ПРИМЕР:

Мама гуляет с сыном, который играет в песочнице. Здесь же развлекается много других малышей. Какой-то карапуз отбирает у сына совочек и начинает им копать. Сын, недолго думая, толкает похитителя и забирает свое имущество. Мама карапуза поднимает крик: «Какой невоспитанный мальчик! И куда родители смотрят?»

Вариант № 1 реакции мамы мальчика

Мама отбирает у сына совочек, отдает карапузу. Шлепает сына по попе и покидает песочницу, краснея от смущения и таща за собой плачущего и упирающегося сына.

Карапуз доволен – у него новый совочек, о котором он забывает через минуту. Мама карапуза довольна – она показала, кто тут главный.

Несчастным, обиженным и растерянным остается сынишка, который так и не понял, почему, забрав свою вещь, он стал виноватым, да еще и наказанным.

Вариант № 2

Мама мальчика предлагает карапузу другой совочек, сама строит ему пару куличиков, и карапуз продолжает мирно играть. А маме карапуза наша героиня поясняет: «Да, мой сын очень не любит, когда у него отбирают ЕГО игрушки, но я с ним обязательно поговорю еще раз ДОМА». В дальнейшую дискуссию мама вдаваться не стала. Не стала учить маму карапуза также внимательно следить за своим ребенком, как и за другими.

Игра продолжается. Мама защитила своего малыша от посягательств чужой женщины и не стала публично воспитывать сына.

Мальчик. полностью погруженный в игру, даже не заметил инцидента. Его чувство психологической безопасности и безмятежности не было нарушено, потому что мама на страже! И это самое важное.

Безопасность является необходимой базой для возможности проявляться и экспериментировать. Так бывает, что безопасность как понятие в семье отсутствует. Историю с тотальной небезопасностью легче представить, конечно, в дисфункциональных семьях.

Из определения дисфункциональной семьи видно, что родителям не обязательно быть только асоциальными личностями: находиться в запое или бить ребенка, чтобы у него уже к году было полностью или частично попрана потребность в безопасности. Вообще не существует исчерпывающего списка того, что может создавать ощущение угрозы у малыша. Но очевидно, что на это «работают»: постоянный стресс, усталость, безразличие, исключительно функциональный подход матери к ребенку: «лишь бы сыт, обут и одет, все остальное не важно».

Наиважнейшим для ребенка, наряду с едой и питьем, является внимание матери, ее отклик на призывы, иначе ему страшно и одиноко. Даже если мама рядом, но не обращает внимание на малыша, не играет с ним, не разговаривает.

Мы много говорим о безопасности. Давайте более детально разберем, что представляет собой психологическое новообразование «Я в безопасности». Как годовалый малыш может это ощущать и как ведет себя, если потребность в безопасности закрыта?

Благоприятная ситуация в семье создается, когда мама любящая, принимающая, чуткая, спокойная и всегда рядом с малышом, тогда годовалый карапуз – это самый настоящий «хвостик».

Прошло то время, когда он лежал в кроватке и кряхтением или плачем звал маму. С момента активного ползания и, уж тем более, с началом прямохождения он – «мамина тень»: куда мама, туда и он. Почему так происходит? Потому что малыш может расслабиться только тогда, когда мама рядом. Ребенок на физическом уровне ощущает, что он под защитой, ему ничего не угрожает, пока мама рядом.

Малыш инстинктивно чувствует, что в стремительно меняющемся мире опора у него одна – мама и ее любовь, поэтому ребенок требует, чтобы мама была рядом: капризами, криками, тянущимися к ней ручками, а иногда и кулачком «ка-а-а-к даст», что мама не слушается!

Что бы ни делал ребенок, куда бы ни убегал, в норме он всегда хоть по взгляду, хоть интуитивно может оценить близость мамы, чтобы понять по ее реакции и состоянию – можно исследовать это пространство или нет.

Зная это, важно и маме на какое-то время стать тенью малыша: не тянуть его в свою сторону, но предоставить свободу, походить за ним, подождать его, если ребенок задержался у лужи, букашки или птички.

Ребенок с закрытой потребностью в безопасности живет с ощущением «можно делать то, что интересно». При развитом контакте между малышом и мамой сам малыш по рефлекторно сжавшейся ладони мамы, когда они проходят мимо большого черного песика, понимает: «Осторожно, здесь надо держаться к маме поближе».

В дальнейшем установившийся контакт с родителем помогает не только маме понимать малыша с полуслова, но и малышу по взгляду и мимике мамы узнавать ее настроение и не лезть туда, на что мама «ответила», сдвинув брови или погрозив пальцем.

Бывает так, что мама и заботливая, и понимающая, но очень тревожная. Тогда с обеспечением безопасности ребенка, скорее всего, случится перекос. Оберегая ребенка постоянными предостережениями, запретами, «охами» и «ахами», такая мама, осознанно или нет, транслирует ребенку, что мир опасен. А с этим посылом дополнительно будет транслироваться и следующий: «Ты сам с ним не справишься».

Как может реагировать ребенок на такие установки?

• Послушаться и сдаться, отказавшись от исследований и попыток делать самостоятельно и по-своему.

• Воевать, отстаивать свое «хочу», перенаправляя на эту борьбу внимание, силы, энергетические ресурсы, вместо того, чтобы развиваться.

Противоречивые сигналы. Например, папа в семье отстаивает право ребенка на свободу, на эксперименты: «пусть пробует сам», а мама и бабушка осторожничают. Что тогда изобретает психика ребенка при условии, что познавательный интерес у малыша силен? Малыш быстро смекает, что с мамой лучше никуда не залезать, а вот если она не видит, то можно. Но уж если он гуляет с папой, тут держите меня семеро, оторвемся по полной! И это не фантастика, годовалый малыш отлично соображает!

Если в семье именно такая картина, происходит тот самый феномен, в котором малыш убегает от мамы, потому что без нее начинается самое интересное. Ситуация чревата опасностями для ребенка, например, мама отвернулась, а малыш:

• тянется ее шпилькой от волос к розетке;

• дергает кота за хвост и получает лапой с когтями по лицу;

• втихаря жует стиральный порошок;

• взбирается по дивану или по мебельной стенке за запретной фигуркой на верхней полке.

Это, конечно, может быть поводом для шуток: «Тишина в детской – родительский кошмар и сигнал бедствия», но формирование подобного паттерна угрожает безопасности ребенка, который между безопасностью (что сказала мама) и естественным зовом природы к познанию мира выберет второе.

Границы в кризис одного года

Именно в возрасте одного года, когда ребенок делает первые самостоятельные шаги от мамы, зарождаются предпосылки для его физического и психологического отделения от родителей. Окончательная сепарация в норме происходит, когда взрослый сын или дочь заканчивают школу и готовятся к самостоятельной жизни вне родительской семьи, но впервые эта тема начинает подниматься в кризис одного года.

Тема сепарации, помимо важности отделения личности малыша от личности мамы, несет и значения для самоидентификации ребенка:

• физической: моя ручка, моя ножка, моя игрушка, моя кровать;

• психологической и эмоциональной: мое желание, мои чувства, мои потребности.

Уже в возрасте одного года важно формировать здоровое отношение к границам у ребенка:

• наводить порядок в вещах малыша вместе с ним;

• не торопиться отдавать его игрушки, даже если он об этом не знает;

• объяснять и свои границы, ведь он учится именно через маму и с радостью ее копирует.

Границы для ребенка важно обозначать (иначе как ребенок вообще о них узнает), соблюдать, не нарушать и учить не нарушать ребенка ваши границы, насколько это возможно в его возрасте, например, ходить в одиночестве в туалет, принимать ванну, спокойно выпить чай или кофе.

Важно помнить золотое правило: как только родители что-то запрещают без объяснения причин, наглядно не демонстрируют последствия, это создает и фиксирует интерес на запретном предмете, месте, действии. Это заставляет родителей тратить много энергии на повторение запрета, на то, чтобы отгонять ребенка от острых предметов, розеток, скользкого мокрого пола и т. п.

Не рекомендуется выдавать «нельзя» впустую, раскидываться ими направо и налево. Стоит беречь запреты только для действительно опасных для жизни вещей и мест.

Если ребенок часто нарушает «нельзя» и за этим не следуют разумные санкции родителей, то и сила предостережения теряется. Вместе с ней ребенок теряет и ощущение родительской любви и заботы, которые зашиты в «нельзя» как «ты мне дорог, это действительно опасно, не делай это, я боюсь тебя потерять». Отсутствие контакта с родителем может ослабить и инстинкт самосохранения. Годовалому малышу ВСЕ интересно, и отсутствие контроля несет опасность неконтролируемых последствий его экспериментов.

В остальном вы учите ребенка пользоваться предметами, делаете это вместе, подстраховываете, находитесь рядом. Ошибки и синяки с разбитыми носами все равно будут, и даже пальцы каждый ребенок просто обязан прищемить хоть разок. Задача родителя – не избегать негативный и даже больной опыт, а учить с подобными ударами судьбы справляться или, как минимум, предусматривать, где это возможно.

А еще безопасность подразумевает предсказуемость. У маленьких детей нет чувства времени, у них есть только настоящее, остальное им пока невозможно даже представить. Объяснить время можно только через действия, используя порядок, в котором ребенок уже привык их выполнять. Например, малышу можно объяснить, когда же вы пойдете с ним в любимую игровую комнату, примерно так: «Сейчас пообедаем, потом ты поспишь, проснешься, мы соберемся и поедем в игровую». При этом в последовательность включаем именно знакомые и понятные малышу действия. Не «папа поработает», «мама доделает статью», а на языке жизнедеятельности ребенка, тогда это будет эффективно.

Конечно, в стремительном мире развития малыша предсказуемость его жизни – это островок определенности. Дети успокаиваются, им нравится, когда все понятно и ясно, предсказуемо.

Приверженность режиму дня делает из малышей консерваторов. Фундаментальные изменения, даже положительные, например, отдых, могут стать стрессом.

Понимая это, мама и папа поддерживают ребенка, готовы к новому поведению, например, несогласию, истерикам. Родителям самим должно хватать сил и терпения на обеспечение комфорта и безопасности и детского, и собственного. Иногда приятно взять и сорваться самим или с друзьями в туристическую поездку, в походы, которые нарушают устоявшийся режим дня. Но и ожидания родителей от поведения ребенка должны быть реалистичными, приняты в расчет его возможные реакции, поведение и самочувствие.

Физическое воздействие нарушает безопасность ребенка. Причем агрессор – это родитель, то есть человек, который является для психики ребенка единственным гарантом защиты. Применение к ребенку насилия со стороны родителей зарождает в нем болезненный разрушающий внутриличностный конфликт. С такими переживаниями психика ребенка самостоятельно справиться не может, и как бы застревает в ситуации, замораживается.

Для дальнейшей жизни ребенок вынесет установку, что близкие отношения и опасность одновременно – это норма. Выросший человек будет иметь парадоксальный рецепт счастливых отношений: чтобы чувствовать себя нормально, т. е. привычно, надо быть в опасности, видеть ее, ощущать.

Если уж так случилось, что где-то родитель вспылил, не смог сдержаться и отвесил ребенку оплеуху, важно извиниться, объяснить свое поведение и разобрать ситуацию. Это поможет ее прожить как неприятный, но посильный опыт. Конечно, речь не идет о том, чтобы допускать подобные вспышки и извинения постоянно, делать нормой жизни и отношений с ребенком.

Другой частой ошибкой в общении с малышами можно назвать повышение голоса на ребенка: крики, обвинения, обзывания, проклятия в его адрес. Молодые родители могут искренне верить, что ребенок специально их выводит, но в действительности он или пытается закрыть уже сформированный дефицит внимания и любви, или не справляется с нагрузкой, темпом жизни, требованиями к себе со стороны родителей. Все, что ребенок вынесет из криков мамы, это понимание, что взрослый слаб и не устойчив, он с собой не справляется.

Как это влияет на ощущение безопасности ребенка? Подрывает ее! Ведь слабый родитель не может защищать даже себя, что говорить о ребенке! Ребенок научается включаться в крик на равных и манипулировать родителями, в дальнейшем действительно провоцируя их на сильные эмоции (особенно, если без этого родитель эмоции не проявляет), чтобы получить хоть такую реакцию на себя и свои запросы.

Если психологическое новообразование «Потребность в безопасности» не сформировано, то последствия для взрослого следующие:

• Живет в тревоге за настоящее и будущее. Он не может себе позволить делать то, что нравится, ведь тогда он обязательно потеряет работу, не сможет оплачивать кредит, потеряет квартиру. У человека много неосознаваемых страхов. Вся его активность, достижения, мечты и устремления направлены на то, чтобы гарантировать себе стабильную, понятную и безопасную жизнь.

• Не может мечтать, искать себя, пробовать разные направления деятельности, ведь это небезопасно, нет гарантии, что получится, а значит он будет неудачником, никчемным человеком.

• Жизнь воспринимается как тяжелая ноша, в которой нет места радости, свободы творчества и проявления.

Если сформировано:

• Человек живет активно, ищет себя, проявляется, занимается саморазвитием.

• Приоритетами является интерес, азарт, радость от встречи с новым.

• Человек реализует себя в разных сферах, пробует, экспериментирует, словом, живет на полную катушку, не оглядываясь, не ожидая подвоха от жизни и одобрения окружающих.

Возможные откаты в развитии, т. е. ребенок возвращается на более ранние стадии поведения и умений.

Если к году малыш живет в окружении слишком жестких, категоричных и многочисленных запретов, если у него не удовлетворена потребность в безопасности и не сформировано базовое доверие к миру, ребенок может отказываться ходить самостоятельно. Он будет всячески цепляться за ручку или только ползать слишком долго, не переходя к следующей стадии.

В случае резкого, грубого изымания у ребенка соски он может переключиться на палец, тянуть все в рот, чтобы пососать и так включить механизм успокоения. Важно повторить, что соска – не зло. Если вы сами ее дали ребенку в раннем возрасте, то теперь важно помочь ему научиться жить без нее, но постепенно и бережно для чувств малыша.

Также болезни могут останавливать активное освоение ребенком новых навыков и возвращать его «на ручки», но это нормально. Ребенок теряет много сил и ему важно напитаться теплом и любовью мамы.

Подводя итог по кризису одного года жизни, вернемся к ТРЕУГОЛЬНИКУ РОДИТЕЛЬСТВА.

Если потребности ребенка в контакте, безопасности, самостоятельности (сепарации) и проявлении себя удовлетворяются, то:

РОДИТЕЛИ:

• высвобождают свое время от постоянного контроля над ребенком, при этом всегда находясь рядом. Они готовы прийти на помощь, если этого требует ситуация или вопросы безопасности ребенка;

• получают удовольствие от родительства, открывая для себя уникальные стороны личности ребенка. Например, «мой малыш любит необычные игрушки», «мой сын обожает большую строительную технику», «моя дочь приходит в восторг от птиц, она часами может за ними наблюдать»;

• учатся у ребенка нешаблонно смотреть на вещи, открывая для себя новые грани привычный вещей. Разрешая ребенку экспериментировать и искать варианты, сам родитель учится у малыша настойчивости, вовлеченности, активности в достижении целей.

РЕБЕНОК:

• исследует мир с любопытством и увлечением, он смелый, открыт к новому;

• имеет представление об опасном и неопасном, в меру своих возможностей предпочитает безопасные игры, пространства и способы действия с предметами;

• закрывает базовые потребности и формирует здоровые установки: «меня видят», «меня понимают», «мир такой интересный и безопасный», «мне можно пробовать разное», «я могу делать то, что мне нравится, и меня ждет поддержка и похвала»;

• готов пробовать и добиваться своего, проявляет настойчивость в удовлетворении своих потребностей.

СОЦИУМ получает:

• психологически здорового маленького члена общества, который открыт к общению и любознателен, уникален и смело креативит, исследуя окружающее пространство;

• целеустремленного и настойчивого малыша, который ищет разные способы получения желаемого, радуется самостоятельности.