Он вздохнул:

— Как ты, верно, догадалась, она жаждет большей свободы для своих. Возможности понемногу вернуться в общество фейри — в ограниченном формате — и получить доступ к миру наверху.

— Твари будут бродить по коридорам? — ужаснулась Лара.

Перспектива тревожила, но они сражались рядом с нами в тронном зале. Я вспомнила золотую змею, защищавшую меня, и обнажённые тела Тварей, павших, пытаясь свергнуть Осрика. Нас не определяют наши вожди — и их вождь даже не повёл их в ту бойню, куда отправил умирать.

— Они заслужили что-то, — сказала я. — Но Даллайде я не доверяю.

— Мы сами решим, где и когда им позволена свобода, — серьёзно сказал Друстан. — И ещё: тебе стоит знать, что сначала она хотела получить во владение Дом Крови. Я, разумеется, отказал.

У меня перехватило дыхание:

— Она хочет мой дом? И как это вообще возможно?

— Если в доме не остаётся ни одного Благородного фейри с магией, правитель Мистея может ходатайствовать перед Осколками о передаче дома другим. Закон архаичный, ни разу не применённый. В единственный раз, когда он подходил, Осрик избрал уничтожение.

Меня продрал холод:

— То есть она хочет, чтобы ты убил меня, а потом отдал ей дом. — И убить пришлось бы не только меня. У Лары нет магии, но у пятерых беглецов из Дома Земли — есть.

— Я отказал ещё до того, как ты стала принцессой. Последнее, что нам нужно, — чтобы Твари получили опорный пункт на наших уровнях или доступ к оружию и золоту, что Дом Крови держит под замками. — Взгляд у Друстана был прямой, без моргания, будто он силой воли желал, чтобы я увидела правду. — Дом Крови не обсуждается, Кенна. Обещаю. Сейчас речь о совместных мероприятиях, частичном свободном проходе по Мистею в определённые дни и, возможно, участке наверху. Не больше.

Доверие к Друстану я потеряла, когда он предал Селвина, но этому — поверила. Не только из-за твёрдости слов и вида, но и потому, что он сам поднял тему. Не было ни одной причины делать это, если бы он собирался вручить Дом Крови Даллайде.

Я прижала ладонь к колотящемуся сердцу и кивнула:

— Хорошо.

Он кивнул в ответ:

— Хорошо, — тихо повторил.

— Это опасная дверь, какой бы она ни была, — заметил Гектор.

— Да, — согласился Друстан. — Но до того, как Кенна обрела силу, я считал, что только Тварь сможет убить Осрика. — Его взгляд обвёл стол. — Если после войны Даллайда откажется от любых ограничений её власти и передвижений — я решу вопрос. Возможно, это союз лишь на сезон.

Он использует Королеву Тварей ради армии, а потом ударит, если она попросит больше, чем он готов дать. Очередное предательство в его списке, но обвинять его в этом я не могла — пока он не зачеркнет всех её подданных одним штрихом.

— Если ты думаешь о ней так, — сказала я, — то она, вероятно, думает о тебе так же.

Каллен метнул в мою сторону одобряющий взгляд. Похоже, я понемногу училась политике.

Друстан хмыкнул:

— О, в этом не сомневайся. У Даллайды аппетит бездонный. Но я — её лучший шанс вытащить создания на волю, так что меня она будет слушать какое-то время. Дальше решит, кто хитрее навяжет желаемый исход. А если договор рухнет — кто быстрее и решительнее. — Он снова встретился со мной взглядом. — И это всегда буду я.

— Не придётся опираться только на неё, — сказал Гектор. — Королева Брайар шлёт партии Жидкого Огня и, вероятно, согласится прислать войска в обмен на льготные пошлины и пакт о взаимной обороне.

Кулаки Друстана сжались:

— Ты ведёшь переговоры с иностранной короной, не советуясь с нами? — Голос хлестнул, как плеть.

Гектор откинулся на спинку, развёл руками:

— Советуюсь сейчас, разве нет? Я принёс последние условия Брайар, обсудим вместе. — Он залез в чёрную тунику, вытащил свёрток и шлёпнул его на стол.

— Кто такая Королева Брайар? — спросила я. Лара выглядела так же потерянной.

Объяснил Каллен:

— Новый монарх Эльсмира — с прошлого месяца. Её отец, Король Годвин, устал править и выбрал её вместо старших детей. Выбор спорный из-за её возраста, но среди мелкой знати она очень популярна, да и амбиций ей не занимать. Мы годами торговались с её отцом, а она куда лучше понимает срочность нашего дела.

Эльсмир — королевство фейри в Линдвике, к западу и югу от Энтерры; и именно от меня Каллен узнал об их поиске нового лидера — после того, как я подслушала Друстану и Гвенейру.

— Да, это ты шептался с Брайар на Бельтейн, не так ли? — всё ещё раздражённо спросил Друстан. — Как ты узнал о смене власти до того, как она случилась?

— Один из моих шпионов, — ответил Каллен, даже не взглянув на меня.

Гвенейра склонила голову, как любопытная птица:

— Я думала, об этом знала только я. Информация не покидала ближний круг Годвина до самого Бельтейна.

— Тогда как узнала ты? — спросил Каллен.

Её улыбка была маленькой и тайной:

— У меня есть источники. Как и у тебя.

Совет быстро свернул туда, где я тонула: пошлины, торговые пути, договоры о взаимной обороне против мест, о которых я и не слышала. Налоги я знала только те, что мы с матерью платили на храм в Тамблдауне. Как страны торгуют и заключают военные соглашения — я не знала… ничего.

Бесполезна, — подумала я и возненавидела себя за это. Но Лара выглядела не менее перегруженной, лихорадочно водя пером, а я бы никогда не назвала её бесполезной — значит, надо иначе взглянуть на себя. Политику, войну и экономику можно выучить, как и всё прочее.

Если хватит времени на учёбу. Очевидно, враги целят в слабое звено нашего союза — и я не знала, когда они снова попытаются меня убить.

Глава 17

Поздней ночью, следуя по дрожанию домовой магии, я нашла Каллена под Древом Крови. Он был безоружен, одет просто — чёрная рубашка с длинным рукавом и такие же штаны.

— Готова к тренировке? — спросил он.

Я оглянулась через плечо, с тоской подумав о кровати. Мы только что провели первый общий ужин в трапезной у кухни — неловкое мероприятие, учитывая, как много людей из самых разных мест теперь жили вместе, — и я выжата досуха от того, что весь вечер изображала уверенность. Ещё и тревожилась: Аня отказалась присоединиться, а потом отказалась говорить, заперлась у себя с бутылкой вина. Мне хотелось забраться под одеяло и сделать вид, что ничего этого не происходит.

Но я согласилась на обучение, а теперь больше сотни человек зависели от моей силы.

— Да, — сказала я, снова глядя на него. — Поехали.

Его взгляд скользнул по мне, будто оценивая готовность к бою. Кайдо лежал на моей шее ожерельем, а на мне всё ещё было вечернее — красное платье, перехваченное чёрным поясом.

— Стоит мне одеться как ты? — спросила я.