Вечером Гостомысл вернулся довольно поздно. За пару пропущенных дней дел накопилось невпроворот. Если бы не Хельга с её манией завтраков и обедов, сидели бы они с Эйриком голодными. С другой стороны, на запах присланного обеда якобы совершенно случайно стали стекаться и другие работники магического совета. Пришлось сразу обозначить разницу в статусе: князю – княжеский обед, а остальным – еда из трактира.

Дома было тепло и уютно. Вкусно пахло кашей, а Хельга, разложив на кухонном столе ткань, выкраивала новую рубаху, используя вместо выкройки распоротую старую.

– Деда, – девочка, как обычно, расплылась в улыбке, – поздно ты сегодня. Совсем себя не бережёшь. Я вот рубашки тебе обновить решила. А то дядюшке Светлояру ферязь отшила, а тебе нет – непорядок.

Она собрала со стола ткань и начала расставлять тарелки. По щелчку пальцев из печи вылетел и водрузился на стол большой горшок с пшённой кашей, наверху которой запеклась румяная пенка. Появился домовой. Он деловито нарезал каравай, потом исчез и затем снова появился уже с куском окорока.

Князь уселся за стол, черпнул ложку каши.

«Вкусно. Как и всё, что Хеля готовила в эти дни. Откуда только она знает рецепты, которые и на кухне Рорика неизвестны, – загадка».

– Как день провела? – поинтересовался Гостомысл.

Хельга уселась напротив князя, подпёрла руками подбородок и на секунду задумалась.

– К лавочнику ходила, почти ногату на продукты извела, – ответила она. – Потом Северин приходил. И Забава. Мы в городки играли.

– А Северин – это тот мальчик с простоквашей? – Гостомысл улыбнулся.

– Ну что ты, деда! – Хельга взмахнула руками. – Я у них и молоко, и сметану, и творог беру. Хорошая корова у них: сливок с молока аж полбанки отстаивается.

– Понятно, – кивнул князь. – Ты тогда с матерью его поговори, пусть сначала нам приносят, а уж остатки на рынок несут. Если будут… Скоро опять эти два проглота, «дядюшки» твои, в гости придут. Может, тебе в помощь кого нанять?

– А кого, деда? Взрослые меня слушать не будут, а если как Забава, так я вообще ничего сделать не успею. – Хельга покачала головой. – Если ты меня колдовать научишь, я и сама справлюсь. Или давай Прошу поженим – будет мне помощница.

У печки послышался грохот. Услышав о перспективе женитьбы, домовой выронил горшок, который мыл. Прошка затряс головой, явно не соглашаясь с предложением Хельги.

– Хороший горшок был… – вздохнула девочка. – Теперь к гончару придётся идти. Да и к бондарям заглянуть надо бы: вёдра нужны. И, деда, нам баня нужна. Что ж мы с тобой немытые уже неделю ходим? Лейка твоя с ситом в комнате – это так, с утра разве что ополоснуться.

– Так порешай. Что там на баню надо? Сходи к печникам, пусть посмотрят печь, а вёдра и ушаты у бондарей закажи. Справишься?

– А чего не справиться, – пожала плечами Хельга. – Невелика премудрость. С утра и схожу. Деда, а ты знаешь такого разбойника, Кудеяра?

«Да кто ж эту образину не знает? Уж сколько лет прошло, а сказок про него насочиняли, словно герой, а не разбойник был», – удивился князь.

– Знаю, – кивнул Гостомысл. – Отец мой лет поди пятнадцать его ловил. Я тогда совсем мальцом был. А ты что хотела узнать?

– Деда, он правда на старом кладбище в нашем городе похоронен? А кто его поймал? А золота у него много было? – вопросов у Хельги была масса.

– А-а-а, вон откуда ветер дует. – Князь улыбнулся. – На Кудеярово золото глаз положила? Только нет его.

– Как нет? – Хельга занервничала, доходы сразу приобрели призрачные очертания.

– Кудеяра этого отец мой поймал и повесил на нашей площади. – Князь посмотрел на девочку – страшные подробности её явно не напугали – и, вздохнув, продолжил. – И да, похоронен он за старым кладбищем, у Воронньего Камня. Не хоронят таких, как он, с обычными людьми. Народу немало загубил. И золото его из схрона забрали всё, когда ватагу поймали.

– А если Кудеяр злой такой был, почему его так долго ловили-то? – поинтересовалась девочка. – Позвали бы тебя, делов-то.

– Магом сильным был. Порталами отменно владел – мог всю свою ватагу из любого окружения вывести. С четырёх родов магов собрали, чтобы заблокировать ему переход. И стоянка у них была на старом урочище, у болота. Я тогда только основы магии закончил. И хотя силы был большой, да до взрослых далеко. Я, наверное, раза в два постарше тебя был, когда с Кудеяром покончили. И тоже клады его искал. Вместе со Златом, Светлояром и Наволодом.

– И нашли? – восхитилась Хельга.

– Клад не нашли, а вот болотницу разбудили, – вспоминая дела давно минувших дней, вздохнул Гостомысл. – И если бы не Наволод, мой друг детства, то и я, и Злат, и Светлояр остались бы в этом болоте.

– А кто такой Наволод? – Хельге всё было жуть как интересно.

– Да дружили мы с детства вчетвером. Двоих ты видела, а Наволод… – Князь замолчал, но потом продолжил. – Он с любой нечистью общий язык находил и в рунах так разбирался, что даже Светлояру до него далеко было.

Хельга заметила, что князь погрустнел.

«Зря я про этого Наволода спросила, видать, погиб друг дедушкин».

– Деда, так клада не существует? – постаралась отвлечь князя от грустных мыслей Хельга.

– Ну как не существует, – улыбнулся Гостомысл. – Наверное, что-то где-то и есть, раз все этот клад ищут. А вы, случаем, не за ним собрались?

– За ним, – решила не юлить Хельга. – Я вот и мешок уже припасла.

– А донесёшь? – спросил Гостомысл, пряча улыбку.

– Северин поможет, – ответила девочка. – Сказал, ему и двух гривен хватит.

– Ну хорошо, ищите, – кивнул князь. – Только, главное, к озеру не лезь. И оберег возьми, вдруг клад огромный – приду подсобить.

– Конечно возьму, – согласилась Хельга. – Деда, а что в кладах находится?

– Ну как что? Злато-серебро, каменья драгоценные, ткани заморские, иной раз и артефакты древние, – ответил Гостомысл. – Ты, Хеля, если что, артефакт бери: он дороже всего.

– А может, лучше золотом? – засомневалась девочка.

– Нет, золото у нас есть, а вот артефактов мало не бывает.

– Хорошо, деда, если найдём, я артефакты заберу. Знаешь, какая я ловкая? – спросила Хельга.

– Даже не сомневаюсь, – кивнул князь. – И вот что, кладоискательница, утром поспи подольше, Пронька сам мне завтрак подаст.

Хельга посмотрела на домового. После перспективы женитьбы Прошка выглядел довольно сердито.

– Конечно, пусть отдыхает, – сдался через минуту домовой. – Ей ещё обед готовить.

– А суп сегодняшний остался? – поинтересовался князь. Хельга с домовым синхронно кивнули. – Завтра пусть Прошка принесёт всё, что осталось: интересное варево, все попробовать просили.

– Обойдутся, – взвился домовой. – Мало нам одних гостей, так теперь все сподручные столоваться хотят.

– А ты не жадничай, – ответил Гостомысл. – Пущай попробуют, а потом, может, и сами сготовят. У меня тут не харчевня, чтобы всех кормить, но разок угостить можно.

– Вот именно! У нас ребёнок готовит – совесть пусть имеют, – пробурчал домовой. – И ничего они не сготовят. Знаю я их, тунеядцев. Ни у кого жёны готовить не умеют, стряпух держат.

– А ты сам, можно подумать, просто мастер в готовке, – не удержался князь.

– Так я домовой, а не стряпуха, – ответил Прошка. – Хотели бы еды хорошей, женились бы давно.

– Чтоб она через день убежала? Или ты всё забыл?

– Ничего я не забыл. Надо равную вам по силе подобрать, тогда и не сбежит… – нахмурился Прошка.

– Вот как найдёшь, сразу мне скажи. – Князь встал из-за стола и направился в сторону спальни. – Я тогда дружины подниму, пойдём брать её.

Хельга забрала своё шитьё и, не слушая бурчанье домового, направилась в свою комнату – спать: завтрашний день обещал быть очень интересным. Девочка разложила раскроенную рубаху у себя на кровати. Чёрным угольком она разметила будущий рисунок. Рубаха была большая, больше самой девочки. Хельга подошла к раме для натягивания ткани и закрепила на ней лицевую сторону рубахи.

«Завтра, как клад найду, куплю ниток шёлковых и займусь рубахой», – подумала девочка и направилась спать.

* * *

Хоть дед и разрешил поспать подольше, Хельга не удержалась и, только Гостомысл покинул дом, прибежала на кухню.

– Проша, бросай посуду, пойдём до гончара и бондарей – заказ сделаем. Я баню хочу такую, как у хозяина дома в скиту, в котором я жила: её все хвалили, – сообщила она домовому и, не слушая его протесты, посадила в корзину.

– Хозяюшка, ты хоть киселя кружку выпей, как же ты без завтрака? – причитал в корзине домовой, но потом вздохнул и сказал. – Гончар на окраине города живёт, а бондари – у реки.

* * *

У гончара они пробыли недолго, а вот у бондарей задержались. Сначала Хельга долго объясняла, что ей надо, затем выбирали, из чего делать. Мужчины с удивлением слушали девочку, но не спорили: коль в цене сойдутся, так почему бы и не сделать? Убедившись, что с заказом всё понятно, Хельга припустилась домой.

Дома достала из печки уже упревшую перловую кашу, добавила лук и свинину и снова поставила тушить.

– Прош, ты через час достань и дедушке отнеси, – наказала она домовому, а сама направилась к воротам.

У ворот её уже ждал Северин. В руках у него был мешок, из которого торчала маленькая лопата. Хельга мысленно восхитилась мудростью своего друга и заставила домового найти что-то подобное. Лопату не нашли, зато Прошка торжественно вручил Хельге мотыгу, сказав, чтобы клад искала покрупнее и неглубоко: такой можно было выкопать и мотыгой. Ещё раз дав указания Прошке насчёт обеда, Хельга направилась к дому Забавы в компании Северина.

Солнце уже изрядно палило, и прохожих на улице было немного. К полудню даже те, кто работал в полях, старались вернуться домой, чтобы не сердить полудниц, которые в это время обходили поля. Ненила однажды показывала Хельге эту нечисть, что за хлебами следила, но людей не выносила.

– Полудницы скоро с полей уйдут – можно будет по полям до кладбища дойти, так быстрее будет, – посмотрев на Ярило, заговорил Северин.

– Пока мы до Забавы дойдём да пока соберёмся, работники уже успеют вернуться. А за беготню по покосу могут и отругать, – заметила Хельга. – А где вообще кладбище?

– Да недалеко от разлома, версты полторы от города, – ответил Северин и указал на восток. – Вон там купол защитный серым отсвечивает, видишь?

– Так по дороге и дойдём, недалеко же. А стражники нас не прогонят? – поинтересовалась девочка. – У нас в скиту у разлома всегда стражники дежурят.

– Так и тут стоят, но они дальше – мы до них не дойдём. А ты в разломе была? – спросил мальчик.

– Была, – кивнула Хельга. – Меня тётушка водила, травы показывала, которые только в нашем разломе растут. За ними из стольного града приезжают.

– А я не был ещё ни разу, – вздохнул Северин. – У нас в училище только на последнем году к разлому водят, и то не всех. Говорят, тяжело там: магия давит.

– Не заметила, – пожала плечами Хельга. – А как учиться поступают?

– Тебе сколько полных лет? – Северин посмотрел на Хельгу.

– В прошлом месяце шесть исполнилось.

– Ну, значит, в следующем году тебя отправят к мастеру письма учиться грамоте и рунному письму. И после этого через два года пойдёшь на основы магии – там ещё три года будешь. Если сила проснётся, тебя возьмут в училище – там четыре года.

– А если не проснётся? – поинтересовалась девочка.

– Не проснётся – значит, будешь ремеслу учиться, по дому хозяйничать: работы много. Да и ты девочка к тому же, так что дед тебе жениха найдёт, если с магией совсем плохо будет, – ответил Северин.

– А Забава говорит, что лучше боевым магом стать, чем дома сидеть, – не согласилась Хельга.

– Боевым магом… – Северин усмехнулся. – Богдан, старший брат её, ещё, может, и станет, а Игнат уже нет, я с ним вместе учусь. Помнишь, я тебе вчера говорил, что мои способности не тянут на боевого мага? А у Игната магии ещё меньше. Так что, вполне вероятно, твоя Забава вообще колдовать не сможет. Да в вашей семье у всех так: одному – всё, другим – ничего.

Хельга остановилась и сердито взглянула на мальчика.

– У тебя дед самый сильный волшебник из ныне живущих, а отец только травником и смог стать, и брат ненамного сильнее отца, а уж что тебе досталось – вообще непонятно. Забава – твоя родня, и у них то же самое, – пояснил Северин.

– А откуда ты про мою семью столько знаешь? – удивилась Хельга. – И почему Забава – моя родня?

– Так твой дед – князь, да ещё очень сильный маг, вот народ и рассказывает про вас. А то, что Забава – твоя родня, разве не понятно? Ты Белозёрова, и она Белозёрова, – ответил Северин. – Только дальние вы друг другу. Её дед твоему приходится троюродным братом, а уж вы с ней вообще седьмая вода на киселе.

– И все братья Забавы мне тоже этой водой на киселе приходятся? – неподдельно удивилась Хельга.

– Приходятся, – кивнул Северин.

– А я и не знала, – ответила Хельга. – Тётушка мне такого не рассказывала.

– Да откуда ж ей всю твою родню знать? – снова усмехнулся Северин. – А вон и дом Белозёровых. Пришли.

– Северин, я за Забавой зайду, а ты тут вещи охраняй: боюсь, если нас с мешками увидят, никуда мы не пойдём. – Хельга передала мальчику мешок и мотыгу. – В прошлый раз нас ругали сильно.

– Хорошо, я вот тут, в теньке, посижу.

Северин уселся под берёзами.

Хельга зашла в высокие ворота. В этот день там было потише: не сновали дворовые, да и Забавы с братьями не было видно.

– Забаву ищешь? – спросила Хельгу проходящая мимо женщина с двумя вёдрами воды. – У конюшни они все: Ночку запрягают.

Хельга направилась к конюшне. Как и сказала женщина, трое Белозёровых запрягали старенькую лошадку. Вернее, запрягал один – высокий светловолосый мальчик, а Забава с Игнатом самоотверженно мешали. Наконец светловолосый не выдержал и отвесил Игнату подзатыльник.

– Ты что, лошадь не можешь запрячь? У тебя руки откуда растут? Из места, на котором сидишь? – начал он ругать Игната.

– Доброго дня, – поздоровалась Хельга.

Игнат, увидев свидетельницу его позора, совсем сник. Зато оживилась Забава.

– Хельга! Это мой брат Богдан. Я про него рассказывала. Помнишь? Богдан, это Хельга, внучка князя Гостомысла. Она такие булочки печёт, ни в одной лавке таких нет! – быстро затараторила Забава.

Мальчик оглянулся, осмотрел Хельгу и улыбнулся.

– Ну здравствуй, внучка князя. Забава тебе рассказала, чем заняты будем?

– Да, – кивнула Хельга. – А лошадь нам зачем?

– Так Богдану в училище дали задание проверить, есть ли у него способность вызывать предков. Если есть – он к самому князю Светлояру сможет учеником пойти! – выдала все секреты Забава. – Поэтому тятенька и дал нам лошадь с подводой, чтобы всякие магические штучки довезти.

– Так разве Кудеяр вам предок? – удивилась Хельга. – Дедушка сказал, что он был разбойником и душегубом.

– Ну предки у нас разные, хотя, может, где и пересекались, – ответил Богдан, показав Забаве кулак. – Только я в рунологи не хочу: скучно там. Я бы лучше к князю Злату Кожемякину пошёл – вот где самое интересное. Битвы, земли заморские, слава, почёт и уважение.

– А к деду моему не хочешь? – поинтересовалась Хельга. – Он такие штуки интересные делает, даже глазам не верится.

– Дед твой учеников не берёт, – ответил Богдан. – Ингвар у него первый да и, наверное, последний, если равных ему не появится. А так – да. Если закончу все ступени училища, пойду в совет магов, но это если к князю Кожемякину не попаду. Поэтому мы решили дать отдохнуть великим предкам и попробовать найти золото разбойника Кудеяра.

– А со мной ещё мальчик, Северин, – вздохнув, сказала Хельга. – Он с Игнатом учится. Можно ему с нами?

– Северин? Здорово! – забыв обиды, расплылся в улыбке Игнат. – Бодя, вот кто тебе с рунами поможет: он у нас в группе лучше всех знает.

– А чего же нельзя? – пожал плечами Богдан. – Идите к воротам, сейчас подводу подам.

Хельга, Игнат и Забава вышли из ворот. Увидев ребят, Северин взял мешки и направился к ним.

– Нам лошадь дали, – улыбнулась Забава. – Сейчас быстро докатим.

И, словно услышав её слова, из ворот выкатил Богдан. Дети залезли на подводу и удобно устроились в насыпанном сверху сене, и уже через пару минут гнедая лошадка везла их по направлению к старому кладбищу.