Утром того дня, на который назначили экзамен, я пыталась внушить себе, что я спокойна. В столовой я сидела между Валитой и Сарой, обе отломили мне по кусочку от своих порций хлеба: думали, что мне нужно поесть как следует. Но я даже свой хлеб не смогла съесть, положила в карман. Заставила себя выпить стакан витаминного напитка – наверное, он был вкусным, но я глотала тёплое питьё без всякого удовольствия. Девчонки пожелали мне удачи. Я кивнула и побрела в школу. Надо было как-то отсидеть на уроках и не перенервничать, чтобы хватило сил добежать до Армины, переодеться у неё и пойти на Биржу.

Какие уроки были в тот день, я не запомнила. Пару раз дарители знаний задавали мне какие-то вопросы, я отвечала невпопад, и они вызывали других учеников. С моими оценками я могла себе такое позволить, дарители знаний решили, что я просто не выспалась.

Наконец протарахтел звонок с последнего урока, и все начали расходиться. Сармат увидел, что я перекладываю книги в сумке, и спросил:

– Тебя подождать? Или хочешь побыть одна?

– Идите, я задержусь.

Когда я вышла в коридор, там уже никого не было. Я всё просчитала: сейчас не торопясь дойду до дома Армины, и у меня будет сорок минут, чтобы привести себя в порядок. И за полчаса до начала экзамена я пойду на Биржу, она совсем рядом, останется запас времени.

Я уже вышла на крыльцо, когда дверь у меня за спиной распахнулась и кто-то крикнул:

– Эйна, постой!

Я обернулась и увидела Альвина.

– Тебя директор срочно вызывает! Иди к нему.

– Сейчас? Зачем?

– Откуда мне знать!

Я вздохнула, посмотрела на часы над входной дверью и вернулась в школу. Ничего страшного, немного времени у меня есть. Альвин шёл рядом со мной. Я постучала в дверь кабинета – никто не ответил. Альвин пожал плечами:

– Наверное, вышел на минутку.

Я подёргала ручку двери, но кабинет был заперт. Что же делать? Альвин сказал:

– Посиди здесь, я сбегаю в Зал дарителей знаний. Спрошу, где директор.

Но сидеть я не могла, быстро ходила по коридору туда-сюда. Альвин скрылся за углом, хлопнула дверь: один раз, потом второй.

– Сказали, что он скоро вернётся! Он велел тебе его дождаться.

Увидев, что я плюхнулась на скамейку перед кабинетом директора, Альвин попрощался со мной и ушёл.

Не знаю, сколько времени прошло, но Даритель Кириан всё не появлялся. Я встала, подошла к Залу. Но там уже никого не было. Наверное, спустились в другом конце коридора. Потом в вестибюле хлопнула дверь, я вскочила и сделала несколько шагов к лестнице. По ней кто-то быстро бежал – вряд ли это мог быть директор. И вскоре я увидела Сармата. Он схватил меня за руку и потащил к выходу:

– Быстрее! Ты уже опаздываешь!

– Что? Куда ты меня тащишь? А как же директор?

– Потом объясню, бежим!

Хорошо, что я подробно рассказывала Сармату, что буду делать в день экзамена. Мы бежали прямо к дому Армины, но не по улице, а какими-то дворами и переулками. Сармат хотел срезать путь, чтобы выиграть время. Разговаривать на бегу мы не могли, но я и сама уже начала обо всём догадываться. Сармат только крикнул:

– Успеешь, если постараемся!

Когда мы ввалились в квартиру Армины, оба тяжело дышали и не могли говорить. Армина была дома одна: другая сиделка не смогла меня подменить, и Никос разрешил мне пропустить моё дежурство при условии, что в перерыве между экзаменами я приду и приготовлю обед. Армина выехала в коридор на своём кресле. Она побледнела, схватилась за сердце и спросила:

– Эйна, где ты была? Что случилось? Кто это?

– Это мой друг, Сармат. Он сейчас всё расскажет.

Я побежала в комнату, взяла платье и туфли, бросилась в ванную. Дверь прикрыла неплотно и, пока умывалась и переодевалась, слушала, что говорит Сармат.

– Я сначала домой зашёл после уроков, а потом решил погулять. И тут вижу – Альвин идёт. Такой весь разодетый, довольный. Я его спрашиваю, мол, куда это ты. А он говорит: да на Биржу иду, хочу экзамен сдать. Тогда я ему говорю: а ведь Эйна тоже туда собиралась. Не видел её, спрашиваю? Видел, говорит. Она в школе. Её к директору вызвали. Засмеялся и ушёл. И тут до меня дошло: не мог директор Эйну в такое время вызвать! Ну, я и помчался в школу. А Эйна там сидит.

Когда я это услышала, тяжёлая расчёска с громким стуком упала на плиточный пол.

– Эйна? Ты как там? – спросила Армина.

Я распахнула дверь, уставилась на Сармата и прошептала:

– Как он мог?

Сармат пожал плечами и приподнял брови:

– Сам не понимаю. Хорошо ещё, что я его встретил!

Армина посмотрела на часы.

– Эйна, до экзамена всего полчаса! Пора идти.

Я подошла к Армине, взяла её за руку:

– Спасибо! Я скоро вернусь, и будем обедать!

– Иди же. Сармат, проводишь её?

– Конечно!

Дверь за нами захлопнулась, и у меня внутри похолодело. Я пыталась глубоко вдохнуть, но не могла. Сармат потряс меня за плечи:

– Ну-ка, соберись! Немного осталось!

Всю дорогу он тащил меня за руку, а я ощущала себя тряпичной куклой. И только перед широким крыльцом Биржи я опомнилась: ну уж нет, я слишком долго готовилась к этому экзамену, я не дам какому-то подлому однокласснику всё испортить!

Я поднялась по белым ступеням, подошла к охранителю у входной двери и вежливо поздоровалась.

– Куда вы?

– На экзамен.

– Проходите, пожалуйста! – И он открыл передо мной тяжёлую стеклянную дверь.

В просторном вестибюле за высокой перегородкой стоял ещё один охранитель и смотрел прямо на меня.

– Здравствуйте! Не подскажете, где здесь будет экзамен?

Он вытянул руку и сказал:

– Вон, видите? Указатели на стене. Идите по ним.

Я кивнула и двинулась вперёд. Длинный безлюдный коридор привёл меня к лестнице, там висел следующий указатель. Я поднялась на второй этаж, так и не встретив ни одного человека. Металлические двери по обеим сторонам коридора были закрыты, перед каждой видела красивая стеклянная табличка с золотыми буквами на чёрном фоне. Плотный серый ковёр на полу заглушал шаги – я шла в полной тишине. Вскоре вдалеке послышался гул голосов, и я заметила, что одна дверь впереди распахнута, оттуда на ковёр падала косая полоса света.

На стене перед этой дверью, рядом со стеклянной табличкой, висел крупный белый указатель со словом «Экзамен». У самой двери я замедлила шаг и глубоко вдохнула, как будто сомневалась, что в экзаменационном зале смогу нормально дышать.

Комната напоминала обычный школьный класс, только намного длиннее и шире. Небольшие учебные столы стояли в четыре ряда, и в каждом ряду помещалось двадцать таких столов – это я потом сосчитала, когда уже села на свободное место. В первом ряду от окна сидел Альвин. Он быстро отвернулся, когда я вошла, как будто не заметил меня.

Я нашла незанятый стол в конце того же ряда и начала украдкой рассматривать своих конкурентов. Все они выглядели аккуратно и красиво. Я узнала только Альвина, остальные учились в других школах. Некоторые, мне показалось, были старше нас. Наверное, они окончили школу раньше, а сейчас пришли на этот экзамен вместе с выпускниками школ. Я знала, что так тоже можно. И это давало надежду: если у меня не получится с первого раза, я буду пробовать снова и снова, пока не добьюсь своего.

Вскоре в класс вошли несколько человек в одинаковых серых костюмах. У женщин были такие же пиджаки, как у мужчин, но юбки вместо брюк. Я вспомнила, что Елена приходила к Армине в очень похожем костюме. Это меня немного успокоило, ведь она обращалась со мной хорошо, без высокомерия и презрения. И эти её коллеги тоже могут быть хорошими людьми. Молодая женщина с блокнотом прошла вдоль рядов, записала наши имена, родовые номера, возраст и номер школы.

Потом она села за стол, лицом к нам, а другая женщина раздала каждому листки с вопросами и вышла вместе с другими сотрудниками. У нас был ровно один час, чтобы ответить на тридцать вопросов из разных школьных предметов. Сначала я пробежалась глазами по всем вопросам, чтобы начать с самых простых. Я всегда так делала на контрольных работах в школе. Если на каждый вопрос даётся в среднем по две минуты, то на простые вопросы я отвечу намного быстрее, и у меня останется запас времени для сложных.

Этот метод я применяла в несколько этапов: сперва отвечала только на те вопросы, над которыми совсем не нужно было думать. Здесь таких оказалось примерно половина. На стене перед нами висели большие часы, и я заметила, что прошло всего десять минут. Теперь я выбирала самые простые из оставшихся вопросов: те, ответы на которые я знала точно, но мне требовалось время, чтобы подробно всё записать. За двадцать минут я ответила ещё на десять вопросов. И у меня осталось целых полчаса для последних пяти заданий.

Елена говорила, что экзамен зачтут, даже если не все ответы будут правильными. Достаточно двадцати пяти правильных ответов из тридцати, а они у меня уже были. Получается, что я могла встать и уйти прямо сейчас, на середине экзамена. Но я никогда так не поступала: мне нравилось доводить дело до конца. Постепенно, стараясь писать не слишком подробно, я заполнила оставшиеся ячейки бланка. И как только я закончила, четверо сотрудников встали, быстро прошли по рядам и забрали наши листки.

Объявили перерыв, велели вернуться через полтора часа. За это время наши работы проверят и решат, кого допустить ко второй части экзамена. Я догнала Альвина, когда он уже вышел в коридор. Поравнялась с ним, но он старательно отворачивался, и мне даже пришлось взять его за рукав.

– Альвин, послушай! Надо поговорить.

– О чём?

– Зачем ты меня обманул?

– Не понимаю. Что ты имеешь в виду?

– Про директора. Зачем ты сказал, что он меня вызвал?

– А он тебя и вызвал!

– Да? Но я ведь завтра утром приду к нему и спрошу. Что он мне ответит?

Альвин повернулся ко мне и громко крикнул:

– А мне какое дело? Иди и спрашивай. Меня это не касается!

И только когда он увидел, что другие школьники, которые вместе с нами шли к выходу, оборачиваются и смотрят на него, он замолчал, ускорил шаг и скрылся из виду.