Он стал первой ракеткой мира в эпоху дуополии Федерера – Надаля. Это дает исчерпывающее представление об уровне Новака Джоковича. Тогда казалось, что тягаться со знаменитыми соперниками просто невозможно. Судите сами. В 2010 году, когда Ноле, как называют Новака близкие, было уже двадцать три, ситуация с победами на турнирах Большого шлема сложилась следующая: Роджер Федерер завоевал шестнадцать титулов, Рафаэль Надаль – девять, Джокович – только один.

Спустя десять лет Надаль догнал Федерера по количеству высших теннисных достижений, выиграв свыше ста турниров и завоевав двадцатый титул Большого шлема. У Джоковича есть все шансы добиться таких же блестящих результатов и войти в эту тройку сильнейших, будучи самым младшим из них: Ноле родился в 1987 году, Надаль – в 1986-м, Федерер – в 1981-м.

Сегодня Новак, единственный из трех, продолжает играть, и книга его достижений пишется каждый день. По состоянию на 2020 год Джокович выиграл семнадцать турниров Большого шлема: у него восемь побед на Открытом чемпионате Австралии, пять – на Уимблдоне, три – на Открытом чемпионате США и одна – на «Ролан Гаррос»[30]. Многогранный игрок, покоривший все типы покрытий.

В 2006 году Новак одержал победу в финале парижского турнира над Энди Мюрреем, а годом ранее в четвертьфинале обошел Надаля. Из ста двух матчей, сыгранных Рафаэлем на «Ролан Гаррос», выиграть у него удавалось лишь двум теннисистам – Джоковичу и Робину Сёдерлингу. Во всех остальных поединках в Париже он не оставлял своим соперникам шансов, как произошло и в финале Открытого чемпионата Франции 2020 года, где Рафа выиграл у Новака в трех сетах. Это была их пятьдесят шестая личная встреча на корте, с итоговым счетом 29–27 в пользу серба.

Трио Джокович – Надаль – Федерер – перечисляю в алфавитном порядке – оставляло коллегам по цеху жалкие крохи побед. У Новака была исключительно сильная мотивация подняться на теннисный Олимп. Его победе над Федерером в легендарном финале Уимблдона 2019 года, когда он отыграл два матчбола и завоевал семнадцатый титул Большого шлема, предшествовал длинный и трудный путь, отсчет которого начался в далеком детстве.

Новак Джокович родился в Белграде, Сербия. По сравнению с детскими годами Роджера и Рафаэля, ему пришлось намного тяжелее: он рос и тренировался под взрывы бомб. Семья жила очень скромно, времена были страшные. Разгорелась кровавая этническая война, Балканы охватил геноцид. «Я провел семьдесят восемь ночей в доме своего деда, пока продолжались бомбардировки НАТО, – вспоминал Ноле. – Дед учил меня не сдаваться. Этот опыт эмоционально закалил меня. Помог понять, что такое настоящие жизненные трудности».

Условий для тренировок не было. Одно время им c Аной Иванович, будущей первой ракеткой мира, приходилось играть в пустом заброшенном бассейне с натянутой вместо сетки проволокой. Мячей не хватало; старые и потрепанные, они отскакивали от кафеля в непредсказуемом направлении.

Интерес к теннису зародился у Ноле в шесть лет, когда он впервые посмотрел по телевизору теннисный матч. Это был финал Уимблдона между Сампрасом и Курье. Ошеломленный увиденным, Новак тут же решил, что станет теннисистом. «Далеко не каждый в шесть лет понимает, чем хочет заниматься в жизни, но я был исключением, – рассказывал Джокович. – Я сидел перед телевизором в крошечной комнатке над пиццерией моих родителей, в глухой деревне у подножия горы Копаоник, в родной Сербии. Когда Сампрас выиграл Уимблдон, я решил, что когда-нибудь окажусь на его месте».

Последствия войны тяжело сказывались на всей жизни Белграда, здесь у Новака было мало шансов реализовать свою мечту и стать теннисистом. Поэтому, когда война закончилась, родители с двенадцатилетним сыном эмигрировали в Германию. Денег на отъезд не было, пришлось одалживать, но они не могли не послушать совета тренера Елены Генчич, которая в свое время открыла Монику Селеш. Елена работала в маленькой теннисной школе в той самой горной деревне у подножия Копаоник и стала первым тренером Ноле. Школа находилась через улицу от скромной пиццерии, которой с горем пополам управляли родители мальчика. Генчич мягко направляла Новака, помогая ему развиваться. Пораженная его страстью к спорту, она посоветовала отправить его на учебу в Теннисную академию Николы Пилича в Мюнхене. Выбрать в качестве тренера бывшего чемпиона Хорватии и бывшего тренера Беккера и Иванишевича оказалось правильным решением.

Пилич сыграл фундаментальную роль в развитии талантов Джоковича, но нельзя забывать и о том вкладе, который внес в его формирование Риккардо Пьятти, нынешний тренер Янника Синнера. Через руки Пьятти прошло немало талантов. С первыми своими подопечными, Ренцо Фурланом, Кристиано Каратти, Федерико Мордеганом и Кристианом Бранди, он ездил на соревнования по всему миру. Затем он тренировал Ивана Любичича, ставшего третьей ракеткой мира, поддерживая его на каждом этапе в начале карьеры. Любичич прошел через те же материальные трудности, что и Джокович, и Пьятти помогал ему, чем мог, сделав все от него зависящее, чтобы вывести теннисиста на профессиональный уровень.

Война закалила Джоковича, сделала сильнее, но чтобы играть на равных с Федерером и Надалем, нужно было обладать особыми качествами. И он ими обладает. У него невероятно гибкие и выносливые мышцы, словно сделанные из резины.

В восемнадцать лет Джокович уже входит в мировой Тор 80 – он самый молодой теннисист в первой сотне. В двадцать лет, в 2007 году, Ноле становится самым молодым игроком в первой десятке. Решающий взлет происходит в 2008 году в Австралии, где в полуфинале он обыгрывает в трех сетах Федерера, а в финале усыпляет бдительность Жо-Вильфрида Тсонга, выиграв у него в четырех сетах. Однако раздается и первый тревожный звоночек.

В следующем, 2009 году, защищая титул как действующий чемпион, он снимается с соревнований после проигрыша в четвертьфинале Энди Роддику. Новак чувствует себя неуверенно, с трудом преодолевает большие расстояния на корте. Ему кажется, что с его телом что-то не так, и признается, что ему тяжело доигрывать до конца турнира. Его мучают боли и последствия травм, у него сбивается дыхание, когда игра слишком затягивается. Иногда он вынужден останавливаться даже посреди матча, чем приводит в ярость соперников.

Роддик обвиняет его в симуляции, даже Федерер начинает терять терпение. «Я правильно тренировался и правильно играл, – пишет Джокович в своей книге „Вкус победы. 14 дней без глютена для совершенства тела и духа“, – но на мое состояние влияло то, о чем я даже не догадывался: неправильное питание».

Ноле открывает для себя диету, которая изменит его жизнь. Доктор Уильям Дэвис в предисловии к автобиографии Джоковича объясняет: «Новак устранил физические и психологические преграды, мешавшие ему побеждать, сделав прямо противоположное тому, о чем твердят диетологи: он исключил из рациона цельнозерновую муку».

Могут ли ограничения в еде радикально повлиять на состояние спортсмена? Да, считает доктор Уильям Дэвис, показывая на примере Джоковича, как питание снижало его продуктивность на площадке, и объясняя это следующими причинами:

«Пшеница, которую мы едим сегодня, это продукт генетических модификаций, осуществленных компаниями и отдельными учеными. Она снижает производительность. Влияя на пищеварительную систему, пшеница провоцирует развитие различных заболеваний, начиная от кислотного рефлюкса и заканчивая язвенным колитом. Что, в свою очередь, может привести к воспалительным процессам, скованности движений, боли в суставах и закончиться ревматоидным артритом, или к аутоиммунным заболеваниям, например зобу Хашимото – воспалению щитовидной железы. Пшеница стимулирует аппетит, поэтому даже спортсмены, тренирующиеся по много часов в день, могут набирать лишние килограммы, особенно в области живота. Она повышает утомляемость и снижает когнитивные функции».

Джокович корректирует рацион питания, и через полтора года это позитивно отражается на его спортивных результатах. Неслучайно в 2011 году он становится лидером мирового тенниса, побеждает в десяти турнирах, завоевывает три титула Большого шлема и выигрывает серию из сорока трех матчей подряд.

«Через полтора года я стал другим человеком, – вспоминал сербский теннисист, – похудел на пять килограмм и играл сильнее, чем когда-либо, поэтому мне удалось подняться на первое место в рейтинге и впервые выиграть Уимблдон, о чем я мечтал с шести лет. Все изменила не новая программа тренировок, не новая ракетка и не новый тренер. Дело было в новом рационе».

Такие вещи требуют дисциплины. Жизнь Новака подчинена строжайшему режиму. Без малейших поблажек. Каждое утро, встав с постели, он выпивает стакан теплой воды, двадцать минут занимается растяжкой и немного йогой. Затем сбалансированный завтрак, почти всегда в одно и то же время. В половине девятого – работа с тренером и физиотерапевтом, которые сопровождают его изо дня в день. Далее – полуторачасовая тренировка на поле со спарринг-партнером. Пьет Джокович только теплую воду и витаминный энергетический напиток, приготовленный его командой. После тренировки – снова растяжка, массаж и обед: только углеводы без глютена, сахара, белка и молочных продуктов.

Во второй половине дня – часовая тренировка в тренажерном зале с резинками и легким весом, упражнения для улучшения техники. После чего снова растяжка и полуторачасовая тренировка на поле – отработка ударов во всех деталях. Наконец, четвертый этап растяжки и небольшой финальный массаж. В общей сложности около восьми часов тренировок. На ужин – продукты, богатые белком, и салат, никаких углеводов и сладостей.

Это его типичный день, дающий представление о том, как ему удалось войти в тройку лидеров мирового тенниса и оставаться на вершине последние полтора десятка лет.

На тренировках Джокович постоянно использует метод визуализации, помогающий ему, среди прочего, отрабатывать реакцию, поскольку на поле часто приходится за доли секунды принимать подачи, летящие со скоростью свыше двухсот километров в час.

«Когда я вижу по ту сторону сетки Федерера, Надаля или любого другого соперника, который готовится сделать подачу, я визуализирую, как мяч летит в мою сторону, понимая, что он может двигаться по десяткам разных траекторий и приземляться каждый раз в другой точке, – объясняет Ноле. – Но я видел эти траектории тысячи раз, я знаю, как реагировать. Я во всеоружии. Тренировки помогают подготовиться ко всему, что может произойти на поле. Я учусь превращать вероятность в реальность».

Неудивительно, что у него лучший контрудар в мире: такие навыки не появляются случайно.

Австралия – континент, где Джокович пережил больше всего спортивных триумфов. Здесь он восемь раз завоевывал чемпионский титул, вырывая победу у таких соперников, как Тсонга или Доминик Тим, у которого он выиграл в 2020 году в настоящем теннисном марафоне. В матче, длившемся пять сетов, Новак сражался до последней секунды, хотя играть приходилось в тяжелейших, почти нечеловеческих условиях: разгар лета, изнурительная австралийская жара – сорок два градуса, под ногами раскаленный бетон. А на следующий день мог налететь шквальный ветер с дождем, из-за чего матчи на открытых кортах приходилось прерывать.

Победа в Мельбурне требовала невероятной психологической устойчивости и физической выносливости. Новака, обладателя резиновых мышц, перешедшего на безглютеновое питание, такие экстремальные условия не пугали. Поэтому он и добился титула в 2012 году, когда вышел в финал с Надалем и выиграл у него в пятом сете со счетом 7–5, проведя труднейший матч продолжительностью пять часов и пятьдесят три минуты. В условиях для настоящих суперменов.

Не только на горячем хардовом корте Австралии Джокович чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы побеждать. Его технический уровень позволял брать верх над соперниками на всех типах покрытий, включая травяные, где теоретически его удары могли оказаться гораздо менее выигрышными.

Два финала Новака на Черч-роуд особенно запомнились. Это его второй триумф на Уимблдоне в 2014 году, когда он обыграл великолепного Федерера в пятом сете со счетом 6–4. И, конечно, шедевральный финал 2019 года, один из важнейших в карьере Джоковича, когда, снова играя против швейцарца, он завоевал свой пятый титул на Открытом чемпионате Великобритании.

Финальный акт этого турнира хранится в фильмотеке Всеанглийского клуба лаун-тенниса и крокета [31]. Никто и представить не мог, что в пятом сете решающего матча придется играть тай-брейк и счет дойдет до 12–12 – за всю историю Уимблдона такого никогда не было. Отметим, что Федерер в пятом сете при счете 8–7 мог реализовать два матчбола на своей подаче, но упустил их. Его триумф или провал зависели от этих двух очков – и только от них. Неудивительно, что теннис иногда называют изобретением дьявола, и справедливо.

Первый матч-пойнт Федерер упустил, ударив слишком быстро, хотя обычно форхенд его не подводил. На второй его матчбол Джокович ответил коротким обводящим ударом – мяч приземлился на половине швейцарца в нескольких сантиметрах от боковой линии. Эта пара сантиметров и решила судьбу красивейшего матча между двумя великими теннисистами – матча, в котором тридцативосьмилетний Федерер мог выиграть двадцать первый титул в турнирах Большого шлема, однако удача повернулась к сербу. К чести Джоковича, он с большим уважением относился к сопернику. В момент триумфа без тени пошлого самодовольства он сразу же подошел к сетке, пожал руку Роджеру Федереру и приобнял его, отдавая должное достойному сопернику, выдержавшему четыре часа и пятьдесят пять минут борьбы. Это один из тех финалов Уимблдона, которые стали олицетворением неповторимой, захватывающей красоты тенниса.

Еще одна победа, имевшая огромное значение для Новака, – это покоренный Кубок Дэвиса, проходивший в его родном Белграде, когда сборная Сербии в финальной серии обыграла сборную Франции на глазах у двадцати тысяч зрителей. Ноле одолевала гордость чемпиона, которому пришлось делать первые шаги в теннисе под взрывы бомб в военном Белграде. «Благодаря нам в Сербии заметно выросла популярность тенниса, – считает Джокович. – И еще замечательно, что мир все больше узнает о нашей маленькой стране».

До него в Сербии теннисом интересовались мало. В детстве вокруг Ноле не было даже намека на развитую теннисную инфраструктуру и те комфортные условия, в которых тренировался Роджер Федерер в Швейцарии.

«Когда я был ребенком, – вспоминал Новак, – в Сербии еще действовал коммунистический режим. Шла война, опасности подстерегали повсюду. Жили мы очень бедно, но родители делали все, чтобы мы этого не замечали. Электричество давали по несколько часов в день, но мама как-то ухитрялась готовить, горячий суп и хлеб у нас были всегда. Власти не сообщали населению даже о бомбардировках, по ночам мы спасались от сброшенных бомб. Я видел, как летят ракеты, которые могли убить мою семью, младших братьев, родителей, уничтожить мой район и все, что меня окружало. Я до сих пор боюсь громких звуков».

Те, кто пережил войну, легче преодолевают проблемы, с которыми сталкиваются в спорте. Как и в любой успешной карьере, у Джоковича было немало сложных моментов. Это и травмы руки, бедра и плеча, которые напоминали о себе много лет. Это и дисквалификация на Открытом чемпионате США 2020 года, когда, играя в четвертом круге против Пабло Карреньо Бусты, он нечаянно попал мячом в женщину-судью, за что был тут же отстранен от дальнейших соревнований. Злосчастный 2020 год, прошедший под знаком пандемии, из-за которой Новаку тоже досталось: его жестко раскритиковали за проведенный летом на Балканах показательный турнир под открытым небом, организованный с благородной целью – собрать средства для борьбы с ковидом. Как выяснилось, среди участников и персонала оказались носители вируса, заразившие во время матчей и самого сербского теннисиста.

Да, у Джоковича случались падения и опрометчивые решения, был даже проигрыш итальянцу Марко Чеккинато в четвертьфинале «Ролан Гаррос». Но Новак никогда не опускал руки. После неудачного турнира в Париже в том же году он выиграл Уимблдон и еще серию крупнейших турниров. Преданность спорту и дисциплинированность заставляли его каждый раз возвращаться в строй.

Фундамент работы Джоковича на корте заложил его многолетний тренер Мариан Вайда. Он знает Новака лучше, чем кто бы то ни было, он стал его надежным тылом, сопровождая подопечного с момента его первых триумфов. На протяжении карьеры Джокович не раз консультировался у известных спортсменов и приглашал в свою команду: Марк Вудфорд оттачивал с ним игру с лёта, с Тоддом Мартином они работали над подачей, Борис Беккер оказался прекрасным мотиватором. Тренировался Новак и у Горана Иванишевича, с которым у него сразу установились близкие, доверительные отношения: серб и хорват составили отличный тандем. В бурной карьере Горана было всякое – и моменты божественной игры, и срывы, когда он ломал ракетки. Были взлеты и падения: три проигрыша подряд в финале Уимблдонского турнира и долгожданная победа в храме тенниса в 2001 году, когда он взял верх над Пэтом Рафтером в одном из самых захватывающих матчей турнира.

На технические параметры Джоковича так или иначе влиял каждый тренер, каждый член команды. Вплоть до физиотерапевта Мильяма Амановича и фитнес-тренера Марко Паничи. Первостепенную роль в планировании и организации всей работы Новака на корте и за его пределами сыграл незаменимый теннисный агент, итальянец Эдоардо Артальди, он же Додо. Родившийся в 1964 году и выросший в Милане, в юности Артальди подавал большие надежды. Он выиграл юниорский чемпионат Италии в Парме в возрастной категории до восемнадцати лет, победив в финале Симоне Эрколи со счетом 6–4 в третьем сете. Я до сих пор помню этот матч – я сидел тогда на трибуне и следил за игрой, тоже будучи участником чемпионата. Из перспективного юноши Артальди так и не вырос в сильного профессионала, но как организатор реализовался на все сто, обеспечив максимально комфортные условия теннисисту топ-уровня: никаких проблем и прекрасные рекламные контракты. Идеальный вариант для Новака, который мог сосредоточиться на игре и заниматься совершенствованием техники, каждый год добавляя новые элементы.

Лучше всего ему удается удар слева. Теннисист выполняет его двумя руками, плавным движением, блестяще предугадывая действия соперника. Возврат подачи ударом слева можно безоговорочно отнести к самому грозному оружию Джоковича. Никто из его коллег по цеху не отвечает таким бэкхендом на удар соперника, никто не возвращает мяч так, как он.

Стоит отметить, что больше всего усилий Новак приложил к оттачиванию подачи. Когда он только начинал свой путь в профессиональном теннисе, его первый мяч не дотягивал по скорости, а второй часто позволял соперникам контратаковать. Улучшив хват, поработав над разножкой и поворотом плеч, Джокович добился максимально мощной первой подачи, а второму мячу придавал сильное вращение и бо́льшую глубину полета. Ноле не из тех теннисистов, кто делает по двадцать-тридцать эйсов за матч, но процент попадания первой подачи у него один из самых высоких, а крученый второй мяч позволяет с первых минут контролировать темп игры.

Заметно эволюционировал и его удар справа. В первых турнирах Большого шлема форхенд Джоковича не отличался той глубиной, которая позволяла бы навязывать сопернику свою тактику. Опять-таки, работа над хватом и правильным перемещением веса в направлении удара помогла ему заметно улучшить ситуацию. С годами Новак научился подавлять соперников, играя на задней линии: используя в розыгрышах форхенды с разной траекторией, он добивает игроков по ту сторону сетки уничтожающим бэкхендом.

Постоянно развиваясь, сербский теннисист радикально усилил игру с лёта. Серв-энд-воллеи никогда не были его стихией, однако в последние годы он чаще выходит к сетке и свободнее пробивает с лёта, не боясь открывать тыл. С такими техническими навыками и первоклассными физическими данными Джокович мог бы добиться успеха и в легкой атлетике. Его отличает долгосрочная выносливость и быстрота реакции возле сетки, что позволяет надежно контролировать свою половину поля. Наряду с Надалем он лучший защитник в мире – настоящая стена. Триумфы Джоковича и его многолетнее лидерство опираются на безупречную физическую форму – результат многочасовых ежедневных тренировок и соблюдения режима питания, изменившего его жизнь. Такие вещи не происходят случайно.

Федерер и Надаль установили в мужском теннисе свои правила. Затем в игру вступил Ноле. Поначалу он постоянно проигрывал. Но со временем подтянулся до их уровня и заявил о себе как о равном противнике – так началась эпоха трехстороннего соперничества.

«Он великий теннисист, – говорит о Джоковиче Надаль, – он из тех спортсменов, которые делают на поле все возможное. Его огромная победа – стать равным соперником нам с Федерером».

«Думаю, глядя на нас с Надалем, он очень многому научился, – добавляет Федерер. – Он долго оставался третьим номером, а затем совершил невероятный качественный скачок. Все его достижения абсолютно заслужены».

Жаль, что дедушка Владимир больше не увидит триумфов своего Ноле. То время, когда в доме деда они спасались от бомбардировок, наложило серьезный отпечаток на характер теннисиста. Его дедушка умер в 2012 году во время турнира в Монте-Карло. Ноле никогда его не забывает и в конце матча всегда благодарит, посылая поцелуй в небо.

Ноле и сегодня остается самим собой, хотя сумма его призовых превысила уже сто сорок миллионов долларов, не считая рекламных контрактов и доходов от спонсоров.

Социальные проблемы никогда не оставляли его равнодушным. Он жертвовал значительные суммы в помощь пострадавшим от наводнения в Сербии и на устранение последствий пожаров в Австралии. Во время пандемии Джокович направил миллион евро на родину в фонд помощи больным и такую же сумму выделил для области Ломбардия и провинции Бергамо в Италии, которые больше всех пострадали от коронавируса.

Сегодня Джокович, став послом ЮНИСЕФ, продолжает руководить собственным фондом (Фонд Новака Джоковича) вместе с женой Еленой Ристич, которая неизменно сопровождает его на турнирах. Фонд оказывает помощь нуждающимся детям из самых незащищенных семей – таким же, каким и он был в шесть лет. «Я чувствую моральный долг перед людьми, переживающими трудности, – признается Ноле. – Я очень состоятельный человек и рад, что могу поделиться с теми, кому повезло меньше, чем мне».

Экстракласс во всем.