Утро в блоке 326 было заряжено предвкушением, как хороший конденсатор. На кухонном столе, переливаясь в лучах солнца мистическим светом папиного пресс-папье, стоял их "Дефабулятор". Он выглядел так, будто его собрал сумасшедший гений в соавторстве с одесским контрабандистом – нелепо, но внушительно.
Сёма, как главный режиссёр-постановщик, устроил генеральную репетицию.
– Так, мужики, слушайте сюда, шоб я не говорил два раза! – командовал он. – Мы не вваливаемся туда, как слоны в посудную лавку. Мы появляемся! С чувством, с толком, с расстановкой!
Он повернулся к Максу.
– Максик, ты у нас ответственный за… за эту бандуру. Но нести её на себе – это таки глупо, мы ж не бурлаки на Волге.
– Он тяжёлый, – подтвердил Макс, похлопав по металлическому корпусу. – Килограммов двадцать. Двадцать минут пешком – я дойду, но вид у меня будет не самый презентабельный.
– Вот именно! – подхватил Сёма. – Презентабельность – наше всё! Значит, поступим по-умному. Илья, золото моё, вызови нам транспорт!
Илья, не отрываясь от ноутбука, кивнул.
– Заказываю грузового дрона класса "Мул" в университетской службе доставки. Через пять минут будет у дронопорта.
– Шо значит "мул"? – возмутился Сёма. – Нам шо, надо ишака? Нам нужен шик, блеск, эффектное появление! Отменяй! Заказывай "Гончую"! Ну, эту, робособаку! Да, дороже, но мы ж не за деньгами гонимся, а за справедливостью! Пусть наш аппарат приедет на своей личной охране!
Пока Илья менял заказ, Сёма продолжил инструктаж, указывая на Лёву.
– Лёвочка, ты – наш главный козырь. Наше теоретическое прикрытие. Твоя задача – самая сложная.
– Какая? – с ужасом прошептал Лёва.
– Молчать! – торжественно провозгласил Сёма. – Молчать и делать такое умное лицо, как будто ты в уме доказываешь гипотезу Пуанкаре. Скрестишь руки на груди, чуть нахмуришься… И если к тебе кто-то сунется с вопросом, ты смотришь на него, как на амёбу, и цедишь сквозь зубы: "Ваш вопрос некорректен с точки зрения топологии". И всё! Он в нокауте!
– А ты? – спросил Макс.
– А я? – Сёма улыбнулся так, что, казалось, в комнате стало светлее. – А я буду делать то, что умею лучше всего. Я буду разговаривать! Я им такую науку нарисую, шо они забудут, как маму родную звали!
Через пять минут в дверь вежливо "постучали" – раздался тихий механический скрежет. Это прибыла робособака "Гончая" – блестящее четвероногое создание из металла и пластика. Она деловито вошла в блок, помахивая антенной-хвостом.
– О, посмотрите на эту красоту! – восхитился Сёма. – Наш личный научный сотрудник на ножках!
Они вчетвером осторожно водрузили "Дефабулятор" на спину робопсу. Робот пискнул, калибруя центр тяжести, и прочно встал на все четыре лапы.
– Ну, с Богом! Или с кем там договариваются учёные… с Эйнштейном! – скомандовал Сёма. – Команда мечты, вперёд! Вершить научное правосудие!
И они вышли. Впереди, чеканя шаг механическими лапами, шла "Гончая", неся на себе их грозное и нелепое оружие. За ней – четверо студентов, идущих на свою первую битву. Это было похоже на начало очень странной сказки. Или очень смешной комедии.
Фитнес-центр "Код Твоего Тела" гудел, как потревоженный улей. Под монотонный ритм электронной музыки десятки людей самозабвенно "строили" свои тела. Но эпицентром активности была не зона свободных весов и не кардио-ряд, а скромный уголок у кулера с водой. Там, в лучах славы, купался Стас.
Он был в своей стихии: голый торс, серьёзное выражение лица и "торсионный генератор" в руках. Он как раз заканчивал очередную "зарядку" бутылки для какой-то восторженной девушки в ярких лосинах.
– …и вот эта информационная матрица, – вещал он, – проникая в ваш организм, гармонизирует водно-солевой баланс на клеточном уровне! Пейте, и ваши результаты вырастут!
Рядом, как верная муза, стояла Алиса и с улыбкой кивала его словам, добавляя вполголоса своей подруге:
– Он просто гений! Он превращает фитнес в искусство!
В этот самый момент автоматические стеклянные двери фитнес-центра разъехались, но вместо очередного адепта здорового образа жизни в зал вошла весьма странная процессия.
Первой в зал вошла… робособака. Блестящая, хромированная, она двигалась плавной, хищной походкой, и на её спине, словно на парадном лафете, покоился загадочный, увешанный проводами и мигающими лампочками агрегат.
Следом за роботом, в строгом порядке, вошли четыре парня. Они не выглядели как клиенты фитнес-клуба. Они выглядели как люди, пришедшие сюда с очень важной миссией. Музыка в зале, казалось, на секунду споткнулась. Разговоры стихли. Все взгляды устремились на незваных гостей.
Сёма, шедший во главе, остановился посреди зала, окинул всех царственным взглядом и громко прокашлялся.
– Шалом, уважаемые спортсмены и сочувствующие! – произнёс он так, чтобы слышал весь зал. В его голосе не было ни капли неуверенности. – Прошу минуточку вашего драгоценного внимания!
Он сделал паузу, давая эффекту от их появления укрепиться.
– Мы – независимая выездная комиссия по контролю за аномальными полевыми излучениями при Московском Физико-Техническом Институте. – Сёма произнёс это с такой гордостью, будто зачитывал указ императора. – Наши приборы зафиксировали в этом помещении мощный всплеск… скажем так, неклассифицированной энергии. Мы прибыли для проведения срочных, внеплановых замеров!
Толпа у кулера расступилась. Стас и Алиса уставились на них с недоумением.
Сёма кивнул Максу. Тот с самым серьёзным лицом подошёл к робособаке и аккуратно снял с неё "Дефабулятор". Он водрузил его на ближайшую свободную скамью для жима, словно алтарь. Щёлкнул главным тумблером.
Прибор ожил. Замигали лампочки, таинственно засиял кристалл в его центре, а из динамика раздалось тихое, зловещее потрескивание.
Рядом с прибором встал Лёва. Он скрестил руки на груди, нахмурил брови и уставился на Стаса с тем самым "взглядом интеллектуального превосходства", который они репетировали. Получилось так, будто он пытается силой мысли согнуть все штанги в зале.
Илья, расположившись чуть в стороне, незаметно достал телефон. Представление начиналось. А вся эта сцена напоминала начало очень странного фильма, где четверо охотников за привидениями пришли ловить полтергейста в спортзал. И, судя по всему, они его уже нашли.
В зале повисла тишина, нарушаемая лишь гудением вентиляции и зловещим потрескиванием "Дефабулятора". Публика, отвлекшись от своих тренажёров, с любопытством наблюдала за разворачивающимся спектаклем. Это было куда интереснее, чем монотонные подходы на бицепс.
Стас первым вышел из оцепенения.
– Какая ещё комиссия? – нахмурился он. – У меня тут всё сертифицировано… моими собственными исследованиями!
– Вот это мы сейчас и проверим! – парировал Сёма, не давая ему опомниться. Он вёл себя как заправский телеведущий в шоу про экстрасенсов. – Наш новейший прибор, "Дефабулятор бытового бреда, модель один", позволяет с невероятной точностью измерять плотность информационного шума в окружающем пространстве. Проще говоря, он отличает науку от… творческого вымысла.
Он повернулся к Максу.
– Оператор, приступайте к калибровке!
Макс с каменным лицом подошёл к первому попавшемуся человеку – бородатому айтишнику, который с интересом наблюдал за происходящим, – и медленно поднёс к нему "Дефабулятор".
Прибор продолжал тихо потрескивать. На телефоне Ильи, который он держал так, чтобы всем было видно, красовался спокойный зелёный график.
– Видите? – комментировал Сёма. – Уровень в пределах нормы. Небольшие флуктуации, но это стандартный фон. Мыслительный процесс в пределах статистической погрешности.
Айтишник смущённо улыбнулся. Ему было даже немного приятно.
– А теперь, – Сёма повысил голос, и тот зазвенел от драматизма, – проверим аномальную зону! Оператор, к источнику излучения!
Макс, печатая шаг, как робот-часовой, направился к кулеру. Он медленно, сантиметр за сантиметром, начал подносить "Дефабулятор" к бутылке с "заряженной" водой, которую Стас только что приготовил для очередной клиентки.
И тут началось шоу.
Как только антенна прибора приблизилась к бутылке, "Дефабулятор" словно сошёл с ума.
Тихое потрескивание сменилось истошным, дребезжащим воем, похожим на звук предсмертных конвульсий старого модема. Все лампочки на корпусе замигали в бешеном ритме, отбрасывая на растерянное лицо Стаса разноцветные блики. Кристалл в центре вспыхнул так ярко, что на мгновение ослепил всех. Велосипедная фара-прожектор ударила концентрированным лучом света прямо в грудь "шамана".
А на огромных плазменных экранах зала, на которых обычно крутили мотивирующие ролики (и которые Илья, разумеется, заранее взломал), спокойные зелёные графики сменились гигантскими, пикообразными красными диаграммами. Шкала "микро-Мюнхгаузенов" стремительно ползла вправо, пробивая отметку "Критический уровень!" и устремляясь к иконке с черепом и костями. Апофеозом всего стала та самая сирена из японского фильма, которая завопила на весь зал:
– ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАНА СМЫСЛОВАЯ АНОМАЛИЯ! УРОВЕНЬ НЕВЕРОЯТНОСТИ ПРЕВЫШАЕТ ДОПУСТИМЫЕ ПРЕДЕЛЫ! РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ!
Эффект был ошеломляющим.
Публика, вместо того чтобы испугаться, взорвалась хохотом. Шоу, которое устроили физтехи, было на порядок зрелищнее, смешнее и убедительнее, чем занудное жужжание стасовского генератора. Это была не просто демонстрация, это был высококлассный стендап с использованием спецэффектов.
Стас стоял, ошарашенный и ослеплённый "лучом правды", и не понимал, что происходит. Его простой, прямолинейный мир, где мышцы растут, а вода заряжается, только что столкнулся с чем-то непонятным, иррациональным и очень, очень громким. Его прибор просто гудел. А их прибор устроил настоящий апокалипсис. Исход этой дуэли был предрешён.
Сирена продолжала истошно выть, "Дефабулятор" мигал, как новогодняя ёлка под действием сильных стимуляторов, а зал фитнес-центра сотрясался от хохота. Стас, всё ещё стоя под лучом "прожектора истины", выглядел как древний идол, которого внезапно попросили объяснить принцип работы смартфона. Он хлопал глазами, пытаясь что-то сказать, но его голос тонул в общем шуме.
– Ну что же, дамы и господа! – прогремел Сёма, перекрывая сирену своим голосом. Он картинно выключил "Дефабулятор", и тот с финальным, жалобным писком затих. В зале стало заметно тише. – Как видите, наш высокоточный прибор зафиксировал здесь запредельный уровень… скажем так, креативной интерпретации законов физики. Явление редкое, чрезвычайно интересное для науки, но потенциально опасное для неокрепших умов! Рекомендуем в целях интеллектуальной гигиены держаться от источника излучения на безопасном расстоянии!
Он обвёл взглядом смеющуюся публику и с невинным видом пожал плечами:
– Мы просто делаем свою работу. Министерство науки заботится о вас.
Эта фраза вызвала новую волну смеха. Шутка была настолько абсурдной, что в неё было невозможно не поверить.
Стас, наконец, обрёл дар речи.
– Да что… что это за цирк?! – прорычал он. – Ваш прибор… он же просто мигалка! Мой генератор работает на тонких материях, которые вы не можете измерить!
– Та шо вы говорите! – всплеснул руками Сёма. – Конечно, не можем! У нас прибор настроен на физику, а не на лирику! Для тонких материй, я слышал, нужен другой инструмент. Поэтический сборник, например.
В этот момент его взгляд встретился со взглядом Алисы.
Она не смеялась, как все. Она стояла чуть в стороне и смотрела на всё это с широко раскрытыми глазами. Сначала на её лице было недоумение. Потом, когда она увидела, с какой артистичностью и юмором Сёма ведёт это "расследование", в её глазах промелькнуло понимание. И, наконец, её губ коснулась лёгкая, хитрая улыбка. Она всё поняла. Это не была агрессия или нападка на Стаса. Это был ответ. Такой же перформанс, как и его "зарядка" воды, но на совершенно другом, более высоком уровне. Это был умный, элегантный, ироничный стёб. Искусство в чистом виде.
Она смотрела не на прибор. Она смотрела на Сёму. И в её взгляде читалось нечто новое. Не просто любопытство к "экзотическому физтеху". А неподдельный интерес к остроумному, обаятельному и невероятно смелому парню, который только что на её глазах превратил научный спор в блистательное шоу.
Победа была полной. Они не просто развенчали миф. Они сделали это так, что это понравилось даже той, ради которой всё и затевалось.
Стас попытался было ещё что-то возразить, но его уже никто не слушал. Внимание публики полностью переключилось на "комиссию из МФТИ". Люди подходили к ним, с интересом разглядывали "Дефабулятор", задавали шутливые вопросы. Макс с гордостью демонстрировал, как щёлкают тумблеры. Лёва, всё ещё стоя в позе "теоретического щита", с удивлением обнаружил, что ему это даже начинает нравиться.
Научный баттл был окончен. И физтехи одержали в нём безоговорочную победу нокаутом. Техническим, интеллектуальным и, что самое главное, артистическим.
Обратный путь в общежитие был триумфальным. Робособака "Гончая" вышагивала впереди, неся на спине их победоносный "Дефабулятор", а следом шла воодушевлённая команда победителей, наперебой обсуждая самые яркие моменты своего выступления.
– А ты видел его лицо, когда сирена заорала? – хохотал Макс. – Он выглядел так, будто у него сейчас все его "заряженные" молекулы воды вскипят!
– Лёва, ты был великолепен! – подхватил Сёма. – Твой взгляд "я выше этого" заслуживает отдельной театральной премии!
Лёва смущённо улыбался, но в его глазах плясали чертенята. Кажется, ему понравилось быть "теоретическим щитом".
Вернувшись в блок, они с благоговением поставили своё творение на почётное место на полке. Это был их первый совместный трофей.
– Таки это надо отпраздновать! – объявил Сёма. – Илья, заказывай самую большую пиццу! За счёт нашего невидимого друга, профессора Т.А.! Уверен, он бы гордился нашей борьбой с лженаукой!
Они устало, но счастливо расселись на диване, предвкушая заслуженный отдых и калорийную пищу. Они чувствовали себя героями.
И в этот самый момент, в пик их триумфа, у всех четверых одновременно звякнули телефоны. Это было не обычное сообщение, а системное уведомление от маячка с узнаваемым логотипом МФТИ.
Они недоумённо уставились на экраны. Сообщение было одинаковым для всех.
[ Уведомление от Beacon DaVinci ]
Обновлён доступ к ранее запрошенному репозиторию DaVinci_Connect. Доступ предоставлен.
Доступен рекомендуемый пакет ПО: DaVinci_Messenger_v.1.0
[ Установить ]
Они озадаченно переглянулись.
– Тот самый… пустой репозиторий? – растерянно спросил Лёва.
– Кто-то открыл нам доступ, – нахмурился Макс. – Но почему сейчас?
– И почему всем сразу? – добавил Сёма.
– Целевая рассылка, – тихо произнёс Илья, уже анализируя цифровой сертификат уведомления. – Сгенерирована несколько минут назад. Источник… источник скрыт за прокси-сервером в подсетях ректората. Странно.
Терять было нечего. Один за другим, все четверо нажали "Установить".
Через мгновение на их телефонах появилась новая иконка: стилизованный кот в круге, пародия на "Витрувианского человека". Они запустили приложение. Простой интерфейс мессенджера, в котором был всего один активный контакт с именем DaVinci.
В комнате повисла тишина. Все взгляды обратились к виновнику торжества. Давинчи, дремавший в кресле, открыл один глаз и лениво посмотрел на них.
Макс не выдержал первым. С колотящимся сердцем он напечатал короткое сообщение:
Привет. Ты тут?
Нажал "отправить".
Секунда ожидания, показавшаяся вечностью. И затем на всех четырёх экранах одновременно появилось новое сообщение. Короткое, по-кошачьи прагматичное и абсолютно крышесносное.
DaVinci : Привет. Да, я тут. Справились неплохо. Я считаю, заслужил порцию жареной трески. Без костей. Жду.
Челюсти отвисли у всех. Победа, Стас, Алиса – всё это мгновенно стало мелким и незначительным. Потому что самая главная, самая невероятная загадка их студенческой жизни только что не просто заговорила с ними. Она выставила им счёт за своё незримое покровительство. И, судя по всему, торг здесь был неуместен.