Мы были слишком заняты собственными событиями, чтобы наблюдать за выездным заседанием, но если бы мы это сделали, то стали бы свидетелями чего-то нового, удивительного, момента, когда английское право выпрыгнуло высоко-высоко из тьмы и суеверий на свет.

Ведь в ходе суда присяжных никого не бросали в пруд, чтобы проверить, невиновен он или виновен в преступлении, в котором его обвиняют. (Невиновность – утонуть, вина – плавать.) Ни одной женщине не вкладывали в руку расплавленное железо, чтобы доказать, совершила ли она кражу, убийство и так далее. (Если ожог заживает в течение определённого количества дней, она оправдана. Если нет, её следует наказать.)

Ни один спор о земле не был урегулирован Богом Битв. (Чемпионы, представляющие каждую из сторон спора, сражаются до тех пор, пока один из них не будет убит или не закричит «трус» и не бросит меч, сдаваясь.)

Нет. У Бога Битв, воды и каленого железа не спросили его мнения, как это всегда было раньше. Генрих Плантагенет в него не верит.

Вместо этого доказательства преступления или ссоры рассматриваются двенадцатью мужчинами, которые затем сообщают судье, доказано ли, по их мнению, дело или нет.

Эти люди называются присяжными. Это что-то новое.

Есть и ещё кое-что новое. Вместо древней, запутанной системы законов, согласно которой каждый барон или помещик мог выносить приговор своим преступникам, казня их через повешение или нет, в зависимости от своих полномочий, Генрих II дал своей Англии стройную и целостную систему, действующую на всём протяжении его королевства. Она будет называться общим правом.

И где он, этот хитрый король, двигавший цивилизацию вперед?

Он оставил судей заниматься своими делами и отправился на охоту. Мы слышим лай его гончих над холмами.

Возможно, он знает, как и мы, что в народной памяти он останется только за убийство Томаса Бекета.

Возможно, его евреи знают — а мы знаем, — что, хотя на местном уровне они и были оправданы, они по-прежнему несут на себе клеймо ритуального убийства детей и будут наказаны за это на протяжении веков.

Таков порядок вещей.

Да благословит нас всех Бог.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Практически невозможно написать понятную историю, действие которой происходит в XII веке, не впадая в анахронизм, по крайней мере отчасти. Во избежание путаницы я использовал современные названия и термины. Например, Кембридж до XIV века назывался Грэнтебриджем или Грантебриджем, то есть гораздо позже основания университета. Кроме того, в то время звание доктора присваивалось не врачам, а только преподавателям логики.

Однако операция, описанная во второй главе, не является анахронизмом. Мысль об использовании тростника в качестве катетеров для разгрузки мочевого пузыря, находящегося под давлением простаты, может вызвать содрогание, но один видный профессор урологии заверил меня, что такая процедура проводилась на протяжении веков – изображения, иллюстрирующие её, можно найти на древнеегипетских фресках.

Насколько мне известно, использование опиума в качестве анестетика не описано в медицинских рукописях того времени, вероятно, потому, что это вызвало бы бурное возмущение со стороны Церкви, которая верила в страдание как форму спасения. Однако опиум был доступен в Англии, особенно в болотистых районах, очень рано, и маловероятно, что менее набожные и более заботливые врачи не стали бы использовать его так же, как это впоследствии сделали некоторые судовые врачи. (См. « Грубая медицина» Джоан Друэтт; Rout-ledge, 2000).

Хотя я добавил вымышленных пропавших детей и определил местонахождение истории в Кембридже, моя история о маленьком святом Петре из Трампингтона более или менее напрямую связана с реальной тайной, окружающей восьмилетнего Уильяма из Норвича, смерть которого в 1144 году положила начало обвинениям в ритуальных убийствах евреев Англии.

Хотя нет никаких записей о том, что меч, принадлежавший первенцу Генриха II, был доставлен в Святую землю, меч его следующего сына, другого Генриха, известного как Молодой король, был перевезен туда после его смерти Вильгельмом Маршалом, таким образом сделав его посмертным крестоносцем.

Именно при Генрихе II евреям Англии впервые было разрешено иметь собственные местные кладбища — это разрешение было предоставлено в 1177 году.

Маловероятно, что в меловых породах городища Уондлбери есть шахты, но кто знает? Неолитические шахтёры, добывавшие кремень для ножей и топоров, засыпали свои шахты щебнем, когда они истощались, оставляя лишь углубления в траве, напоминающие о том, где они когда-то были. С тех пор, как в XVIII веке Уондлбери стал частной конюшней для скачек (сейчас он принадлежит Кембриджскому обществу охраны памятников), даже эти шахты, вероятно, были уничтожены, чтобы освободить место для лошадей.

Поэтому, ради истории, я счёл себя вправе перенести в Кембриджшир одну из примерно четырёхсот шахт, обнаруженных в Граймс-Грейвс близ Тетфорда в Норфолке. Даже эти удивительные выработки — публике разрешено спуститься по девятиметровой лестнице, ведущей в одну из них, — были признаны таковыми лишь в конце XIX века, поскольку углубления в земле породили мнение, что это захоронения, отсюда и название.

Наконец, епископские кафедры в Англии XII века были меньше, чем сегодня, и обладали огромными размерами. Например, Кембридж на какое-то время перешёл под епархиальный контроль Дорчестера в далёком Дорсете. Следовательно, епископство Сент-Олбанс является вымышленным.

БЛАГОДАРНОСТИ

ОБ АВТОРЕ

Ариана Франклин, бывшая журналистка, биограф и автор романа « Город теней». Живёт в Англии.

***

Оглавление

Ариана Франклин, мастерица искусства смерти

Один

Два

Три

Четыре

Пять

Шесть

Семь

Восемь

Девять

Десять

Одиннадцать

Двенадцать

Тринадцать

Четырнадцать

Пятнадцать

Шестнадцать

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

БЛАГОДАРНОСТИ

ОБ АВТОРЕ