Фух. Правый прямой выстреливает как из пушки. Скручиваю корпус, уходя от удара. Раззадоренный десантник, прижав меня в углу, взрывается серией из двух лёгких апперкотов и мощного левого бокового, от которого я ухожу нырком, на инстинктах. Олег продолжает поджимать меня к канатам, раздёргивая левой и готовя удар правой. Имитирую ответную отмашку джебом и, сделав быстрый шаг вперёд, вхожу в клинч, обхватывая десантника перчатками. Продолжаю движение, разворачиваясь на 180 градусов, и теперь у канатов оказывается Олег. Накладываю локоть на горло, разрывая клинч, и отвешиваю противнику два увесистых боковых слева и справа. Голова десантника мотается в стороны, и последующий апперкот отбрасывает его спиной на канаты.

— Брэк, — звучит команда тренера, — три минуты прошли.

Десантник выплевывает капу на перчатку и разворачивается ко мне.

— Неплохо поработали. Ты молодец, растёшь не по дням, а по часам. А последняя комбинация вообще супер. Красиво поймал.

— Стараюсь, — усмехнулся я. — Но и ты меня несколько раз неплохо прижучил.

— На том стоим, — довольно ухмыльнулся Олег. — Я всё-таки КМСа в своё время не за красивые глаза получил.

— Заканчивайте, парни, — кричит Василий Петрович, — сейчас другие пары на ринге работать будут. А вы подойдите ко мне.

Поочерёдно спускаемся с ринга, расшнуровывая и снимая перчатки. Тренер со своим помощником Вовой в неизменной синей футболке уже ждут нас.

— Так, сначала разберём действия Миши, — начинает Василий Петрович. — В целом всё хорошо. Отлично работаешь на контратаках. Но иногда заигрываешься и вступаешь в размены с Олегом. Это глупость. Он значительно тяжелее и мощнее тебя. Если бы рубился в полную силу, ты бы отлетел в тяжёлый нокаут.

— И ещё по прямой отступал пару раз, — добавляет Владимир. — Серьёзная недоработка. Олежка выше, размах рук больше, ему тебя так легко достать.

— Я уже прочувствовал, — виновато бурчу я. — Поработаю над этим.

— Теперь Олег, — поворачивается тренер к десантнику. — Прессингуешь, молодец, правильная тактика. Но какого чёрта ты его раза три отпускал? И заметь, после этого Мише становилось комфортнее боксировать, и ты сразу же пропускал. А когда поджимал, наоборот, попадал. И ещё один момент: ты физически сильнее. Какого черта позволяешь себя разворачивать в клинче к канатам?

— Не ожидал просто, — вздыхает Олег.

— Не ожидал? — Василий Петрович очень разозлён. — Очень плохо. Надо было ожидать.

— Кстати, отличный финт, — задумчиво протягивает Вова. — Миш, где научили?

— Да нигде. Инстинктивно исполнил, — отмахиваюсь я.

Не рассказывать же помощнику тренера, что увидел этот трюк в бою Леннокс Льюис — Анджей Голота. Когда агрессивный поляк прижал англичанина к канатам, тот моментально вошёл в клинч, обхватил соперника рукой за спину и быстро развернулся на 180 градусов. До легендарного поединка, окончившегося нокаутом Голоты в первом раунде, ещё добрых одиннадцать лет.

— Ладно, ребята. На сегодня с вас хватит. Идите, переодевайтесь, — командует успокоившийся наставник.

— Василий Петрович, а у вас из тренерской позвонить можно? Очень надо! — Олег умоляюще складывает ладони домиком.

— Раз надо, иди, звони. — В руку десантника кладётся ключ. — Только недолго. И сразу, как поговоришь, кабинет закроешь, а ключ мне принесешь.

— Так и сделаю, — обещает повеселевший Олег.

В раздевалке никого не было, и я, взяв полотенце, отправился в душ. Затем быстро переоделся и, подхватив сумку, вышел в боксёрский зал. Олег уже сидел на скамье в чёрных брюках и светло-голубой рубашке, откинувшись на стену. Лицо десантника было мрачным, как грозовая туча.

Я осторожно тронул товарища за плечо:

— Ты чего такой хмурый? Случилось что?

— Ничего. Шёл по своим делам, ну и иди дальше, — злобно огрызнулся Олег.

— Хорошо, — пожимаю плечами, — я просто спросил. Мало ли что. Может, помощь какая нужна.

Разворачиваюсь к нему спиной, выискивая взглядом тренера.

— Извини, — слышу сзади непривычно тихий голос десантника, — проблемы у меня на личном фронте. Несколько лет встречался с девушкой. А теперь Маринка меня посылает. Мало, мол, зарабатываю, бесперспективный. Другие ухажёры за ней на машинах приезжают, в рестораны водят.

— А кем ты работаешь? — обернулся я.

— Пока на стройке рабочим, — смущённо признаётся парень, — одновременно заочно учусь в МИСИ Куйбышева на инженера по специализации ПГС.

— Промышленное и гражданское строительство?

— Оно самое.

— Понятно. А насчёт твоей девчонки… Плюнь и разотри, — советую я. — Раз твоя Маринка так говорит, значит, не ты ей нужен, а богатый жених. Даже если бы у тебя были серьёзные деньги, в любой момент могла бы соскочить, увидев более выгодный вариант. Зачем тебе такая хитрожопая нужна?

— Не могу, — вздохнул Олег. — Умом понимаю, а сердцем… Мы с детства дружили, не представляю, как буду без неё.

— Смотри, дело твоё, — пожимаю плечами, — я своё мнение высказал.

— Даже если и расстаться с ней, — продолжает десантник, явно желая выговориться, — я, блин, хочу заработать. Чтобы доказать себе в первую очередь, а не ей, что не хуже, а намного лучше всех этих богатеньких сынков на папкиных «жигулях» и «Волгах». И с каким бы удовольствием посмотрел бы ей в глаза. Плохо только, что если и выучусь на инженера, зарплата будет не фонтан, как у молодого специалиста.

— Силком ухажёров от своей Марины отвадить мысль не приходила? — с любопытством интересуюсь я. — Ты вон какой здоровенный бугай.

— На хрена? — кривит губы Олег. — Это дело не хитрое. Я до армии часто за девок дрался. Только со временем понял одну вещь. Тупость это всё. Кулаки здесь никакой роли не играют. Если баба решила свалить, она свалит. Да и пацаны здесь при чём? Сучка не захочет — кобелёк не вскочит.

— Это ты правильно понял, — одобрил я. — Вот поэтому и спросил.

Десантник горестно вздыхает.

— Ладно, не переживай. Всё образуется со временем, — пытаюсь подбодрить товарища.

Олег безнадежно отмахивается.

Прощаюсь с Володей, летящим в тренерскую переодеваться. Жму руку тренеру, машу работающим в зале парням и быстрым шагом покидаю спортивный зал. Через три минуты я уже у выхода. С наслаждением вдыхаю свежий воздух. После пропахшей потом раздевалки он воспринимается как глоток живительного эликсира. Иду дальше, поднимаюсь по ступенькам, удаляясь от спортивной школы. Через минуту боковым зрением замечаю, как от невысокого бортика бетонного забора, опоясывающего ДЮСШ, отделяются две массивные тени. Одна из них торопливо отбрасывает тлеющий бычок, взорвавшийся огненными искрами при соприкосновении с каменной плиткой. Они идут наперерез мне. Свет жёлтого фонаря освещает злобно ухмыляющиеся рожи, предвкушающие расправу.

Узнаю мощный торс культуриста и туповатое лицо Андрюшиного приятеля, отжимавшего Санька в сторону, когда его друг отрабатывал на моей тушке апперкот в печень.

Второй мне неизвестен. Но выглядит внушительно. Высокий, жилистый и плечистый, с пудовыми кулаками. Невыразительное вытянутое лошадиное лицо кривится в холодной усмешке.

Слышу сзади звук мотора. Оборачиваюсь. Со спины, слепя фарами, подъезжает и разворачивается, загораживая путь к отступлению, тёмная «шестёрка». И я почему-то точно уверен, что она сиреневого цвета.

Из машины вылезают, хлопнув дверцами, ещё две тёмные фигуры. Они неторопливо приближаются с другой стороны.

«Вот же, млять, попал по полной», — мелькает в голове паническая мысль. Мозг лихорадочно работает, ища выход из ситуации, прорабатывая различные варианты развития событий.

Ни в коем случае нельзя вступать в разговоры и пытаться договориться разойтись мирно. Это будет воспринято как слабость и трусость. Ребята уже решили меня поломать и попробуют сделать это в любом случае. Вариант спасения один — идти на прорыв.

— Что, обосрался уже? — Слышу насмешливый голос Андрея. — Пришла пора рассчитаться за всё.

Узнаю в одной из фигур ухажёра Евы. А второй, кряжистый невысокий паренёк, идущий чуть сзади, сжимает в опущенной руке небольшую, но толстую деревянную дубинку.

— Тебя что ли? — насмешливо интересуюсь я. — Ты действительно страшила ещё тот. Могу по блату устроить пугалом на дачу. Ты не только всех птиц, хомяков и крыс распугаешь, но и местных алкоголиков до инфаркта доведёшь.

— Ну, сука, я сейчас из тебя инвалида сделаю, — шипит боксёр.

— Попробуй, — усмехаюсь я. Сумку на плече перетягиваю вперёд, придерживая её ладонью. Вторая рука нащупывает в кармане связку ключей.

Разворачиваюсь и начинаю быстро сближаться с Андреем и его спутником, пока культурист и «лошадиная морда» стоят у фонарей, преграждая путь вперёд. Когда я сорвался с места, они тоже начали выдвигаться, но особенно не торопились, позволяя товарищам начать расправу.

Когда до боксёра остается пара метров, я швыряю сумку ему в лицо. Андрей рефлекторно ловит её руками и тут же получает левый боковой в открывшуюся печень. Парень вскрикивает и падает на колени.

«Общий счёт: один — два, я веду».

Невысокий отморозок замахивается дубинкой, но снайперски брошенная связка ключей попадает ему в глаз. И сразу же футбольным ударом ноги, чуть подпрыгивая, пробиваю стопой по шарам коренастого.

Паренёк издает полузадушенный писк и, схватившись за причиндалы, медленно падает в пыль.

Готовлюсь рвануть с низкого старта мимо машины к спасительному спуску, но не успеваю.

Сокрушительный удар в спину сшибает меня на землю. Культурист и его длинный напарник коршунами налетают на мою тушку, молотя ногами. Я сжимаюсь в клубок, кручусь, отмахиваясь ногами и принимая на выставленные руки град мощнейших ударов.

К бойцам присоединяется пришедший в себя Андрей. Пару раз чувствительно пропускаю в голову, перед глазами всё плывет. Тело и руки содрогаются от ударов. Ещё немного, и меня запинают до потери сознания, а потом расколошматят бесчувственное тело, сделав инвалидом. Мне сильно помогает то, что отморозки мешают друг другу и не могут как следует попасть. Только поэтому ещё и держусь.

— Что вы творите, суки?! — раздается знакомый рык.

Два тёмных силуэта молниеносно влетают в кучу раздухарившихся шпанюков. Глухой стук ударов звучит для меня сладкой музыкой. Нападающие разлетаются, как кегли, оставаясь неподвижно лежать на земле.

— Какого хрена ты до него доколупался? — орёт Олег, тряся за грудки находящегося в состоянии грогги Андрея.

— Млять, Андрюха, я к тебе всегда нормально относился, но это уже перебор, — поддерживает товарища Володя. — Вообще с ума сошёл? Есть претензии к Мише, реши их как мужчина, на ринге, в крайнем случае. А такую херню делать подло.

— Он сам виноват, — хрипит Андрей, сплевывая кровь с губы.

Олег помогает мне подняться.

— Мих, ты как, в порядке? — обеспокоенно спрашивает десантник.

— Нормально, — хриплю я, ощупывая поврежденные места и отряхиваясь от пыли. Каждое движение отзывается болью. Синяков и ссадин наставили, челюсть повредили, но вроде ничего не сломали. Руки, ноги работают, рёбра целы.

— Чего он тебя караулил? — интересуется помощник тренера. — Что между вами произошло?

— Да я только после ножевого ранения из больнички домой приехал, на улицу вышел, там девчонка знакомая. Она меня подкалывать начала, я ей ответил в том же духе. А она кавалера ждала, вот этого, — показываю взглядом на Андрея. — Он приехал, начал уже серьёзно задираться ко мне. Слово за слово, и понеслось. Дал по печени, — я потом минуту в себя приходил — и уехал на своей машине. А увидев меня в зале, решил продолжить спарринг-сессию. Не понравилось ему, что я в зал начал ходить, и девчонка ему предъявила тогда за моё избиение. Подкараулил на улице, выдвинул претензии, но я уже был готов, и ему не повезло. Тогда вроде договорились: он меня не трогает, а я — его. Продолжаем тренировки в зале, и заканчиваем конфликт. Но как видите, он не успокоился.

— Это правда? — Володя поворачивается к Андрею. Боксёр угрюмо молчит, отводя глаза.

— Значит так, — продолжает помощник тренера, — забирай свою кодлу и уходи. И чтобы в зале я тебя больше не видел. Появишься хоть раз, всё Петровичу расскажу. Он тебя сам пинками вышвырнет. Вздумаешь разборки с Мишкой продолжить, — большие неприятности гарантирую. Всё понял?

— Всё, — злобно шипит брюнет, исподлобья прожигая меня ненавидящим взглядом.

— Ещё раз до Мишки доколупаешься, лично тебя отмудохаю, — вступил в разговор Олег. — А будешь шпану свою собирать, так и я своих корешей с десанта приведу. Мало вам не покажется. И давай, вали отсюда, пока добавки не получил.

Друзья Андрея начинают шевелиться, приходя в себя. Сначала задвигал руками парень с лошадиной мордой, потом открыл глаза культурист, ошеломлённо тряся башкой. А низенького с дубинкой, получившего по шарам, уже нигде не было. Тихонько смылся, пока с Андреем воспитательную беседу проводили.

Брюнет помогает качающимся, как кусты на ветру, подельникам встать и запихивает их в машину. На меня он старается не смотреть. Потом садится за руль сам. Взвывает мотор «шестёрки», и машина уносится вдаль, стреляя клубами дыма.

— Ладно, парни. Мне уже бежать пора. Тороплюсь очень. — Володя кидает быстрый взгляд на часы. — Олег, проводишь Михаила на всякий случай? Он вроде рядом с ДЮСШ живет.

— Без вопросов, — кивает десантник.

— Тогда я полетел. — Помощник тренера пожимает нам руки и срывается с места, растворяясь в вечернем сумраке.

— Идём?

— Идём, — соглашаюсь я.

Олег что-то рассказывает о своих буднях в десанте, злобном командире, любящем доставать солдат, забавном случае с каптёрщиком. Но я слушаю его краем уха, со всех сторон рассматривая пришедшую на ум идею. Есть смысл привлечь десантника к операции «Экспроприация». Парень он нормальный и остро нуждается в деньгах. В людях я разбираюсь, и Олега вижу насквозь. Работа за копейки на стройке его не устраивает. Инженер — тоже не лучший вариант. Он готов к авантюрам, чтобы подняться, но имеет свои представления о чести и порядочности, поэтому ножа в спину от него можно не ждать. Конечно, бережёного Бог бережёт, и я всё равно перестрахуюсь, но в целом с ним можно работать. А мне за спиной нужен надёжный тыл, товарищ, который не подведёт и поддержит в трудную минуту. Ашот слишком молод и за ним армянский клан, связывающий парня по рукам и ногам условностями и жёсткой иерархией с необходимостью подчиняться старшим. Скажут они, например, «отойти в сторону», и парень, скрипя зубами, подчинится.

Идея «раздеть» вора и взяточника большого отторжения у десантника вызвать не должна. В Союзе обычные трудяги не очень любят работников сферы торговли и общепита. А тут всё чинно и благородно получится. Наказываем вора, лишаем неправедно добытых денег и одновременно сами решаем материальные проблемы. Неприятностей с органами не будет. Не побежит Овчинников с криками «караул!» в ближайший опорный пункт милиции или в райотдел. Иначе придётся объяснять, откуда такие огромные деньги, самому получить судимость и поехать на зону валить лес где-нибудь на Колыме или в Карелии. Такого точно не будет, потому что начальник «Главдорресторана» — мошенник и взяточник, но далеко не дурак.

— Ты меня совсем не слушаешь. — Голос Олега заставляет оторваться от раздумий и вернуться на грешную землю. — Я уже второй раз спрашиваю: как считаешь, может, стоит всё-таки попробовать наладить отношения с Маринкой? В кабак её повести, цветы, цацку какую-то блестящую подарить, как бабы любят. Только надо подумать, где деньги достать. До зарплаты ещё полмесяца, а у меня в карманах ветер гуляет.

— Олежка, я тебе уже отвечал. Ты, конечно, сам решаешь, но я бы на твоём месте после такого финта ушами просто забыл бы об этой девчонке. А неплохими деньгами разжиться могу помочь.

— Как? — оживляется десантник.

Смотрю в глаза Олегу. Парень подобрался и насторожился, напоминая хищника, почуявшего добычу.

— Есть у меня к тебе одно интересное предложение. Если согласишься, можем вместе хорошие деньги поднять.

— Так выкладывай скорее! — Глаза десантника горят от нетерпения. — Не томи душу.