Тишина поражала. Казалось бы, под сводами Ойкуменической библиотеки города Жерло можно слышать даже стук собственного сердца, но одиннадцать человек стояли молча и созерцали странный аппарат с округлыми бронзовыми формами. Его корпус поблескивал в лучах света, врывающихся в пыльные окна под высоким сводом. И машина тоже была безмолвна, хотя так и не должно было быть.
Лорд Хиль терял терпение. Он откашлялся в платок, и оперся на трость двумя руками. Осмотрелся. Тут были стулья, но на каждом из них разместилось что-либо из странных инструментов инженера. Лорду не нравился остров Жерло и спрятанный в его недрах город, кишащие в его туннелях ученые, книги и храмы. И инженер ему тоже не нравился. Он предпочел бы как можно скорее вернуться в сверкающую белым камнем столицу Близнецов, к простым и понятным военным стратегиям на желтой бумаге и чашке вечернего чая. Но вернуться с пустыми руками, преодолев такой путь, было как минимум нелепо.
– Мы ждем уже достаточно долго, мастер Артур.
– Прошу вас, еще пару минут, – Артур в перепачканном комбинезоне выбрался из-под кожуха, вытер руки промасленной тряпкой. – Аппарат требует тонкой настройки.
– Могли бы побеспокоиться об этом заранее.
Артур улыбнулся, услужливо кивнул. От лорда Хиля и не стоило ждать снисхождения. Но в глазах ученых мужей за его спиной поблескивал неподдельный интерес. В конце концов, он разослал приглашение далеко не всем, а лишь тем, кого могла заинтересовать Счетная Машина. С великим удовольствием, он бы не звал и лорда, но без его влиятельного мнения, увы, никак. Надежда на финансирование и продолжение работы виделась только в его веском слове, но шансов с каждой минутой оставалось все меньше.
– Прошу вас, приступайте.
– Да, разумеется.
Артур поправил на груди просаленный галстук, махнул рукой помощнику. Тот тотчас скрылся за незаметной среди стеллажей дверью.
– Машина требует давления пара, но размещать котлы здесь я не посмел. Угольная пыль и испарения не слишком полезны для книг, – он улыбнулся. – Потребовалось немало времени чтобы все это привезти сюда и смонтировать. Мой ассистент запустит паровую машину снаружи и по этим трубкам…
– Оставьте подробности. Мы и так видим, что котлов тут нет. Что может ваша машина, мастер Артур?
– Не так уж много, учитывая сложности с финансированием, – Артур осекся. Не стоило этого говорить. Прозвучало, словно он притащил в главную библиотеку Жерло детскую игрушку, а не аппарат, способный изменить весь мир. Это прозвучало в голове снова, прозвучало воодушевляюще, и Артур непроизвольно выпрямил спину, даже голос его стал громче и четче. – Но полагаю, господа, что мне есть, чем вас удивить.
Дернулись стрелки манометров, из латунной трубы вырвалась тонкая струйка пара. Внутри бронзовой машины раздалось гудение. Сначала неповоротливо, а потом все быстрее закрутились крупные шестерни, приводя в движение более мелкие связанные с ними шестеренки. Заклацали клапаны, с каждой секундой все быстрее, пока их щелкающие звуки не слились в сплошную какофонию. В недрах машины давление пара заставило ожить сложный даже для понимания Артура механизм. Вдруг все стихло. Клапаны открылись, печатная каретка дернулась и отъехала в сторону.
Гости столь странного представления переглянулись.
– Он сломался, мастер Артур?
– Нет, что вы. Напротив, он пришел в рабочее положение, – Артур гордо оперся на бронзовый кожух. – Давайте же, спросите его о чем-нибудь.
– Простите, уж не хотите ли вы сказать, что ваша машина нас слышит?
Артур виновато развел руками.
– Нет, конечно. То есть, пока нет. Я работаю над этой проблемой и полагаю, что должное финансирование…
– Какого рода вопрос? – нетерпеливо перебил лорд Хиль.
– В первую очередь – это математическая машина. Задайте для начала простую задачу, а я введу данные сюда. – Артур указал на панель с сотнями рычажком и задвижек, прикрепленную к аппарату.
– Четверть от тысячи ста двенадцати, – торопливо произнес лорд.
Артур кивнул, защелкал одному ему известными рычагами. Послышалось гудение, струйки пара из латунных трубок вырывались со свистом. Клапаны защелкали быстрее, а потом вдруг дернулась каретка. Клавиши выбили на кусочке картона несколько цифр и вернулись под кожух.
С видом фокусника, удачно завершившего трюк, Артур показал присутствующим карточку.
– Двести семьдесят восемь, господа. Вы можете посчитать самостоятельно и убедиться, что ответ абсолютно верный.
Но вместо криков удивления раздался лишь недовольный ропот.
– Механические трюки, мастер Артур. Кому нужна такая машина для расчетов, если даже я сделаю это быстрее. И без паровых машин. В конце концов, но такое есть арифмометры.
– Вы очень задали простой пример.
– А вы были крайне неубедительны, мастер Артур, как и ваша машина. И потратили наше время.
– Давайте сделаем так. При вас я попрошу машину отнять от даты рождения магистра-лорда Близнецов год основания Жерла. Это куда более сложная задача, тем более что она не содержит прямых цифр.
Лорд Хиль оперся на трость и с сомнением взглянул на панель.
– Мы ничего не понимаем в этих ваших переключателях, мастер Артур. Как понять, что вы не вводите туда цифры, или даже правильные ответ. Может быть он уже заготовлен у вас заранее?
– Тогда позвольте воспользоваться печатными клавишами. Это несколько дольше обычного, но результат вас, поверьте, впечатлит, – он приоткрыл медную панель и обнажил ряд белых, словно рояльных клавиш с выбитыми на них буквами. Впрочем, скорее всего рояльными они и были. – Позже я использую стандартную пишущую машинку, – пояснил Артур. – Крупная панель нужна для наглядности.
И чтобы показать, что никакого обмана нет, он напечатал задачу текстом, поставив между датой рождения лорда и датой основания столицы мировой науки знак вычитания. Присутствующие внимательно следили за его пальцами. Кто-то даже, беззвучно шевеля губами, повторял вводимые слова. Поверить в то, что машина справится с заданием, было тяжело, но сам процесс завораживал, как удачный фокус.
Вычисление на заняло времени больше, чем первый пример. Отпечатанные синей краской цифры легли на картон.
– Двести одиннадцать, господа. От дня Спасения, – торжественно объявил Артур и показал еще теплую карточку. И немедленно был награжден восторженными и удивленными криками.
– Невозможно, Артур. Может разрешите мне!
– Извольте. Машина понимает островной ланг и конкордийский, но в ней еще недостаточно всех данных. Я смог ввести лишь основное: некоторые энциклопедические данные, последние сведения из прессы. Поймите, ручная загрузка сведений – очень трудоемкая вещь.
Но никто уже не слушал. Все столпились вокруг машины и Артура, прислушивались к мерному клацанью клапанов, осторожно, словно к неведомому существу, прикасались к прохладному корпусу.
– Количество графств на островах Близнецов. Печатайте, мастер Артур, чего же вы медлите?
Ответ был незамедлительным.
– Слишком легко. Количество жителей Архипелага и отнимаем количество жителей Жерло. Это возможно?
– Разумеется.
Машина равнодушно выдала ответ.
– А что, если спросить фамилии лордов?
– Машина дает только короткие ответы. Пока. Со временем я научу ее куда более интересным вещам. Например, говорить и слушать. А возможно даже видеть. Хотя, в каком-то смысле она видит нас сейчас. Мы вводим цифры, а она догадывается таким образом о нашем присутствии. Если можно так сказать. Но ведь по характеру вопросов мы всегда понимаем, кто перед нами: ребенок, старик, военный или торговец. Научить машину этому даже проще, чем научить говорить.
– Как это устроено, мастер Артур?
Инженер довольно похлопал машину по горячему боку.
– Дело в том, что это не механизм, хотя может так показаться. Это даже не сложный арифмометр, а несколько иное устройство. Конечно, я использовал кое-какие идеи служителей Механической церкви Ангстрема, хотя их было и непросто достать, но здесь это не главное. Клапаны внутри машины имеют два состояния: открытое и закрытое, что позволяет приводить в движение процессы анализа данных. Я использовал двоичную систему Лейбница. К сожалению, обычный язык машина понимать пока не в состоянии, но это и не нужно. Специальные устройства могут переводить буквы в двоичные символы, которые потом и понимает машина. Полученные после анализа данные записываются на специальный… Я лучше покажу!
Под бронзовой панелью оказалась медленно ползущая лента с выбитыми на ней точками. Лента не сворачивалась ожидаемо в рулон, а уползала в недра механизма. Рулона с готовой лентой тоже не было. Похоже было, что лента проползает в недрах устройства, заставляя его выполнять некие действия, а затем изменяется и возвращается обратно – специальные иглы выбивали на ней все новые и новые отверстия. Насколько лент поуже вращались в закольцованном механизме под тем же щитком.
– Тут нет заложенного сценария. Кроме постоянных данных, разумеется – сведения из энциклопедии, математические правила, формулы, константы… Машине позволено вносить программу действий для самой себя и после руководствоваться ей. Если угодно, она обучается, хоть процесс это и не так быстр, как хотелось бы. Однако, я добавил и возможность проверки сведений. Если значение неверно, то, проверив его, машина исправит ложное на истинное. Я называю это машинной логикой.
Лорд Хиль благосклонно положил руку на плечо Артура.
– Сознайтесь, там внутри сидит пара ваших помощников.
Артур настороженно взглянул на него, потом улыбнулся. Понятно, что это шутка. Видимо намек на то, что не нужно подробностей, которые ни самому лорду, ни присутствующим понятны не будут и поставят лишь в неловкое положение.
– Скажите, мастер Артур, а насколько сложным и точным может быть анализ введенных сведений? Насколько приблизительны получаемые цифры?
Артур непонимающе мотнул головой.
– У меня есть данные по выловы рыбы срединными островами на этот год и процент, которые пошел на содержание армии Близнецов. Если я дам машине сведения за год прошлый и попрошу предсказать потребности армии, она справится?
– Извольте.
Процесс был долгим. После каждой строчки Артур вводил непонятные символы, сокращал слова одному ему известным способом. Наконец цифры ушли в недра машины, в мир клапанов и шестеренок. Каретка неспешно отпечатала цифры. Лорд Хиль развернул сложенный листок, сравнил с карточкой.
– Невероятно. Погрешность в сорок тонн, господа!
Сорок тонн – почти ничего. Не так ли выглядит триумф? Артур наслаждался этим шумом и суетой, охотно отвечал на вопросы, гордо похлопывал по боку безмолвную машину. Он был уверен, что введи цифры еще раз, машина устранит и эту погрешность.
– Она разумна, мастер Артур?
Артур боялся этого вопроса. Очень боялся. На него, казалось, не существует правильного ответа.
– Она учится, господа, – осторожно ответил он. – А обучение – признак зачатков интеллекта.
Лорд Хиль усмехнулся.
– Моя кошка тоже учится. Уже умеет выпрашивать шерстяной шарик для игр и не путает его с обглоданной костью. Полагаете, у нее тоже есть интеллект?
– У любого животного есть передел развития навыков.
– А у вашей машины?
Артур покачал головой.
– Даже сейчас этот порог, хоть и есть, но очень отдален. Многие вещи требуют наладки, кое-какие детали я заменил бы более современными и прогрессивными. Например, бумагу на долговечный винил. Многое еще зависит от давления пара, что тоже не очень хорошо. Эту проблему можно будет решить, но не сразу. А при должной доработке, возможности вычислителя станут поистине безграничны.
– Как у Бога?
Артур уклончиво кивнул.
– Я бы сравнил их с человеческими.
Лорд Хиль усмехнулся.
– Набор шестеренок и клапанов, думающий как человек., делающий выводы как человек. Не слишком ли смело? Я бы назвал это возмутительным заявлением недостойным ученого. Может ваша машина и душой обладает, как человек?
– Я только техник. Вопросы философии мне чужды, как и морали, впрочем.
Последнюю фразу он сказал тихо, боясь быть неправильно понятым. Но, видимо, недостаточно тихо.
– Говорить о морали по отношению к машинам – вот что действительно оскорбляет науку. Ваши фокусы, бесспорно, удивляют. Но не нужно думать, что вы открыли нам новую мораль. Она не живая – эта ваша машина. Она – просто груда бронзы и латуни, управляемой обычным паром.
Артур ненавидяще смотрел на присутствующих. Что ж, ожидаемые провокации и компрометирующие вопросы. Он был готов к этому. Нужно держаться достойно. В конце концов, сама машина докажет, что он не мошенник, а она – не еще один хитрый автоматон.
– С другой стороны, – мягче добавил лорд Хиль, – вещь бесспорно интересная. В чем-то даже, возможно, полезная.
Артур кивнул.
– Перед тем, как мы признаем, что все это не фокус и глупая шутка, спросите каковы наши шансы вторжения в Туманный пролив.
Воцарилась тишина. Лорд Хиль выглядел несколько иначе, чем минуту назад. Его лицо снова стало непроницаемым, а глаза внимательными и пронзительными. Артур облизнул пересохшие губы.
– Много данных. Слишком много. Погодные условия, численность войск, вооружение, ландшафт, время суток…
– Мы не спешим, верно, господа? Все цифры о контингенте войск, количестве кораблей, снабжении и прочем у меня есть. Но если позволите, по понятным причинам, я хотел бы ввести их сам.
– Это займет много часов, даже если я буду помогать вам.
– Думаю, это будет уместно.
Снова тишина. Как перед началом представления, только теперь это тишина иного рода. И лорд, и присутствующие видели в машине совсем не то, что видел в ней Артур.
– Ну же, решайтесь. Вторжение на Малые острова обеспечит нам полное господство в море Кракена, и оно произойдет в любом случае. Думаю, вы понимаете, что войны не избежать. Но хотелось бы рассчитать шансы на победу. Если ваша машина способна на это, я лично сниму перед вами цилиндр и назову величайшим ученым мужем Близнецов.
Снова уловки.
– Если вы откажетесь, – продолжил Хиль. – То мы не сможем убедиться в том, что ваша машина не способна на это. Что она не опасна и не подлежит немедленному уничтожению. Вы же искали финансирования на Архипелаге и в Конкордии, не так ли? Что мешало вам обратиться за помощью к магистру-лорду?
Артур нехотя отступил от машины.
– Прошу.
***
– Дайте номер.
Артур развернул газету. Статьи пестрели заголовками о потере Конкордией части Малых островов, о войне, которая после блистательной победы на островах стала вялой и приближающейся к сепаратному миру. Господству Близнецов в море Кракена было положено твердое и решительное начало, способное заставить насторожиться и Архипелаг, и конкордийских аристократов.
– Вы ошиблись. Ваша машина ошиблась, – лорд Хиль свернул газету и усмехнулся. Казалось, что он смотрит сверху вниз, хотя они с Артура были одного роста, не считая, конечно, шляпы. – Ваш аппарат предрек нам поражение. Попахивает государственной изменой, не находите.
Артур затряс головой.
– Мало данных. Машина еще несовершенна, я же вам говорил…
– Успокойтесь, мастер Артур. Вы получите свое финансирование. Увы, ваш вычислитель никак не может быть полезен в разведке и армии, но ему найдется много других применений. И пары месяцев не пройдет, как ваши машины будут собирать сотнями и развозить по всей империи. Вы же об этом мечтали?
– Да, но…
– Никаких, но. Близнецы были и будет в авангарде науки и технологий, равно как и наш союзник Жерло. Вы получите столько, сколько вам потребуется, чтобы завершить работу и дать нам серийный образец.
Лорд Хиль едва заметно кивнул, дав понять, что разговор окончен и постукивая тростью заспешил вверх по высокой гранитной лестнице.
Артур некоторое время смотрел ему вслед, затем опустился на холодные ступени. Закрыл лицо руками. Ладони все еще пахли маслом и железом. Сотни штук! День триумфа выглядел в его мечтах иначе, но от того было не менее радостно.
Он вспомнил том момент, когда машина ошиблась. Страшный момент. Хотя, не будь этого, машина навсегда была бы заперта в стенах разведки или Адмиралтейства, как объект особо важный и даже опасный. Но к счастью, Счетная Машина ошиблась. Хотя вероятность этого была крайне мала. Возможно, ошибка в данных.
Артур оторвал руки от лица. Страшная мысль мелькнула в его голове и прочно засела там, прежде чем он успел назвать ее нелепой. А что, если это была не ошибка… Было ли это случайностью? Ведь главная задача живого существа – спасти себя и размножиться.