Дженни следила за пальцами ведущего из Первого Новостного Бюро, следующими вдоль изогнутой кривой голографического графика. Голос в наушнике как будто отставал от изображения. Дженни старалась не слушать его, но всё же выхватывала отдельные слова: «производство», «химикаты», «пищевая продукция». Закончив с графиком, ведущий смахнул интерфейс в сторону и пожаловался, что проголодался. Принтер, стоящий на тумбочке позади него, издал писк и выдал блюдо рецептуры сети ресторанов «Квартет-Блюз». Ведущий попробовал кусочек с пластиковой тарелки и растянул губы в довольной улыбке. Выпуск подошёл к концу. Закадровый голос анонсировал весенний фестиваль, традиционно проходящий в Дриде в это время года.

Дрид по праву считался лучшим городом Альянса. Лучший университет выпускал только лучших специалистов, которые шли работать в лучшие компании, имели лучшие условия труда, посещали лучшие развлекательные мероприятия и жили в лучших районах свою лучшую жизнь. В то же время попасть в Дрид было куда проще, чем в Цитадель – достаточно было хоть в чём-то себя проявить. Дженни попыталась припомнить, как звучал отказ с исторического факультета Университета Дрида. Что-то о недостаточной заинтересованности и отсутствии предрасположенности к предмету.

Дженни потёрла слезящиеся глаза. Визор висел на другом конце зала, и каждый раз ей приходилось напрягаться, чтобы разглядеть график или схему. Зал ожидания центрального корпуса предназначался для гостей части, но до сих пор никто не попытался прогнать её, поэтому Дженни оставалась сидеть в голубом кресле у самого входа. Много раз она представляла, как неторопливым шагом покидает военную часть, как бы прогуливаясь, и за ней выбегают Делайны. Они пытаются её остановить, но она, закрывшись от них щитом, добегает до парковки или скрывается в одном из дворов… а потом её находят по фиксаторам, спрятанным где-то в глубине её груди.

– Кого я вижу! Юная Райс!

Седоватый мужчина с короткой стрижкой и погонами майора протягивал ей руку.

– Добрый вечер… – она неловко поднялась с кресла. – Сэр.

– Видел тебя вчера в офицерской. Ходишь ты быстро!

Дженни не выходила из комнаты, когда в коридоре кто-то был, не посещала душевую раньше полудня, обедала в общей столовой и не смотрела в лицо встречным солдатам. Последнее, скорее всего, являлось нарушением устава, ведь, будучи солдатом, она была обязана отдавать честь старшим командирам, но пересилить себя не могла. Она предпочла бы жить в тюрьме, чем среди заслуженных офицеров.

– Вы хотели со мной поговорить, сэр?

– Ты, наверное, меня не помнишь, – он выпрямился. – Майор Воронка, 1-я выездная дивизия, второй корпус, Нортберг.

– Никогда не слышала о… – Дженни спохватилась и отдала честь. – Простите, сэр.

– Вижу, только привыкаешь к нашему этикету, – рассмеялся майор. – Ничего, всего пару лет, и он у тебя в печёнках сидеть будет. Будешь перед сном салютовать голографическому главнокомандующему из новостного выпуска.

Дженни неуверенно улыбнулась.

– Вместе с Райсом мы служили. Жаль, что так вышло, – весёлость вмиг слетела с лица майора. – Уверен, старик сделал всё, что было в его силах. Да и ты теперь с нами, – он положил руку Дженни на плечо. – Взрослая и сильная. Настоящий супер-солдат, похлеще Рупа Старка из сериала. Вернём и Орион, и нашу честь.

Но смогут ли они вернуть Джейн?

От неё лишь требовалось создать щит – Дженни сотню раз делала это на уроках у Бена. Она могла сделать это с закрытыми глазами, лёжа в постели под одеялом. Она могла сделать это даже сейчас, но какой в этом смысл? Она не спасла Джейн… а Армия не смогла защитить Орион.

– Майор Воронка, – Дженни почувствовала, как её окутывает аромат лаванды.

– Полковник Маук, – майор выпустил плечо девушки и отдал честь. Дженни последовала его примеру. – Вот уж не думал, что Вы пользуетесь главным входом.

– Чем я хуже других? – улыбнулся мистер Маук.

Он был в той же рубашке, в которой заслушивал рапорт этим утром. Тёмно-синяя, с голубой вышивкой на рукавах и аккуратным карманом на липучке на груди. Пытаясь отвлечься от назойливых реплик профессора в переливающемся костюме, от крика Джейн, проступающего сквозь каждое слово Карла, и собственной беспомощности, Дженни мысленно разглаживала складки на рубашке командующего. На отчётливой линии, где бинт опоясывал грудь, она замирала, не желая неосторожным движением причинить боль. Ник Маук вместе с остальными членами комиссии внимательно слушал Карла и ничего не заметил. Вспомнив об этом, Дженни смутилась. Утром её это не волновало, но теперь она с ужасом представила, как бы объясняла свои действия командующему.

– Ты обращайся, Дженни, – кивнул ей майор Воронка. – Обращайся, если что. Мой номер есть в справочнике в комнатах связи.

Отдав честь, он удалился к терминалу регистрации посетителей.

– Вижу, что ты удивлена, – мистер Маук повернулся к Дженни. – Однако майор Воронка – лишь один из множества офицеров, готовых тебя поддержать.

– Поддержать меня? – Дженни смотрела, как майор прикасается ладонью к сенсорной панели, подтверждая свою личность. – Как?

– Словом, а может и делом. Генри Райс был отличным солдатом, сделавшим многое для Альянса и Армии. Каждый, кто лично знал Райса, чувствует свою ответственность перед ним и не откажет в помощи его дочери. Особенно теперь, когда ты стала частью Армии.

– Но я не солдат.

– Не соглашусь с вами, рядовой.

– Нет, – прошептала Дженни, глядя на блестящие пуговицы рубашки командующего. – Вы ошиблись.

Она ожидала, что командующий сделает ей выговор и прикажет отправиться в комнату, но вместо этого он показал на парадные двери.

– Не желаете пройтись, мисс Райс?

– Разве мне можно? – с сомнением спросила Дженни.

– В сопровождении командира – почему бы и нет? – улыбнулся мистер Маук.

Дженни последовала за ним, не сомневаясь, что при выходе её остановят, однако дежурные Делайны даже не посмотрели на неё. Пропускной пункт – единственный выход с ограждённой территории части – виднелся в сотне шагов от ступенек парадного входа. Дженни с тоской посмотрела на голографические баннеры, мерцающие поверх светящихся окон зданий. Аэрокары стройным потоком двигались над крышами на фоне искусственного неба.

– Сюда, – свет от фонарей подчёркивал мужественный профиль мистера Маука.

Они свернули за угол административного корпуса и оказались в небольшом сквере с выложенными белым камнем дорожками и маленьким фонтаном в форме звезды Альянса по центру. Невысокие деревья с хрупкими ветками напоминали об Орионе. Одну из скамей занимала группа солдат в форме. Они говорили настолько тихо, что, проходя мимо, Дженни не разобрала ни слова.

– Цитадели не хватает таких мест, – умиротворённо произнёс мистер Маук, как только они заняли скамейку. – Да и всему Альянсу. В прошлом на месте наших владений располагался природный парк, но после Большой Ошибки, когда человечество оказалось заперто под спасительным Барьером, территорию «преобразовали», хотя слово «оккупация» подходит здесь больше. Я понимаю, на тот момент выживание было превыше всего, но сейчас времена другие. Хорошо, что у Альянса есть «Зелёная Инициатива», чьими стараниями в нашу жизнь постепенно возвращаются живые уголки.

– Это была климатическая станция… – проговорила Дженни.

– Мне жаль, что так вышло. О наблюдательных станциях нам было известно и раньше, но никто не предполагал, что Первое Убежище – одна из них.

– Как вы могли не знать?

– Мы опираемся на архивы, оставшиеся от прошлого мира. Информация в них скудна, а возможности разведки – ограничены. По нашим данным, никакой станции в том квадрате быть не должно, но вышло, что головная станция там и была.

– Значит, всё было зря? – Дженни всматривалась в бирюзовые глаза мистера Маука, надеясь найти в них оправдание смертям Джейн и Кевина.

– Добытые вами сведения лишними точно не будут, – мистер Маук прикоснулся к её руке. Его пальцы были тёплыми. Дженни вспомнила, как похожим образом касалась руки командующего, помещая на неё неизвестное устройство, полученное от террориста, и вздрогнула. – Случившееся было ошибкой командования, Дженни. Не нужно винить себя.

– Когда роботы напали… – Дженни запнулась. – Я ничего не смогла сделать.

– Тебя не обучали сражаться с роботами, – командующий убрал руку. – В конечном счёте, это ошибка Карла и Джейн. Их задачей было отключение охранной системы.

– Почему там были роботы? – спросила Дженни. – Разве это не станция, принадлежавшая людям?

– До Ошибки роботов повсеместно использовали для защиты стратегических объектов – и даже какое-то время после неё.

– Это глупо… – выдохнула Дженни. Ни один инженер не мог гарантировать абсолютную безопасность даже простого принтера, а кто-то был готов довериться устройствам, способным убивать. – Но зачем они их оставили, если проект переместился и все покинули станцию?

Ник Маук с любопытством посмотрел на неё.

– Так ты знаешь о проекте Тэйлора? – Фамилия звучала знакомо, и Дженни решила, что обязательно узнает больше о её носителе. – После закрытия проекта станция продолжала функционировать. Как и для чего – нам ещё только предстоит выяснить. Это была сложная операция, Дженни, и я это понимаю, однако это не снимает с тебя обязательств, главное из которых – посещать занятия. Бен сообщил, что ты не явилась к нему сегодня.

– Я больше не пойду на занятия, – помотала головой Дженни. – Делайте что хотите, я не пойду.

Она не хотела рассказывать Бену о том, что произошло на станции, не хотела объяснять, почему не воспользовалась своей энергией, чтобы защитить Джейн, и не хотела продолжать заниматься – какой смысл в том, что она умеет переставлять столы и закрываться от воображаемых атак, если она не может спасти кого-то от настоящей опасности?

– Бена это огорчит. По его словам, ты делаешь значительные успехи.

– Это не так! – Дженни осмотрела свои руки. – Сэр, я не знаю, как пользоваться этой силой. Бен говорит, что мне нужно осознать её, но я не могу! Она как будто существует отдельно от меня. Если я думаю о чём-то, о каком-нибудь предмете – вот, застёжка комбинезона того солдата слегка блестит, – она подняла взгляд на мужчину в форме, сидящего на скамье напротив. – Едва тёплая, гладкая на ощупь. Я не хотела об этом знать, я не старалась специально, но узнала, как только посмотрела на него.

– Очень естественно.

– Простите, что, сэр?

– Очень естественная реакция, – повторил командующий, улыбнувшись. – «Психо»-энергия служит своему обладателю не только оружием, но и дополнительным – а иногда, я полагаю, и основным – органом чувств.

– Органы чувств воспринимают то, что вокруг, – не согласилась Дженни. – А эта сила… воздействует. Я то и дело боюсь, что кто-нибудь заметит, что я… Но как я могу это контролировать? Стоит мне посмотреть на кого-то, подумать о чём-то и… И то, что я сделала с Вашим кабинетом… – она посмотрела на складки на рубашке командующего. – С Вами. Я не хотела…

– Поэтому тебе нужны занятия с другими «психо».

Дженни вспомнила, с каким презрением смотрели на неё «психо» каждый раз, когда она шла на занятия к Бену. И сын Джейн…

– Другие «психо» ненавидят меня, а я даже не знаю почему…

– Ты ведь знаешь, что «Отверженные» не признают технологии? Особенно те, что влияют непосредственно на человеческий организм. Наши «психо», разумеется, больше не «Отверженные», но недоверие с их стороны вполне объяснимо – в наш век не принято восхвалять кибернизацию. Но, откажись мы от всех технологий, смогли бы мы тогда выжить? – мистер Маук вздохнул. – «Психо» с рождения работают над тем, чтобы развить свои способности, а ты получила эту силу в позднем возрасте за счёт внутренних модификаций. Я понимаю, что это непросто, но ты должна сделать первый шаг и показать остальным, что не превозносишь себя над ними.

– Превозношу себя? Они ведь лучше меня!

– Обученнее тебя, может быть, – поправил командующий. – Только и всего.

Но если они узнают, насколько плохо она умеет обращаться со своей силой, разве её не станут презирать ещё сильнее?

– Вы сказали, что я могу уйти… – Дженни посмотрела на лазерное ограждение, проглядывающееся сквозь тонкие ветки. Оно было слишком горячим и непостоянным, чтобы дотронуться до него, но прямо за ним начиналась свобода, жизнь без страха и обязательств. – Я хочу уйти.

– Куда ты пойдёшь? – поинтересовался командующий.

И в самом деле – куда?

Если бы можно было обменять свою силу на возможность жить непримечательной жизнью в тихом городе вроде Нортберга, Дженни сделала бы это без раздумий. Она всего лишь хотела вернуться в тот мир, где главная забота – выбор рецепта на ужин.

– У-У-У, – согласился живот Дженни.

– То, как ты пропускаешь приёмы пищи, недопустимо. Я буду вынужден ужесточить надзор, – сказал мистер Маук, нахмурившись. – И принудить тебя питаться в офицерской столовой.

– Не надо! Простите, сэр…

Командир Маук взглянул на дисплей своего голографа. Дженни в очередной раз отметила, как изящно смотрелось устройство в вырезе на рукаве его рубашки.

– Придётся попросить выдать тебе дополнительную порцию вне расписания.

– Не нужно, сэр. Я… Я всё равно собиралась идти спать, – соврала Дженни. – И не голодна.

– Отставить разговоры, рядовой, – командующий поднялся, и лавандовая аура, до сих пор окружавшая Дженни, уступила запаху влажной травы. – За мной – шагом марш!

– Но…

– Это приказ, Прайс!