Стоя напротив таверны, он долго не решался зайти внутрь.

«Как миссис Карл воспримет моё возвращение?»

«Моя комната, скорее всего, сдана уже кому-то другому… Может бросить это дело?»

«Ты должен забрать свои вещи…»

Наконец, собравшись с духом, Мартин отворил дверь. В таверне оказалось людно – почти все столики были заняты.

«Может, в другой раз?»

Он чуть ли ни с порога поймал на себе внимательные взгляды посетителей и уже собрался уходить, как его окликнул знакомый голос:

– Мартин?!

Миссис Карл неминуемо к нему приближалась. Не представляя, что следует говорить, он молча ждал приговора.

– Мартин, это ты?

Тот кивнул:

– Здравствуйте, миссис Карл.

– Небесные боги… – хозяйка поднесла руку к лицу и уставилась на него.

– Я… я извиняюсь, что побеспокоил вас. Я пришёл забрать свои вещи. Мне ведь больше нельзя здесь жить?

Взяв себя в руки, миссис Карл спохватилась:

– Я прочла газеты… ужасная трагедия… Признаться, мне с самого начала не верилось, что ты в этом виновен, а когда выяснилось, что это самоубийство… Теперь уже целая череда… Мы сразу поняли, что тебя осрамили напрасно… – миссис Карл вздохнула. – Ах, бедный мальчик… На себя не похож… – сказав это, она замолчала, и, уставилась куда-то в пространство, словно о чём-то задумавшись.

После короткой паузы, женщина продолжила:

– Твоя комната всё ещё пустует, можешь заезжать, когда захочешь. Ах да, ты ведь и не съезжал…

– Правда? – удивился Мартин. – Миссис Карл – большое вам спасибо! Я больше всего боялся, что теперь все двери передо мной будут закрыты…

Хозяйка улыбнулась:

– Не в моём доме, мой мальчик. Ну всё, кажется, меня гости ждут… – сказав это, она просочилась куда-то между столиков.

«Как же хорошо всё складывается» – обрадовался Мартин, до конца не верящий в происходящее.

Поднимаясь по лестнице, он витая в облаках, едва не столкнулся с соседом – оказывается, мистер Спарк всё ещё снимал здесь комнату.

– Это ты, парень? Ты вернулся?

Мартин, от неожиданности издал нервный смешок.

– Не ожидал тебя опять здесь увидеть…

– Да, я тоже. В смысле… Не думал, что вернусь сюда.

Старик покачал головой:

– Сильно тебя там потрепало…

– Да…  – Мартин чувствовал себя крайне неловко.

– Слушай, раз уж ты вернулся, не желаешь ли заглянуть ко мне вечером – составить компанию старику? Одиночество в мои годы подобно моли в чулане: сожрёт – и не заметишь. И так, между делом – у меня отличный джин…

Неожиданно для себя, парень согласился:

– Да, сэр, почему бы и нет, – пожал он плечами.

– Что ж, я рад это слышать.

***

Зайдя в свою комнату, Мартин испытал странное ощущение – словно это место вдруг стало чужим. Вся мебель была на своих местах, но кое-что изменилось – он понял это по своим личным вещам, разложенным слишком аккуратно и ровно, почти с геометрической точностью. Сперва это вогнало его в ступор, но он сразу же опомнился:

«Ничего удивительного, ведь здесь побывали копы! Уверен, они обыскали здесь каждый сантиметр, прежде чем миссис Карл превратила это место в музей…»

Внезапно, он кое-что вспомнил и тут же сорвался проверять – скрипнула дверь шкафа, отодвинулась доска, затем отогнулась ветхая фанера: «На месте». Мартин держал в руках свой дневник, в котором не писал уже, кажется, целую вечность, но тайны, которые он хранил, были слишком личными, чтобы о них кто-то узнал. Вздохнув с облегчением, он стал перелистывать страницы – «Хорошо, что я перепрятал его тогда…».

Но дойдя до последних записей, Мартин почувствовал, как у него перехватило дыхание:

«Будь осторожнее…Или смерть» – было написано крупными буквами посередине листа.

«Что это значит?! Кто это написал?!»

Ужас…

Терпкий ужас вновь окутывал его с головы до ног.

Парень в спешке пролистал все страницы дневника, но больше посторонних записей не обнаружил. Затем он тщательно осмотрел все свои вещи и мебель, но всё было в полном порядке.

Страх…

***

Старик неторопливо расхаживал по комнате со стаканом джина в руке и дирижировал невидимым оркестром, вслушиваясь в размеренные ритмы потрескивающего патефона:

– Музыка… Она всегда меня завораживала. В молодости я страстно мечтал стать музыкантом. Но, увы…

– А что случилось? – спросил Мартин, старающийся не слишком налегать на джин и в тоже время надеющийся хоть немного отвлечься от мрачных мыслей.

– Случилась жизнь… – ответил старик с грустной улыбкой. – Но полно обо мне… Молодость принадлежит лишь одному из нас – а значит, твоим мечтам ещё позволено сбыться. Ведь у тебя есть мечта? Я в этом почти убеждён – у каждого порядочного джентльмена твоего возраста она должна быть…

– Скорее была… – выдохнул Мартин и отпил из стакана два больших глотка. – С детства я мечтал стать авиатором, но никогда не думал, что мне это удастся на самом деле. Затем всё изменилось… И я поверил в себя. Моя мечта была так близко, что можно было дотронуться рукой… Но… – юноша покачал головой. – Что-то случилось тогда в воздухе, во время экзамена… В общем – я всё испортил. Отныне моё призвание – гнить в подземке Нижнего города, как вам? И то, я не уверен, что меня там ещё ждут…

– Да-а… – старик нахмурился. Он уже перестал расхаживать и в задумчивости уселся в кресло. Повисло неловкое молчание, перераставшее затем в безмолвное уныние.

Комната мистера Спарка ненамного отличалась от комнаты Мартина – разве что была немного больше и позволяла разместить на стульях пару гостей. Мебель и даже стены были идентичными с соседскими – отчего юноше казалось, что он из своей комнаты никуда и не выходил. Вглядываясь в оливковые обои, Мартин подумал, что чем дольше старик молчит, тем больше его начинает раздражать этот цвет, словно молчание было способно отражаться от стен и рикошетом бить ему по лицу.

Наконец тишину нарушил внезапный вопрос мистера Спарка:

– Ты говоришь, что не стал авиатором… Но ведь ты умеешь летать?

– В смысле, управлять аэропланом? Да, – ответил Мартин. – Я бы сдал экзамен, если бы… не знаю, что это было. Иногда мне кажется, что это была молния. Молния, посреди ясного неба… Но знаете, что? – повысив голос, продолжил он, – Я сделал всё, что от меня требовалось! Я посадил самолёт! И чуть не разбился…

– Но ты его посадил, – заключил мистер Спарк.

– Простите, я не сдержан…

– Разговор за джином и не предполагает сдержанности… – улыбнулся старик. – У меня есть для тебя некое предложение. Правда, мне ещё нужно кое-что разузнать… Ты ведь не горишь желанием вернуться на свою старую работу, не так ли?

Мартин горько усмехнулся:

– Разве у меня есть выбор? Поверьте, я уже искал себе подходящее место, но тщетно. А о чём идёт речь?

– Тебе что-нибудь известно о добыче вития? У меня есть на примете пара знакомых…

Глаза юноши загорелись:

– Это те, что бороздят небесные просторы в поисках газовых облаков? Но я думал, что для этого необходимо официальное разрешение и всё упирается в академию…

Старик многозначительно улыбнулся:

– Не обязательно.

Мартин, в ожидании прищурился:

– Я весь во внимании.

– Не торопи события, сынок, – мистер Спарк залпом допил из своего стакана и небрежно поставил его на стол. Тот звякнул, словно оповещая о том, что опустел. – Я пока что ничего не могу обещать, но попробую сделать всё возможное, что в моих силах.

– Я был бы вам очень признателен… – с надеждой произнёс Мартин. Заметив, что старик немного перебрал, он вдруг решился задать вопрос, который вертелся у него на языке с того момента, как он оказался здесь: – Мистер Спарк, вы не знаете, кто мог заходить в мою комнату, пока меня не было? Помимо ищеек.

Старик озадачился:

– Хм… А что, ты не досчитался чего-то? Что-то пропало? Деньги?

– Нет, ничего особенного. Право – мелочь… Но всё же, мне любопытно, кому могла понадобиться подобная ерунда.

– Насколько мне известно, я видел там только пару полицейских, и, конечно, миссис Карл – признаться, они ей тогда знатно нервы помотали… Она могла выбросить что-то по ошибке – в таком то состоянии. Бедняжка, кажется, до сих пор от всего этого не отошла… Сегодня, вместо сахара в кофе, положила мне соль… А я, представь себе, даже виду не подал! Так и выпил! – старик рассмеялся.

Они неспешно поговорили ещё какое-то время, затем старика начало клонить в сон. Веки его покорно опустились и скрылись среди многочисленных морщин, а голова беспомощно склонилась в сторону.

– Доброй ночи, мистер Спарк… – прошептал Мартин, подкладывая тому под голову подушку и укрывая его пледом. – Спасибо…

***

«Вариативность истин исчерпывается конкретной картиной мира – ни больше, ни меньше… Одни глупцы считают, что могут предвосхитить божественный замысел, другие им потворствуют. Третьи же – чья доля в этой истории невелика, а ноша тяжела – смотрят в полуночное небо и смеются мерцающим звёздам – только они и знают ответ на то, как глубока бесконечность…»

– Не знал, что вы читаете Ван— Нильса… – произнёс мистер Рэтман, держа в руках открытую книгу. Он только что взял её со стола Ника, на что тот нахмурился:

– Как видите. Механики, знаете ли – необязательно необразованные обезьяны.

– Ну что вы, я не это имел в виду, – мистер Рэтман оскалился в самодовольной ухмылке. – Я бы посоветовал вам лучше почитать труды профессора Ма́ллума. Особенно последние из его работ. Пространственная философия – она конечно занимательна, но, на мой взгляд, несколько устарела. В современных реалиях балом правит наука.

– Что ж, возможно я ознакомлюсь при случае, – ответил Ник, изо всех сил стараясь сдерживаться, чтобы не врезать этому лицемеру по морде.

– А где ваши маленькие помощники? – заискивающе улыбаясь, поинтересовался Рэтман.

Казалось, каждая его фраза выводила Ника из себя.

– Они ушли по делам, – коротко ответил он.

– Что ж, не буду отнимать у вас много времени… Полагаю, мой заказ уже готов?

– Технически, да. – Ник достал из стола собранное устройство. – Вот только, я – дурак, до сих пор так и не понял, как эта штука должна работать? На мой взгляд, от этой конструкции мало пользы, но вы наверняка в этом человек просвещённый. Как мне убедиться, что я всё сделал правильно и не подвёл вас?

Мистер Рэтман взял в руки готовое изделие и принялся вертеть его в руках.

– Вам не о чем беспокоиться мой друг, – ответил он, глядя Нику прямо в глаза. На лице его появилась безупречно непроницаемая улыбка. – Эта вещь предназначалась не мне, поэтому я не вправе судить о её пригодности. Но я бесконечно доверяю вашему пытливому уму и инженерным навыкам.

– Как вы и просили, я лишь чётко следовал чертежам, – Ник пожал плечами.

– Тогда, я более чем уверен, что всё в порядке. В любом случае, в ближайшие пару дней я напишу вам.

Ник кивнул.

– Что ж, благодарю вас за то, что уложились в сроки. А мне уже пора идти – дела, как говориться, не ждут…

– Доброго вам дня.

– И вам того же.

Они пожали друг другу руки и Рэтман, наконец, покинул мастерскую.

«А ведь с виду совершенно нормальный…» – подумал Ник, закусывая губу.

***

В мастерской было шумно: женский и мужской голос спорили на повышенных тонах, поочерёдно перебивая друг друга.

– Я думала вам можно доверять! Мы с вами…

– Поймите, всё не так просто, как вы себе воображаете!

Мартин, застывший на пороге, вопросительным взглядом уставился на Чарли, но тот поднёс палец к губам: «Тсс…»

Бен, стоявший рядом с другом, лишь пожал плечами.

– Конечно, главное, что вашего друга освободили! А про Дженни можно теперь и забыть!

– Я этого не говорил!

– И не только про неё – столько жертв уже, а вам наплевать?! Если вы знаете, кто виновный…

– В том то и дело, что я уже ни в чём не уверен! – голос Ника перешёл на крик.

– Я знаю… – с укором произнёс женский голос. – Всё дело в том, что он вам заплатил!

– Да как ты смеешь! Ты – подстилка для богачей! Но я в отличии от тебя остался ни с чем!..

Повисла пауза.

– Простите… – спохватившись, выдохнул Ник.

Дверь со стуком распахнулась: из комнаты вылетела девушка и быстрым шагом направилась к выходу. Мартин, от неожиданности не сразу понял, что ему стоит подвинуться. Девушка резко остановилась и уставилась на него испепеляющим взглядом:

– Вы!

Мартин опешил – в юной особе он узнал ту самую куртизанку, которая подмигивала ему, когда он во время прогулки по ночному Мериду наткнулся на подобие уличного борделя. Карие глаза её горели диким огнём – но это был уже не тот огонь, что разжёг в нём однажды страсть.

– Вам исключительно повезло с другом!

Оттолкнув парня, девушка просочилась в проход и затем громко хлопнула дверью. Тем временем, Ник, увидевший Мартина, неожиданно вернулся в свою комнату.

– Ник?

Его дверь так же захлопнулась.

Поняв, что ему здесь не рады, Мартин развернулся и поспешил уйти. Настроение было испорчено, а в голове тем временем прибавилась масса вопросов. Он знал, что вероятно оказался в мастерской совершенно не вовремя и фактически застал друга врасплох, но едкие мысли уже успели проникнуть в его разум, разъедая при этом хрупкую плотину равновесия.