Около трёх часов дня мокрые армейские ботинки Жиля Прайса перешагнули порог центрального офиса «Принтер+» – компании, занимавшейся изготовлением, установкой, модернизацией и ремонтом принтеров на территории Альянса.

– Могу ли я чем-то Вам помочь, мистер Прайс? – улыбнулась ему молодая девушка, занимавшая приёмную стойку.

Жиль подошёл к стойке, на краю которой полукругом стояли двенадцать миниатюр принтеров. Среди них успела появиться одна незнакомая ему модель.

– Мне нужен Джек Горловой, – Жиль перевёл взгляд на девушку. На вид ей было не больше двадцати. На блузке с открытым воротником поблёскивала именная пластинка. «Лиза». – С каких это пор в «Принтер+» идут молодые девушки?

– В перспективнейшую компанию Альянса? – со смешком переспросила девушка. Её ухоженные пальцы продолжали бегать по голографической клавиатуре терминала. – Я стажируюсь. Получила это место в качестве поощрения за свою научную работу, посвящённую вопросам влияния принтеров на формирование личности.

Последнюю реплику она произнесла с нескрываемой гордостью.

– Звучит неплохо. Не отказался бы послушать о тезисах Вашей работы.

– Возможно, за чашечкой кофе, – Лиза снова широко улыбнулась. – Поднимитесь на третий этаж и ожидайте в рекреационном помещении, пожалуйста.

– Спасибо, – Жиль знал привычки отца и без её помощи. Взглянув на Лизу, он спросил: – Кто Ваш супервайзер?

– Миссис Стравски, глава…

– Департамента продаж, – закончил за неё Жиль – это имя было ему знакомо с самой юности, когда он проводил школьные каникулы в этом самом офисе под строгим присмотром миссис Стравски. – Да, я её помню…

Лиза не переставала улыбаться.

– Поговорите с ней о кроликах, – посоветовал Жиль, отлепляясь от стойки и взяв курс к лифтам. – Она держит на даче целое стадо кроликов, за которыми ухаживают её муж и внучка.

– Кролики, в самом деле? – донеслось ему вслед.

Светящееся лицо Лизы скрылось за сомкнувшимися створками лифта, и спустя минуту Жиль уже шёл в сторону комнат отдыха на третьем этаже. На пути туда ему повстречались двое небритых мужчин, вооружённых тяжёлыми на вид чемоданчиками с кожаными заклёпками. Оранжевые комбинезоны выдавали в них техников-программистов. От них веяло какой-то первобытной злобой, поэтому Жиль поспешил освободить дорогу. В дверях его остановил охранник, одетый в униформу компании. Просканировав Жиля с помощью голографа, он пропустил его внутрь одной из комнат.

Две широкие тумбы с принтерами на них и журнальный столик со встроенным терминалом были со всех сторон окружены диванами. Стены были увешаны фотографиями людей, со счастливыми улыбками обнимающих блестящие корпусы принтеров, а также расположившихся неподалёку от устройств или даже на самих принтерах животных и растений в горшках. На угловом диване, под изображением собаки, влажным языком облизывающей серебристую крышку принтера модели «AW17/032» – отличительной особенностью которого был рекордно долгий срок работы, равнявшийся четырнадцати месяцам, – разлёгся Ред. Его глаза закрывали чёрные очки в толстой пластмассовой оправе – «визуализатор».

– Отряхнись, Прайс. Ты притащил на себе три фиксатора.

Жиль упал на первый подвернувшийся диван. Приятное послевкусие, оставшееся от разговора в приёмной, уступило место усталости. Он так и не поспал: последний допрос закончился час назад, и он сразу направился сюда.

Внезапно Ред с нецензурным криком сорвался с места.

– Что, умер? – без особого интереса спросил Жиль, наблюдая, как Ред, продолжая сыпать запрещёнными в Альянсе выражениями, срывает с себя очки и швыряет их на кафельный пол. На несколько мгновений в воздухе появилось размытое голографическое изображение, но оно исчезло, стоило ботинку Реда опуститься на треснувший корпус.

Жиль знал, что у Реда в скором времени появится новый «визуализатор»: в этом мире не существовало ничего, что он любил бы так же сильно, как ви-игры. Жиль этого интереса не разделял. Ему хватило армейских симуляторов.

– Ред, пожалуйста, веди себя прилично, иначе тебе придётся отправиться в куда менее приятное место, – в комнату отдыха зашёл высокий стройный мужчина в тёмно-синих брюках и голубой рубашке с лиловым галстуком. – Привет, сын.

– У тебя припасено что-то похуже этой дыры? – Ред раздражённо пнул остатки «визуализатора».

Следом за Джеком в комнату вкатился маленький робот. Модель уборщика – всего полметра в ширину, бочкообразный, с гибкими телескопическими руками, скрывающими внутри себя более десятка насадок для проведения уборки любого вида и масштаба. Такой же помощник убирался у них дома, когда Жиль был ребёнком, поэтому появление робота вызвало у него стойкое чувство ностальгии и желание погладить блестящую макушку уборщика.

– Я думал, что ты сразу поедешь в 355-е, – Джек пристально смотрел на Жиля.

Жиль напрягся.

– Мне предписано вернуться в строй послезавтра. Побуду тут, на случай если у прокурора появятся новые вопросы.

– Генерал Хоппинс дал разрешение? – поинтересовался Джек. – Не забывай, ты вышел под его ответственность. Дёрнешься, и тебя посадят обратно.

Неодобрение наполняло комнату, отзываясь в Жиле только большей усталостью.

Громкий звуковой сигнал заставил обоих обернуться к Реду. Робот требовательно мигал жёлтой лампочкой, расположенной на груди. Отдав должное упрямству маленького уборщика, Ред сделал шаг в сторону, позволяя ему выполнить своё дело. Внутри бочкообразного тела появилась ниша, в которую робот ловко ссыпал крупные фрагменты сломанных очков, после чего с жужжанием принялся ездить по комнате, втягивая в днище все оставшиеся осколки, одновременно натирая пол маленькими щётками.

Ред плюхнулся обратно на диван и стал с любопытством следить за уборщиком. Джек остался стоять посреди комнаты и выжидательно рассматривал сына, но Жиль не чувствовал в себе готовности начать с ним разговор.

– Меня вот уже долгое время забавляет феномен, – внезапно заговорил Ред, – фамилии твоей сестрёнки.

Жиль поморщился, но, прежде чем он успел что-то ответить, Ред сделал выпад вперёд и схватил робота за выдвижную руку. Тот возмущённо замигал светодиодами, издавая короткие гудки. Жиль вскочил с места, ошарашенный выходкой Реда.

– Только взгляни на это! – Ред перевернул робота на бок и прижал к дивану.

На металлическом корпусе было выцарапано слово «Прайс». Буква «р» заметно выделялась на фоне других.

Жиль оттолкнул Реда плечом и, выхватив из его рук робота, аккуратно поставил на пол. Успокоившись, тот в последний раз провёл щёткой по полу и поспешил прочь из комнаты.

– Что-то ты так не рвался вызволить свою сестрёнку, – фыркнул Ред, возвращаясь на прежнее место.

– У тебя закончились темы для разговора? – огрызнулся Жиль, усаживаясь рядом с ним.

– Какой бы неприятной данная тема ни была, её необходимо обсудить, – вмешался Джек. – Ситуация непростая, и сама Дженнифер отнюдь не улучшает собственное положение, отказываясь от тех соломинок, что к ней ещё тянутся.

– А что тут обсуждать? – отозвался Жиль. – О ней позаботится армия.

– Жаднов о ней уже позаботился, – вставил Ред. – Лучшее, что было в его арсенале, оказалось в ней. Ну, то лучшее, что осталось после Жиля.

Жиль бросил на него недовольный взгляд.

– Доктор Жаднов действительно положительно отзывался о ней как о проекте, – проговорил Джек. – Впрочем, его обращение с ней было не слишком учтивым.

– Ты знал? – кажется, все, кроме Жиля, были в курсе судьбы его сестры.

– Я видел её, когда наведывался к доктору.

– Она не узнала тебя?

Дверь с лёгким свистом поднялась, и в комнату вкатился ещё один робот, отличающийся от уборщика менее округлым корпусом и более плавным ходом. Правую руку ему заменял поднос, на котором он вёз две тарелки с вафлями и три белых керамических чашки с логотипом «Принтер+» на них. По доносившемуся от робота запаху Жиль определил чай с гибискусом. Засервировав левой рукой журнальный столик, робот мигнул светодиодом и укатился.

– Дженнифер не знает моего нового лица.

Жиль кивнул. После инцидента пять лет назад Джек был вынужден пройти полную реконструкцию внешности. Как ни странно, новое лицо шло ему больше, чем его настоящее.

– И хорошо, иначе пришлось бы на своей шее таскать эту девку, – прокомментировал Ред. – Она из этих, привязчивых.

– Всё ещё не такая заноза в заднице, как ты, – фыркнул Жиль. – Лучше объясните мне, как им удалось открыть в ней «психо»-способности.

Вместо ответа Ред вытащил из заднего кармана пачку сигарет и бросил на стол. Проскользив по гладкой поверхности, упаковка наткнулась на белоснежную чашку с горячим напитком, развернулась вокруг своей оси и замерла напротив Жиля. На пачке красовался чёрный скорпион.

– Ты всё ещё нуждаешься в них? – с интересом спросил Джек.

Жиль взял в руки пачку и покрутил в руках.

– Пока не знаю. Но не отказываюсь, если предлагают.

– Вентиляция здесь адаптивная, кури на здоровье, – подхватив чашку чая и тарелку с вафлями, Джек присел на край журнального столика.

Жиль поджёг кончик сигареты от голографа и затянулся. Джек захрустел вафлями, запивая чаем, а Ред что-то читал на откуда-то взявшемся в его руках планшете.

– Ретрансляция через спутник… Это что, фантастика? – заглянул в планшет Жиль, выпуская струю дыма в лицо Реда.

– Уберись отсюда со своей блядской сигаретой! – Ред выронил планшет из рук и отпихнул Жиля в сторону.

Механический уборщик вернулся в комнату, бережно поднял с пола планшет и положил на диван рядом с Редом. Жиль напрягся, ожидая, что за услужливость роботу почти наверняка достанется пинок, но Ред ушёл в свои мысли, а потому проигнорировал возвращение планшета.

Голограф Джека дважды пропищал. Глава «Принтер+» приземлил чашку на блюдце, стряхнул крошки с рубашки и губ и ответил на входящий вызов.

– Да, говорите, Лиза, – Джек посмотрел на Жиля. – Да, он добрался. Кто ещё? Секунду, – он поставил звонок на удержание и повернулся к Реду. – Некий Кэйланс спрашивает тебя.

– Он что, через парадный вход сюда заявился? Пусть тащит свой зад сюда!

– Отправьте его ко мне с сопровождением, – распорядился Джек и завершил вызов.

Спустя пару минут в комнату втиснулись двое массивных мужчин. Между ними, словно между двумя колоннами, тёрся невысокий парень, на вид не старше Дженни, с кожаной сумкой, перекинутой через плечо. Вид у гостя был потрёпанный.

– Что в сумке? – спросил Джек, обращаясь то ли к Кэйлансу, то ли к охранникам.

– Сканирование ничего не показало, – сообщил один из охранников.

– Нет у него никаких опасных предметов, – заверил Ред.

Джек кивнул безопасникам, и те удалились.

– Сэр! – Кэйланс с разбегу бросился на колени перед агентом «Теней». Его сумка с глухим стуком ударилась об пол. – Я едва смог сбежать!

При обращении «сэр» Жиль невольно хрюкнул и подавился сигаретным дымом. Откашлявшись, он затушил сигарету и, не найдя рядом ни утитилизатора, ни урны, осторожно положил её на журнальный столик.

Кэйланс бросил быстрый взгляд в сторону Жиля:

– Сэр, я не уверен, могу ли я говорить здесь… – почти прошептал парень, задирая голову.

Ред схватил его за воротник чёрной кофты и рывком оторвал от пола и усадил на диван напротив себя.

– Меня только одно интересует: какого хера?! – прошипел Ред.

– Ред, – предостерегающе сказал Джек.

– Сэр, – подал голос Кэйланс. – Всё пошло не по плану!.. Делайны, «Трёхглаз» – я не мог ничего сделать!

В комнату вкатился робот-официант, неся на подносе ещё одну белоснежную чашку и тарелку, полную вафель. Аккуратно объехав сумку Кэйланса, он остановился рядом с Джеком и перенёс посуду на столик. Забрав две чашки с остывшим чаем, он поместил их в открывшуюся в его корпусе нишу, а спустя несколько секунд достал вновь наполненными ароматной жидкостью.

Потянувшись, Жиль взял со столика чашку. Напиток оказался идеальной температуры – не обжигающе горячий, как часто бывает с чаем из дешёвых пищевых принтеров.

– Нас застали врасплох, – вновь заговорил Кэйланс, не отводя глаз от Реда, словно кроме него в комнате никого не было. – Никто не знал, что он там появится!

– Очень интересно! – протянул Ред.

Робот-официант, уже почти покинувший комнату, внезапно остановился. Несколько мгновений он стоял на месте, словно отключившись, а затем, сделав резкий разворот, покатился к журнальному столику и едва не врезался в ногу сидящего на нём Джека.

Жиль покосился на Реда. Тот сидел в полуразваленной позе и внимательно следил за роботом, но сжатые пальцы рук выдавали его напряжение. Подёргиваясь, робот схватил стоявшую на столике чашку с горячим чаем и повёз её к Кэйлансу.

– Возьми, – повелительным тоном рявкнул Ред.

Кэйланс без колебаний выхватил чашку из механических рук, едва не опрокинув её на робота. Ред прищёлкнул пальцами и, как показалось Жилю, с некоторым усилием оторвался от дивана. Робот перестал дёргаться и, опомнившись, поехал к двери.

– Так, – хмыкнул Ред, – ещё раз, напомни мне, почему при виде Делайнов ты обделался и убежал?

– Это был Делайн из «Трёхглаза», сэр, – принялся оправдываться Кэйланс. – Девчонка как-то узнала о нас и побежала. Мы…

– Пей, – внезапно прервал его Ред.

Кэйланс с удивлением посмотрел на него.

– Я сказал, пей! – повторил Ред и, когда Кэйланс послушно поднёс чашку к губам, добавил: – А то остынет.

За несколько глотков Кэйланс осушил чашку и поставил на пол у себя в ногах.

– А теперь давай в хронометрическом порядке, – приказал Ред.

– Хронологическом, – поправил его Жиль.

Джек, прикончив вторую порцию вафлей, поднялся на ноги и отряхнулся:

– Так, – он посмотрел на Реда. – Я ухожу. И рассчитываю, что то же самое сделаешь и ты вместе со своим парнем – чем раньше, тем лучше. С тобой же, Жиль, я хотел бы поговорить отдельно. Может быть, сможешь зайти ко мне по окончании этого цирка?

Жиль кивнул. Проводив Джека глазами, Ред выжидающе уставился на несчастного Кэйланса:

– Ну?!

– Мы приехали в офис Джонсона, – заговорил Кэйланс чуть увереннее – то ли после вкусного чая, то ли с уходом Джека, – погнались за девчонкой, но нас встретил трёхглазовец. Он убил Макса и Крэйгана. А потом приехал патруль Делайнов. Один из них выследил меня – пришлось поводить его по дворам. Делайны убили Делайна из «Трёхглаза» и забрали Алису с терминалом, она теперь…

– Я понял, – перебил Ред. – Значит, целая толпа Делайнов.

– Простите, сэр, – Кэйланс потянулся к своей сумке, – я не должен был бежать, я знаю. Но у меня есть доказательство того, что я говорю правду. Вот!

Кэйланс открыл сумку, и из неё выкатилась голова. Белёсые глаза уставились невидящим взглядом на Жиля.

– Чего?! – Жиль вздрогнул от неожиданности и пролил на себя остатки чая. Встряхнув руками, он вскочил на ноги и поставил чашку на столик.

– Ты чего так пугаешься, солдат? – удивился Ред.

– Не каждый день перед тобой выкатывается голова Делайна!

Голова, без всяких сомнений, принадлежала Делайну: светлые, почти белые волосы, узнаваемые бесполые черты лица. Бледная кожа приобрела мертвецкий синеватый оттенок, на губах застыла кровавая корка, но в целом голова пребывала в хорошем состоянии.

– Настоящая, – пришёл к выводу Жиль, присев на корточки возле головы и изучив след от лазерного ножа на шее. – Пахнет цветами.

– Разумеется, настоящая, – в голосе Кэйланса прозвучало возмущение.

Ред поднял голову за волосы и несколько секунд рассматривал её.

– Значит, ты подумал, – начал Ред, передавая голову Кэйлансу, – что вместо девчонки притащишь мне вот это, и я буду готов тебе всё на свете простить?

– Сэр?..

– Держи говорилку закрытой! Так вот, предположим, я впечатлён. И что с того?

Выражение лица Кэйланса заметно исказилось, но он промолчал.

– Ладно, психопат ты хренов. Забирай свой трофей и утилизируй.

– Не хочешь её оставить? – усмехнулся Жиль.

– Что мне с ней делать, по-твоему – на стенку повесить? – фыркнул Ред и вновь обратился к Кэйлансу: – Давай-давай, пока у самого голова не слетела. Как закончишь – отчитаешься. Я уж придумаю, как тебе рассчитаться за свой проёб.

Кэйланс издал громкий выдох облегчения, поднял с пола сумку и быстро спрятал голову Делайна в неё. Перекинув ремень через плечо, он кивнул Реду и вышел из комнаты.

Ред покачал головой и растянулся на диване.

– Что думаешь об этом, Прайс?

– Я не знаю, что здесь творится, но прекрасно понимаю, что меня это не касается, – пожал плечами Жиль. – Сейчас меня больше волнует другое. Откуда ты взял ту карточку с данными?

– Всё пытаешься думать, – закатил глаза Ред. – Зря.

– Меня со всех сторон обложили вопросами – как тут не задуматься, какого чёрта вообще произошло на самом деле.

– Это и не важно, – махнул рукой Ред. – Тебя вышлют к твоему генералу на службу и забудут. Хочешь знать, что случилось на самом деле? Так пойди и выясни!

– Очаровательно, – вздохнул Жиль. – Сам не знаю, чего я ожидал.

– Ты знал, на что подписывался, – отмахнулся Ред.

Жиль спорить не стал – в таком настроении из Реда что-либо вытащить точно не получится, да и у него не было на это сил. На первом этаже Лиза вместе с какой-то женщиной в деловом костюме рассматривала принтеры у стойки.

Дождь закончился, и на улице во всех формах и объёмах, свойственных Цитадели, цвела городская жизнь. Челнок с переливающимся символом «П+» на корпусе поднял маленький вихрь пыли, взлетая с ограждённой парковочной площадки.

Приобретя жевательную резинку у пищевого принтера, спрятанного в разноцветной будке на перекрёстке, Жиль направился в сторону остановки пассажирских челноков – она находилась всего в нескольких шагах от офиса «Принтер+». Мятная жвачка оказалась арбузной и отправилась на асфальт, и на голограф Жиля тут же пришло уведомление о снятии со счёта двух сотен кредитов для уплаты штрафа за административное нарушение.

Взглянув на часы голографа, Жиль решил, что у него оставалось в запасе немного свободного времени. Приземлившийся к остановке челнок, следующий по маршруту «12», устроил его как своим направлением, так и немногочисленными пассажирами, увлечёнными своими голографами. Заняв место в последних рядах, Жиль проверил свой кредитный счёт. Накопленные им за время службы деньги были конфискованы в пользу Армии, но стараниями Хоппинса у него имелись небольшие «отпускные». Средств вполне хватало для одного посещения «Нефритового клуба».

«Нефритовый клуб» устроился на втором и третьем этажах захолустного шестиэтажного арендного центра на окраине города, который он делил с ночным клубом «Малина» и частной галереей «Постмодернизм». Бросив короткий взгляд в сторону небольшой разномастной очереди, собравшейся у красного лифта «Малины», Жиль вдавил кнопку с изображением зелёного минерала на панели соседнего.

– «Нефритовый клуб». Все места на сегодняшнюю выставку «Изумрудные узоры» выкуплены, – послышался низкий мужской голос из хриплого динамика.

Жиль невольно улыбнулся: они до сих пор не сменили динамик.

– Возможно, найдётся место у рыжего бандикута? – предположил он.

Раздался щелчок, и створки лифта разъехались в стороны, впуская Жиля в кабинку, увешанную пластиковыми плакатами с изображениями камней и коротким описанием каждого. Официально «Нефритовый клуб» был сборищем любителей порассматривать коллекции драгоценных камней и минеральных пород. На самом же деле клуб существовал за счёт оказания более интересных услуг и рассматривания совершенно других вещей.

Лифт доставил Жиля в парадный холл, где его уже поджидал широкоплечий мужчина в растянутом свитере, с широкой челюстью и застывшим на губах выражением отвращения. Это был местный смотритель и вышибала, а по средам и выходным – специалист-геммолог, знаток камней, чьё имя Жилю так и не удалось узнать за прошлые пять посещений.

– Рыжего бандикута давно нет, – пробасил смотритель, как только Жиль вышел из лифта. – Его статую разбили полгода назад.

– Что? – возмутился Жиль, вспоминая маленькую фигурку, стоящую в углу одного из выставочных залов. – Кому он мог помешать?

Вместо ответа смотритель кивнул на дверь, ведущую на узкую скрипящую при каждом шаге лестницу. Второй этаж отличался от просторного и вычурного первого яруса клуба узкими извилистыми коридорами с пожелтевшими стенами, утыканными автоматическими дверьми.

– А что за «Изумрудные узоры» и где на них посмотреть? – спросил Жиль.

Геммолог проигнорировал его вопрос.

– Тарифы выросли.

– Насколько?

– Двадцать.

Жиль кивнул и сделал несколько переводов.

– Билли подойдёт через минуту, – сказал смотритель и разблокировал для него одну из комнат.

– Спасибо.

Как только дверь закрылась, Жиль лёг в знакомое удобное красное кресло, чем-то напоминающее стоматологическое. На столике рядом стоял терминал. Жиль потянулся к нему, но тут в комнату зашла Билли.

– Хочешь приобщиться к чужим фантазиям, мистер Прайс?

Для своих сорока с чем-то Билли выглядела отлично. На ней было зелёное платье в белый горошек с глубоким вырезом.

– Привет, Билли, – улыбнулся ей Жиль. – Хорошо выглядишь. Я уже говорил, что тебе идут платья в горошек? Кстати, сколько их у тебя?

– Всего одно, – засмеялась она. – Устраивайся пока поудобнее.

Билли заблокировала дверь, прошла до столика и раскрыла свой кейс.

– Обрадую тебя, – Билли вытащила из кейса моток проводов, – с твоего последнего визита у нас сменилось оборудование.

– Что, больше никаких липучек, инъекций, физи-гелей и проводов? Тогда что? Ретрансляция через спутник?

Билли затянула ремни вокруг ног и рук Жиля.

– Сам всё увидишь, умник. Я так посмотрю, ты и сам стал ходячим ретранслятором. Скажу честно, до тебя модифицированных гостей у нас не было, но наше оборудование должно быть вполне совместимо с твоим, так что всё сработает в лучшем виде. Я налажу подключение к твоему мозгу через контрольный чип.

– Как угодно, – ответил Жиль. – Давайте начнём.

– Полный лимит?

– Нет, минут сорок-пятьдесят, – попросил Жиль.

– Все говорят отключить через час, а потом начинают скандалить, – проворчала Билли.

– Я не буду скандалить, – пообещал Жиль.

– Выключу через сорок пять минут, – достав из кейса медицинский пистолет, она поднесла его к шее Жиля. – Хорошего времяпровождения.

Лёгкий укол – и усталость, накопившаяся за день, мгновенно накрыла его, словно океанская волна.

Темнота перед глазами постепенно приобретала буроватый оттенок. Втянув в лёгкие тёплый сухой воздух, наполненный смесью запахов гари, бензина и пота, Жиль открыл глаза.

Он сидел на кирпичной стене, свесив вниз загорелые ноги в шортах. Перед ним простиралась пустыня с редкими гордо возвышающимися дюнами. Хаотичными островками на её жёлтой мантии росли бурые валуны и редкая колючая трава, не страшащаяся палящего солнца. Жиль и сам чувствовал себя сухим и колючим растением, которое завезли сюда ради непонятного эксперимента.

Она опустилась рядом с ним и тоже перекинула ноги через край. Здесь было высоко – не меньше шести этажей. Стоит упасть – и тебя поглотит песчаное море.

– Не выгляди таким усталым, – её полные спелые губы растянулись в улыбке. – Жиль Прайс, пустыня не смогла иссушить тебя, не позволяй сделать это напускным патриотам Альянса и гнилым теневикам.

Он посмотрел на неё, и сердце – вернее, то, что заменяло ему орган перекачки крови, – сжалось. Огненно-рыжие волосы развевались на ветру. Зелёные глаза блестели, в солнечном свете приобретая изумрудный цвет. Она щурилась то ли от солнца, то ли от того, что сердилась на него.

Жиль вздохнул. Она была права – в нём практически ничего не осталось, кроме воспоминаний и сожалений. Впрочем, он не был уверен, что у него вообще когда-либо было что-то ещё.

– Твои шрамы, – она прикоснулась к тому, что разрезал его правую бровь, – мне нравятся.

– Тебе нравятся шрамы на ком угодно.

– Нет, – рука скользнула по его шее и остановилась на груди. – Твои мне нравятся больше остальных. Они появились после меня.

Она улыбнулся и потянулась к его лицу. От неё пахло клубникой.

Жиль резко зажмурился и задержал дыхание. Он не мог продолжать. Джессика ненавидела клубнику и никогда не вела себя так. Симуляция не старалась сделать её реальной, она старалась просто угодить его желаниям.

– Жиль… – голос растворился в пустоте.

Исчезло солнце, исчезли кирпичная стена и песок, воздух остыл и утратил все запахи. Жиль обнаружил себя в просторной комнате с белыми стенами и большой кроватью со свежим постельным бельём, где лежала рыжеволосая девушка, в которой Жиль узнал Лизу со стойки администратора офиса «Принтер+». Она была раздета, не считая пояса с кинжалом на её тонкой талии. Девушка улыбалась, всем своим видом приглашая присоединиться к себе.

Нет, никаких рыжих волос и никаких кинжалов на обнажённом теле Жиль не хотел. Зажмурившись, он постарался вызвать более адекватные ассоциации. Не пропадать же деньгам.

Белые стены сменились декорациями, сильно напоминающими офис Ника Маука, каким запомнил его Жиль в свой последний визит. Посреди кабинета был постелен тёмно-синий ковёр со звёздами Альянса, а на нём растянулась юная стажёрка из «Принтер+» в форменной юбке и расстёгнутой блузке.

– У Вас проблемы с Вашим устройством? – Лиза села на колени перед Жилем, улыбаясь своей самой любезной улыбкой. – Наша компания всегда готова оказать Вам помощь. Мы работаем, чтобы сделать Вашу жизнь приятнее. Для меня честь принять Вас, мистер Прайс.

– Просто Жиль.

Лиза схватилась за его майку и, стащив её, принялась покрывать поцелуями его тело.

Она была красива, а Жиль уже давно ни с кем не был. После того как его собрали по частям, он не торопился испытывать работоспособность некоторых органов, потому что боялся разочароваться. Однако сейчас, раздевая стажёрку и чувствуя, как её грудь трётся о его лицо, он больше не сомневался.

Переход был неожиданным. Секунду назад Лиза умело оседлала его, а теперь он уже в тесной комнате, прижат ремнями к креслу, обитому искусственной кожей. Расслабленное удовольствие и тугое возбуждение сохранились, но были омрачены головокружением.

– Какие впечатления от нового оборудования? – поинтересовалась Билли, отстёгивая ремни. Все провода и примочки уже были уложены в стоящий у её ног кейс.

– По правде сказать, прошлая система производила впечатление более чуткой и умной, – посетовал Жиль, когда справился с пост-переходными симптомами. – Эта новая кажется слишком своевольной.

– Иной принцип работы. Остальные клиенты в восторге.

– Возможно, им нравится, когда желаемое выдаётся за действительное, – предположил Жиль, поднимаясь с кресла.

Билли засмеялась. Поняв, что его слова стали удачной шуткой, Жиль тоже рассмеялся.

– Был у нас один постоянный гость, – перестала смеяться Билли. – Неплохой человек, опрятный, вежливый, тоже не лишён чувства юмора. Сначала приходил раз в пару месяцев, затем раз в две недели, а с усовершенствованием системы стал наведываться чуть ли не каждый рабочий день. Спустя месяц таких посещений он начал требовать, чтобы мы продали ему оборудование, пытался шантажировать. Кортексу пришлось выпроваживать его силой.

– А кто бы отказался от своего личного исполнителя желаний? – хмыкнул Жиль.

– Я просто к тому, – добавила Билли, – что во всём надо знать меру.

Она подмигнула Жилю, схватила свой кейс и разблокировала дверь. Смотритель-геммолог стоял с той стороны двери, не изменив выражения на лице.

– Спасибо за сеанс, – попрощался с Билли Жиль. – Если снова смените оборудование или откопаете старое, дайте знать.

Билли помахала ему рукой и скрылась в другой комнате. Вышибала кивком указал в сторону лестницы. Жиль, как обычно, пошёл впереди.

– А чем всё закончилось с тем постоянным клиентом, о котором рассказывала Билли? – спросил Жиль, когда они подошли к лифту.

– Наши услуги ему больше не понадобятся.