Джефри

Сначала мне показалось, что я схожу с ума, что я вижу ее в каждой встречной девушке, но когда Барбара вскинула голову, и мы встретились взглядами, все сомнения рассеялись.

Я обошел веселящуюся толпу и, аккуратно схватив Барби за локоть, отвел ее в сторону.

– Кажется, я говорила тебе не приближаться ко мне! – зашипела она, выдергивая руку.

– Что ты здесь делаешь? – Я не смог устоять и опустил взгляд на ее грудь, обтянутую фиолетовой тонкой тканью платья, которое к тому же едва прикрывало ее задницу. Чертовски откровенное, как по мне.

– Приехала посмотреть университет.

– Это я понимаю, но что ты делаешь на этой вечеринке?

Барбара усмехнулась, легко качнув головой.

– Отдыхаю, разве не видно?

– Это фиолетовое платье не слишком короткое?

– Это лиловое платье, к твоему сведению.

– Есть разница?

– Думаю, для таких как ты – нет. Но для меня определенно есть, – фыркнула она.

– В любом случае к цвету претензий нет, есть к длине и вырезу.

– Старший брат снова в деле?

– Не называй меня старшим братом, – резко сказал я. Сама мысль о том, что она хоть на секунду могла воспринимать меня как старшего брата, заставляла тяжелеть мою грудь. Старший брат никогда не представит ее в таком виде, в котором представлял я, никогда не тронет там, где трогал я.

– А как бы ты хотел, чтобы я тебя называла? Придурок подойдет? Мм, нет! Как называется человек, который не способен отличить фиолетовый от лилового? – ухмыляясь, спросила она.

– Такой человек называется «нормальным»?

Улыбка слетела с ее губ.

– Смешно. Нет, правда, я рада, что ты шутишь. Ведь иногда у меня складывалось впечатление, что у тебя аутизм. Был еще вариант, что за каждое слово тебе приходилось платить, но его я отбросила сразу, ведь Дэниел покрывает все твои расходы.

– А ты сегодня в ударе, Барби, что случилось, сделала укладку за пятнадцать минут вместо обычных тридцати?

Голубые глаза потемнели, отчего ее лицо стало еще привлекательнее. Ее внешний вид, длинные волосы и острый взгляд от того, что я в очередной раз назвал ее «Барби» переворачивали все органы в моем животе, мой член дернулся в штанах, но я приказал ему не возникать.

– Двадцати трех, – проговорила она, не моргая.

– Что?

– Вместо обычных двадцати трех минут, – разделяя каждое слово на слоги, повторила она. – А что тебя так удивляет? Двадцать три слишком долго для тебя?

Я прикусил губу, сдерживая смешок рвущийся наружу. Шагнул ближе, наблюдая за тем, как округляются ее глаза.

– Нет, с тобой, моя Барби, это будет только прелюдия, а дальше помножь на два или на три. Я же говорил тебе, все, как ты пожелаешь.

Она распахнула губы, словно не могла вдохнуть. Первой моей идеей было прижаться к ее сладкому рту и целовать его, пока от кислородного голодания не закружится ее голова, но я отложил эту мысль. Однако не могу гарантировать, что не вернусь к ней позже.

Ее растерянность и покрасневшие щеки умиляли. Неужели девушка, которая раскалывала сердца парней, словно орешки, робеет от такой безобидной шутки?

– Я пойду… Меня ждут подруги, – тихо сказала она, отстраняясь.

– Барбара, тебе здесь не место, – вспоминая нашу первоначальную тему, сказал я, снова касаясь ее локтя, но в этот раз совсем невесомо, будто более тесное касание могло убить меня. Возможно, так и было. А может я просто не хотел в очередной раз потерять контроль рядом с ней, прямо как после большого ужина, когда она ворвалась в душевую.

Я ведь не спал ни с кем с… Да вообще-то давно не спал, с того самого момента, как Барбара застукала нас с двумя Молли. Почему-то мне было не до этого. Почему-то в последнее время мысли о ней особенно сильно заразили меня, словно чума.

– В этот дом приходят только чтобы напиться и снять кого-нибудь на ночь. Ты уже чья-то цель, – добавил я.

– И как это касается тебя, Фостер?

– Ты девушка моего брата, – в который раз сказал я.

Она девушка моего брата, девушка моего брата.

Сколько раз мне нужно было повторить эту фразу, чтобы я, наконец, перестал думать о ее губах и о том, чтобы стянуть с нее это тонкое платье и зацеловать ее тело?

– А сам-то тут что делаешь, тоже пришел снять кого-то? – сузив глаза, спросила она, должно быть, решив, что лучшая защита это нападение.

– Я состою в этом братстве.

Барбара ухмыльнулась и лукаво взглянула на меня.

– Значит, являешься ярким представителем тех самых ребят, от которых пытаешься меня предостеречь? И кто твоя цель? – поинтересовалась она, осматриваясь по сторонам. Взгляд ее замер на Молли, наблюдающей за нами со стороны, мне показалось, что Барбара напряглась, но в следующее мгновение на ее губах растянулась широкая улыбка. – Вон та твоя подружка, я угадала?

Как разговор о том, что ей нельзя находиться на этой вечеринке перешел на то, кого я намереваюсь сегодня трахнуть?

– Не угадала.

– Да ладно, колись, я знаю, что она много значит для тебя.

– Ты допрашиваешь меня, Барби?

– А тебе есть что скрывать?

Я дернул подбородком от раздражения.

– Почему тебя так интересует это?

– Просто это странно, не находишь? Ты выучил ее имя, и называешь им всех девушек. Ясно, что здесь что-то не так, – пожала плечами она. – Что за история любви? Молли разбила тебе сердце? Встречалась с другим, пока ты был в нее влюблен? – Ее рот не закрывался ни на секунду, а слова как нельзя точно описывали мое внутреннее состояние, только не Молли была причиной моих проблем.

– Я всех и всегда называл Молли, в этом нет тайного смысла, это удобно, когда не хочешь запоминать имена, но в случае с ней просто совпало, – признался я.

Она замолчала на несколько секунд, что-то обдумывая в своей светлой голове.

– Вы спали? – вдруг спросила Барбара.

– Какое это имеет значение?

– Просто ответь. – Ее глаза внимательно изучали мое лицо, и почему-то мне показалась, будто Барбаре не понравится, если ответ будет положительным.

Она ревнует. Раньше я сомневался, пытался понять, не обманываю ли сам себя на этот счет. Но теперь я точно был уверен.

– И она брюнетка – твой типаж, – так и не дождавшись моего ответа, задумчиво протянула Эванс.

– Она не мой типаж.

– А кто же тогда? – Ее любопытный взгляд замер на моем лице.

Мне хотелось пошутить, что мой типаж – это девушка младшего брата, но самому от этой шутки стало грустно.

Мой типаж стоял прямо передо мной. Однако я никогда не встречался с блондинками, чтобы не искать отчаянно на каждом идентичном лице ее глаза, ровно, как и не разочаровываться каждый раз, когда понимал, что такую как она никем не заменить.

Никому из них не удастся сравниться с милым личиком Барбары и большими голубыми, словно само бесконечное небо, глазами.

– Джефри, привет, – появившаяся рядом темноволосая подруга Барбары томно улыбнулась, стараясь изо всех сил привлечь мое внимание. Расправленные плечи и выставленная вперед грудь, неестественна поза, загадочный взгляд и распахнутые губы – слишком явные знаки, никакой загадки. Ее взгляд буквально кричал о намерении оседлать мои бедра. Но я совсем не был настроен на это. Кивнул ради приличия, наблюдая за тем, как сердито Барбара хмурит свои брови.

– Нам лучше найти Отэм, – безэмоциональным голосом бросила она и, подхватив под руку свою подругу, увела ее, так и не получив от меня ответа на свой вопрос.

***

Я присматривал за ней из тени. Наблюдал за тем, как она танцевала, наслаждался видом ее счастливого лица, и жалел, что из-за громкой музыки и десятков голосов других людей не мог слышать ее смех. Я следил за тем, что она пила и в каком количестве, а также за тем, чтобы никакие сомнительные личности не подходили к ней.

– Десяти минут не прошло, как мы с Хлоей переспали, а она уже крутит задницей перед Брэдли, – фыркнул Дин, останавливаясь рядом со мной и опустошая бутылку пива наполовину за раз.

Дин учился на четвертом курсе факультета Уголовного права. Мы оба состояли в братстве Альфа Дельта Ню и жили в одной комнате, а еще Дин Хокинс был моим лучшим другом.

Мой взгляд всего на секунду остановился на Хлое, которая прыгнула на руки к Брэдли и обвила его шею руками. Короткий топик с огромным вырезом едва прикрывал ее грудь, а узкая юбка собралась на ее заднице и была больше похожа на широкий пояс. Не то, чтобы чужие отношения меня как-то волновали, но Брэд тоже был моим хорошим другом, а Хлоя пудрила голову им обоим.

– Зачем она тебе вообще? Других девчонок вокруг нет? На тебя же каждая вешается.

Дин покачал головой и допил остатки пива.

– Она умеет делать своим ртом то, что не умеют другие, – сказал он, видимо, считая меня недалеким, если надеялся, что я поверю в эту ложь.

– Держаться за какую-то девчонку, потому что она классно отсасывает? Никогда не поверю. Влюбился в развратницу Хлою, так и скажи, – усмехнулся я.

– Я не влюбился в нее, просто с ней легко, она не склоняет меня к отношениям.

– Тогда почему тебе не нравится, что она крутит задницей перед Брэдли?

– А мне должно нравиться это? Она трется о его член, когда еще каких-то десять минут назад мой член был в ней. Я извращенец, по-твоему, смотреть на это и получать удовольствие?

Я усмехнулся и лишь пожал плечами. Пусть верит, во что хочет, но я обычно не выискивал глазами ту, что трахнул десять минут назад.

Вместо этого ты выискиваешь ту, с которой никогда не сможешь быть вместе.

– Нужно найти симпатичную девочку на ночь, – задумчиво протянул Дин, осматривая веселящуюся толпу. Народу в доме столько, что ему было из чего выбрать. Но смутило меня другое.

– Хлои было мало?

– Никогда не бывает достаточно, – отозвался он.

Теперь я немного лучше понял Дина. Просто он сам еще не готов был останавливаться на одной девушке, но к Хлое чувствовал нечто особенное, что пока самому ему еще не удалось понять.

Дин вдруг сузил глаза, замечая кого-то в толпе, и дернул рукой, привлекая мое внимание.

– Посмотри, вон та, в фиолетовом платье. – Он указал на Барбару.

– В лиловом платье, – поправил я. У нее лиловое платье, если это так важно для нее, то это и для меня будет важно.

– Да плевать какое у нее платье, ты в женских шмотках разбираешься что ли? – усмехнулся он. – Дело в том, что я знаю эту красотку, она кое-что задолжала мне.

Дин рассказывал о блондинке, что пару недель назад в клубе подослала его в приватную комнату к другому парню. И я сразу понял, о ком он, ведь видел их вместе. Дин лапал ее, и мне не терпелось подойти и сломать ему руки, но Барбара быстро что-то отдала ему, и они разошлись. Я последовал за ней, и хорошо, что тогда я принял такое решение. Ведь если бы не я… Черт, я даже вспоминать не хотел о том случае с Данкрафтом.

Дин ненавидел, когда его пытаются выставить идиотом. Когда он обнаружил, что его провели, а какой-то парень, как потом оказалось, Кай Данкрафт, не разобрав в темноте, кто стоит перед ним, стал грязно приставать, Дин вышел из себя и ударил придурка. Он пытался отыскать блондинку, решив, что та просто устроила ему подставу, но так и не нашел ее, ведь она уже ехала домой в моей машине.

– Кажется, я знаю, с кем проведу ночь, – коварно ухмыльнувшись, заявил Дин. И это моментально всколыхнуло волну ярости в моей груди. Ему даже думать о ней запрещается.

– Видишь эту руку, – кивнул я на одну из его кистей, – советую повести ночь с ней, если не хочешь остаться без зубов, Дин.

Друг остановил на моем лице свой недоуменный взгляд.

– Ты знаешь ее?

– Девушка моего брата. – Если я еще раз это произнесу, у меня случится инсульт.

– Она девушка Мейсона? – удивился Дин. – Черт подери, ты не говорил, что его девушка такая куколка и это фиолетовое платье… Чертовски горячая Барби.

– И так ты ее тоже не будешь назвать, если хочешь глотать еду самостоятельно, – спокойно сказал я. – И платье лиловое, а не фиолетовое, запомни уже.

– Странная реакция на девушку твоего брата, – усмехнулся Дин.

Будто бы я сам не понимал этого.

– Она еще и друг семьи, – поспешил ответить я, словно это могло что-то исправить.

– Какой именно семьи, той, которая живет по соседству, и которую ты не выносишь?

– Именно. А теперь заткнись уже, – фыркнул я.

– Больше ни слова о девушке твоего брата, по которой ты вздыхаешь. Но можешь ты сказать мне, та красотка в белой рубашке рядом с твоей куколкой свободна? – спросил Дин, указывая на подругу Барбары.

– Понятия не имею.

– Значит, это я узнаю сам. А ты можешь и дальше просто трахать свою куколку глазами, вместо того, чтобы предпринять решительные действия. Я не узнаю тебя, Фостер, – бросил Дин и направился к Эванс и ее менее раздражающей подруге.

Дин не понимал, в какой ситуации я оказался. Как бы мне не хотелось, я не мог заставить ее отказаться от Мейсона, я не мог принуждать ее. Да, я сорвался, когда начал шантажировать ее, но я бы никогда не рассказал Мейсону правды. Я не боялся семейного осуждения, и как бы по-скотски это не звучало, мне было плевать на чувства брата. Единственная причина, по которой я молчал – она, я никогда не наврежу ей.

– Джефри, не хочешь выпить? – Я обернулся, встречаясь взглядом с подругой Барбары, в руках которой было две бутылки пива. Судя по ее помутневшему взгляду и неустойчивой походке, она уже была изрядно пьяна.

Я аккуратно забрал обе бутылки из ее рук и поставил их на стол.

– Нет, я не хочу. И тебе не следует больше пить.

– Заботишься обо мне? – прикусив губу, спросила она.

Да я даже твоего имени не знаю.

Нет, кажется, знаю. Что-то связанное с футболом.

– На самом деле я давно хотела потусоваться с тобой, еще когда мы в школе учились, но ты был таким взрослым и недосягаемым. Казался мне несбыточной мечтой. Сейчас это совершенно неважно, ведь я тоже больше не маленькая девочка, – щебетала она, пошатываясь. В какой-то момент ее накренило вправо и мне пришлось выставить руку, чтобы она не рухнула на пол.

Покахонтас глупо захихикала, и захлопала раскосыми карими глазами. Черные прямые волосы обрамляли ее лицо, откровенный вырез майки выставлял ее грудь напоказ. Она была чертовски привлекательна и сама напрашивалась на секс, и не она одна, еще как минимум десять девушек сегодня намекали на то, что хотят «потусоваться» со мной. Я мог переспать с каждой из них, но это не решило бы моей проблемы, не утолило бы голод, ведь мне нужна была другая.

Рука брюнетки вдруг легла на мою грудь, глаза замерли на моих губах.

– Прости, я немного пьяна, – икнула она, заставляя меня брезгливо изогнуть губы.

– Да, я вижу.

Челси? Точно, ее зовут Челси.

– Послушай, Челси, мне кажется, тебе стоит отправиться домой, – сказал я, перед тем как начать высматривать ту самую – другую в толпе.

– Я думаю, мне стоит сделать кое-что другое, – ответила Челси, прямо перед тем, как потянуться к моим губам.