Следующей его позицией стали старые вагоноремонтные мастерские в индустриальной зоне Спартака – поселка в несколько сотен домов между Ясиноватой и Донецком. Эту позицию называли «Блесной», то есть своего рода приманкой для противника – она сильно вдавалась в контролируемую им территорию. Обычно ВСУ атаковали вечером на закате, когда солнце слепило ополченцев.

Рассел пишет в своей книге, что они очень радовались сильному ветру, потому что в такую погоду не работали снайперы и гранатометчики. А дожди были настоящей, посланной свыше удачей, потому что на позиции не хватало воды: всего литр на человека в день для питья.

«Всякий раз, когда шел дождь, мы брали пустые емкости из-под боеприпасов и подставляли их под водосточные трубы или дыры в крыше, чтобы насобирать как можно больше дождевой воды. Две такие коробки воды, нагретой на походном костре, было достаточно, чтобы вымыть тело (одной – вымыться, другой – ополоснуться), да еще можно было и пару носков и нижнее белье постирать», – вспоминал Рассел Бентли.

У Рассела и его товарищей было противотанковое ружье Дегтярева времен Великой Отечественной войны.

Фото предоставлено Людмилой Бентли

На «Блесне» перед его глазами постоянно были наглядные примеры того, ради чего он прибыл воевать в Донбасс. Одной из самых тягостных боевых задач там было не отбивать атаки врага, а патрулировать поселок – осматривать брошенные людьми дома в поиске диверсионных групп противника. В этих домах был особенно виден контраст между жизнью и смертью: вязание старушки, лежащее рядом с ее креслом в комнате, у которой снарядом было снесено полстены, рисунки ребенка, изрешеченные шрапнелью… В какой-то момент жители начали возвращаться в свои дома. Но артиллерия врага обстреляла поселок белым фосфором, разрушив и превратив в пепел 20 процентов домов. После этого гражданские снова уехали.

Рассел прошел курсы гранатометчиков в Ясиноватой. Но РПГ, как ни странно, у них был основным средством поражения не танков и бронемашин, а пехоты врага. Технику вэсэушники держали вне пределов досягаемости гранатометов. Но помимо противотанковых снарядов, которые ополченцы называли «морковками», они стреляют еще рассчитанными на поражение живой силы «карандашами» и термобарическими «поросятами», выжигавшими все живое в радиусе 10 метров от взрыва. И именно снаряды РПГ, взрывавшиеся над окопавшейся в «зеленке», готовившейся к наступлению пехотой врага, были против нее самым эффективным оружием.

Сложностей у гранатометчиков было две. Стрелять можно было далеко не из всех комнат здания, а только из довольно больших, так как пуск ракеты из РПГ сопровождается обратным пламенем. Поэтому нередко приходилось вести огонь с открытых пространств, выскакивая на крышу через дыры, пробитые украинскими снарядами в потолках, или из-за угла здания, для чего из него нужно было выйти. В этих случаях главным было тут же смыться с места стрельбы, потому что на него моментально обрушивался шквальный огонь – гранатометчики были приоритетной целью. Им приходилось постоянно менять позиции.

Братья-блюз. Техас и Поэт вместе воевали, а потом не раз вместе пели

У Рассела и его товарищей помимо РПГ было еще противотанковое ружье Дегтярева времен Великой Отечественной войны с очень длинным стволом. Как ни странно, оно и сегодня является эффективным оружием почти против любой брони, но особенно хорошо в «разбирании» вражеских блиндажей и уничтожении гнезд снайперов, охотиться на которых было очень непросто.

Рассел Бентли описал в своей книге, как его друг, 17-летний юноша из Макеевки, музыкант с позывным Поэт, убил снайпера из ручного пулемета. Поэт обнаружил его ночью в тепловизор и накрыл в момент смены позиции, но перед этим снайпер успел в него шесть раз выстрелить, и каждая пуля пролетала в нескольких сантиметрах от его головы.