Армина первой узнала мои новости. Сразу после Биржи я прибежала к ней.

– У меня самый высокий балл! Я была первой в списке, представляете?

– Молодец! Я и не сомневалась, что ты будешь одной из лучших.

– Спасибо! Мне все двадцать вакансий предложили – я могла любую выбрать!

– И что выбрала?

– Вторую зону. – Я вспомнила наш недавний разговор и виновато посмотрела на Армину. – Место детской помощницы.

Армина покачала головой, и я не смогла определить: то ли она соглашается, что это хороший выбор, то ли недовольна мной. А мне так хотелось, чтобы она порадовалась за меня! И я, словно оправдываясь, сказала:

– Ну да, знаю, что вы подумали: «с твоим умом», «ты способна на большее» и всякое такое! А может, я и там найду способ применить свой ум!

– Да? – с интересом спросила Армина. – И какой же?

– В университет поступлю! – выпалила я.

– Что ж, отличный план!

Я недоверчиво приподняла брови – опять не смогла понять, шутит Армина или говорит серьёзно. Но она улыбнулась, и я сразу успокоилась.

– Эйна, это будет непросто, но ты ведь не сдашься, да? Ты там всё разузнай – какие документы нужны, какие тесты придётся сдать. Не торопись, у тебя ещё вся жизнь впереди. Присмотришься, обустроишься – а там, глядишь, и правда поступишь учиться!

– Думаете, у меня получится?

– Надеюсь! А теперь давай пить чай.

Пока закипала вода, я собралась переодеться в приютский комбинезон, но Армина меня остановила:

– Не надо, останься в этом платье.

– Но как же… Жалко, оно может запачкаться. У меня ведь больше ничего нет.

– Уже есть! – Она улыбнулась, подъехала к шкафу и отодвинула зеркальную дверцу. – Достань вот эти платья.

Я бережно сняла с палки треугольные распорки с крючками и держала платья на весу, чтобы они не волочились по полу.

– Давай пока положим их на стол, – предложила Армина. – Я всё перешила на твой размер. Сейчас будешь примерять!

Я ахнула:

– Когда же вы успели?

– Да так, постепенно. Каждый день понемножку. Я же сняла с тебя мерки, когда мы первое платье перешивали. И потом под них же другие платья подогнала.

Тут я сообразила, что Армине ведь тоже нужны платья. Неудобно получилось! Она догадалась, о чём я думаю.

– Не волнуйся. Я редко из дома выхожу, мне хватит того, что тут осталось.

В шкафу действительно висело ещё несколько штук. Я, приплясывая на месте от удовольствия, начала примерять платья – одно за другим. Я уже не стеснялась Армины: я так привыкла считать её моей бабушкой, что иногда забывала, для чего мы с ней это придумали.

Платья сидели на мне прекрасно. Больше всего мне понравилось одно: тёмно-зелёное, из гладкой блестящей ткани, с ажурным белым воротником. Оно слегка напоминало форменные платья наставниц в приюте, но смотрелось намного изящнее. Ткань красиво переливалась, юбка спадала мягкими складками почти до щиколоток, а лиф был присобран над грудью и сужался к талии.

– Это самое нарядное, я его для торжественных случаев оставлю.

После примерки Армина протянула мне мягкую тряпичную сумку:

– Сложи сюда все платья, возьмёшь с собой.

– В приют? Но там же нельзя такую одежду носить. Всё равно придётся переодеваться где-то в другом месте.

Армина смутилась. Она забыла, какие у нас строгие правила.

– Ладно, пока оставь у меня. Будешь здесь переодеваться.

После этого я заварила чай и начала разливать в мои любимые чашки с цветами. Армина поставила на стол красную коробку с тонкой полупрозрачной ленточкой.

– Что это?

– Подарок. Отпразднуем твою победу! Открой.

Я развязала ленту и подняла крышку. Во внутренней части коробки были круглые углубления, и в каждом лежал гладкий тёмно-коричневый шарик. Я смотрела и не понимала, для чего они. Потом догадалась:

– Это… Это шоколад? Правда? – и подняла глаза на Армину.

Она кивнула:

– Попробуй.

Я осторожно взяла двумя пальцами один шарик, положила на язык. Рот заполнила сладкая слюна, но это была не просто сладость, к ней примешивался незнакомый горьковатый вкус. Я вспомнила старое книжное слово «божественно». Наверное, именно так называли этот вкус раньше.

Армина с улыбкой наблюдала за мной.

– Нравится?

Шарик таял во рту, под его твёрдой оболочкой я ощутила мягкую вязкую массу с другим вкусом, ни на что не похожим.

– Там ореховая начинка, – подсказала Армина.

– Где вы это взяли? Я не знала, что шоколад ещё существует.

– Это Никоса наградили за успехи его завода. Из Первой зоны прислали.

– А там откуда шоколад? Для него же нужны специальные деревья. Какао.

– Я не знаю. Наверное, это синтетическое какао. Но на вкус – как настоящее. Я ещё помню обычный шоколад, прежний, из прошлой жизни. Он был такой же.

– А можно я возьму несколько шариков с собой? Друзей угощу.

– Эйна, это же подарок! Бери всю коробку.

Я подошла к Армине, поцеловала её в щёку:

– Спасибо! Вы не представляете, как я вам благодарна!

– За шоколад? – улыбнулась она.

– За всё! – пояснила я, не поддавшись на её попытку отшутиться, и добавила: – Моя милая двоюродная бабушка!

В тот же вечер, после отбоя, мы с Валитой и Сарой разложили одеяла на полу перед окном, за нашими кроватями, – чтобы никто не видел, что мы там делаем, – и я рассказала подругам все свои новости, а потом мы съели по два шоколадных шарика. Я снова завязала ленточку на коробке:

– Простите, остальные для Марты, Сармата и Торлана с Астаей.

А утром я проснулась ещё до подъёма, и пока лежала в тишине, пыталась придумать, как бы мне поскорее избавиться от надоевшего приютского комбинезона и начать носить нормальную одежду. В том числе и в школу. Мнение Наставницы Фламии меня больше не беспокоило, но я понимала, что переодеваться прямо здесь будет нечестно по отношению к моим подругам – у них ведь вообще не было ни одного платья.

У меня появился дерзкий план, в успехе которого я сильно сомневалась. Не дожидаясь завтрака, я спустилась к тётушке Марте – её ночное дежурство заканчивалось сразу после подъёма, она должна была отчитаться Наставнице Фламии, что ночь прошла спокойно, и потом пойти домой.

– Эйна, милая, как ты? Давно не заходила, я скучала!

– Прости, тётушка Марта. Столько дел сейчас… – И я подробно рассказала ей про вчерашнее собрание на Бирже. Шоколад пока не стала доставать, мне хотелось угостить Марту в спокойной обстановке – у неё дома, за чаем. Конечно, чай у неё был совсем не такой, как у Армины, но когда-то мне и это казалось счастьем: сидеть за столом в обычной квартире и пить что-то горячее из настоящих чашек.

А потом я спросила:

– Я могла бы пожить у тебя несколько дней? Не в выходные, как раньше, а в будни?

– Ох, милая! Я бы рада была. Но кто же тебе разрешит?

– А если разрешат? Ты не против?

– Конечно, нет!

Я обняла Марту и выбежала на улицу. Теперь мне нужно было заскочить к Армине, переодеться и забрать мои сокровища – новые платья. У Армины в это время работала другая сиделка, утренняя. Мы с ней ещё не встречались, и я не воспользовалась ключом, как обычно, а только постучала.

Дверь открыла высокая грузная женщина. Её лицо сначала вытянулось: зачем тут какая-то сиротка в приютском комбинезоне, но почти сразу она вспомнила, что ей рассказывала Армина, и гримаса удивления сменилась улыбкой. Из комнаты раздался голос Армины:

– Кто там пришёл? – И она выкатилась в коридор. – Эйна? Почему в такое время?

– Простите. А можно я у вас переоденусь?

Армина приподняла брови, но не спешила меня расспрашивать, и я пояснила:

– Я решила, что больше не буду ходить в школу в комбинезоне. С меня хватит. Я обычный человек. Могу носить обычную одежду. Законом ведь это не запрещено, да?

– Да, – подтвердила Армина. – Дело не в законе, а в правилах приюта.

– А я и не буду в приют в такой одежде приходить. Так что всё нормально.

– Ладно, – согласилась Армина. – Давай. А дальше что? Будешь ко мне заходить перед школой и после школы?

– Думаю, что нет. У меня есть план. Я потом расскажу, хорошо?

Когда я появилась перед школой в голубом платье и светлых туфлях, все, кто стоял на крыльце, повернулись в мою сторону и провожали меня взглядами, пока я поднималась и шла мимо них. До этого дня никто не замечал перемен в моей внешности – мою новую осанку скрывал приютский комбинезон, моя походка по-прежнему казалась тяжёлой из-за грубых ботинок. А сейчас я украдкой поглядывала на изумлённые лица одноклассников и наслаждалась тем, что мне удалось их поразить.

В классе тоже все глазели на меня, и даритель знаний то и дело покрикивал:

– А ну-ка, повернитесь к доске!

На первой перемене, никому ничего не объясняя, я пошла к Дарителю Кириану. Он был не занят, велел мне войти, удивлённо поднял брови при виде моего необычного наряда и молча ждал, что я скажу.

Я не стала ничего выдумывать. Начала с того, что мои результаты экзамена на Бирже были лучшими в городе, и за это я очень благодарна и директору, и школе. Без их поддержки я бы не справилась со школьной программой. Сказала, что я выбрала работу во Второй зоне и скоро уеду туда. И в конце честно призналась: за десять лет жизни в приюте я устала от этого уродливого комбинезона, который делает меня изгоем в любом нормальном обществе. А я ведь ничуть не хуже других – я это доказала, сдав сложный экзамен на Бирже. И что я хочу хотя бы последние две недели в школе, пока мы будем сдавать выпускные экзамены и заключительный экзамен на зрелость, выглядеть как обычный человек. То есть носить платья.

– Да. Понимаю. Вполне законное желание. В школе никто не будет против.

– В школе – да. Но мне нельзя это делать в приюте.

– И как я могу тебе помочь? Написать туда ещё одно письмо?

– Да, пожалуйста, напишите! Только не о платьях.

Даритель Кириан, уже потянувшийся к стопке официальных бланков на краю стола, удивлённо поднял голову.

– А о чём?

– О том, что мне нужно очень серьёзно заниматься, чтобы сдать выпускные экзамены. Поэтому мне сейчас полезнее жить не в приюте, а в спокойной семейной обстановке. Пожалуйста, прошу, напишите Наставнице Фламии, что надо меня отпустить в гости! И не на выходные, а на две недели!

– И к кому же ты пойдёшь?

– К тётушке Марте. Она наша бывшая соседка, знала моих родителей. И работает в приюте уже много лет. Меня к ней и так часто отпускали на выходные. А теперь я бы хотела и в будни у неё пожить. Тогда бы я могла нормально одеваться.

– А она согласна?

– Конечно! – Я улыбнулась. – Думаете, я бы её не спросила, прежде чем к вам прийти?

– Ладно, уговорила, – улыбнулся директор мне в ответ. – Не пропадать же таким красивым платьям! Давай уж заодно и от швейной мастерской с прогулками тебя освободим. Тогда у тебя останутся только школа и фабрика. Сейчас напишу, что тебе с завтрашнего дня требуются особые условия. Курьер сегодня отнесёт письмо, и завтра утром сможешь перебраться к своей тётушке Марте.