Следующая наша остановка – спустя 500 лет. Почему? Между II и VII веками Европа переживала глубокие изменения, которые затруднили развитие научных и медицинских знаний. Период относительной стабильности Римской империи во II веке резко сменился политической нестабильностью и культурным упадком, вызванным внутренними кризисами, варварскими нашествиями и распадом империи. Эти события существенно ограничили развитие медицины, и без того бывшей в зачаточном состоянии. После смерти Галена в 216 году Римская империя вступила в период кризисов. Не то чтобы эти события были связаны. Просто по-своему великий доктор родился на пике величия Римской империи, которое – так уж вышло – после этого пика пошло по наклонной.

В III веке начались Гражданские войны, экономические кризисы и нашествия германских племен. К IV веку началась христианизация империи, что сильно изменило культурный ландшафт. Император Константин сделал христианство официальной религией, что не только оказало влияние на философские и религиозные вопросы, но и повлияло на восприятие медицины. Языческие медицинские практики начали вытесняться, а христианская вера во многом сместила акцент на исцеление через молитвы, чем через научные исследования.

Ключевым событием стало падение Западной Римской империи в 476 году. Этот процесс был долгим и сопровождался варварскими нашествиями и утратой структурированных знаний. Варварские королевства, появившиеся на месте Западной империи, не имели развитой системы обучения и научной инфраструктуры. Медицинская традиция в Западной Европе была прервана, и врачи, которые жили в этот период, не могли не то что превзойти или пересмотреть, но даже повторить достижения Галена. Например, такие фигуры, как Марцелл из Бордо (IV век) и Кассий Феликс (V век), хоть и известны как медики, внесли сравнительно скромный вклад в медицину. Их работы были главным образом компиляциями уже известных методов лечения и не привели к значительным открытиям.

На востоке, в Византийской империи, медицинские знания сохранялись, хотя и не развивались столь динамично. Например, Орибасий (IV век), придворный врач императора Юлиана, активно занимался сохранением и систематизацией трудов Галена, но его работа была в основном компиляционной. Орибасий сделал важные сборники медицинских знаний, но они не включали значимых нововведений. То же можно сказать об Александре Траллийском (VI век), который собрал в своих трактатах многие элементы древнегреческой и римской медицины, но не предложил радикально новых методов или теорий. А только между этими двумя почти 200 лет, и все были очень заняты другими делами, помимо науки. В основном войнами.

После длительного периода стагнации медицина начала постепенно возрождаться только к VII веку, когда Византия снова стала центром медицинской и научной мысли. Между Галеном и первыми позитивными научными изменениями в Европе пройдет 1000 лет (если точнее, 1294 года между смертью Галена и рождением одного из первых адекватных анатомов – Паре), и имен и фамилий, как и бесконечных книг, там предостаточно. Многие ученые своих трудов написали под сотню и еще столько же перевели античных источников. А еще был очень популярный метод – прочитать труды двух школ и попробовать объединить. Иногда рецепты лекарств просто суммировались, иногда через «если не помогло, то…». Копаться в этом можно столько же лет, сколько его писали, если не больше. Так что давайте для начала посмотрим, где нам бы следовало остановиться. Отмерим, так сказать, горизонт событий. А остановить наши исследования антинаучности могут всего четыре ученых мужа:

Амбруаз Паре (Ambroise Paré, 1510–1590). Французский хирург, по праву считается основателем современной хирургии. Он ввел в практику перевязку артерий вместо применения раскаленного железа для остановки кровотечений.

Андреас Везалий (Andreas Vesalius, 1514–1564). Один из основателей современной анатомии (в ее реальном представлении). Его работа De Humani Corporis Fabrica произвела революцию в понимании строения человеческого тела.

Уильям Гарвей (William Harvey, 1578–1657). Английский врач, открыл кровообращение. Его труды заложили основы физиологии кровеносной системы.

Герман Бурхааве (Herman Boerhaave, 1668–1738). Нидерландский врач, один из основателей клинической медицины и профессор Лейденского университета. Развил теорию медицины на основе клинического опыта.

Здорово, да? Прямо четыре всадника Апокалипсиса гиппократовского мира. Реальная анатомия, клинический опыт, физиология кровеносной системы и нормальная травматология. И этого хватило, чтобы начать заново историю медицины. Что и нам всем следовало бы сделать вместо почитания античных «отцов медицины». Но пространство между ними и Галеном плотно заполнено «древними учеными» и «византийскими медиками». Многие из этих «деятелей науки» написали настолько мощные компиляционные труды, что еще на 1000 лет притормозили собравшийся было случиться прогресс. Один Орибазий (Oribasius, 325–403) чего стоит.

Орибазий был византийским врачом, служившим при дворе императора Юлиана, и одним из самых известных медиков своего времени. Он составил ОГРОМНЫЙ энциклопедический труд – «Сборник медицинских знаний» (Collectiones Medicae), в котором систематизировал медицинские знания своего времени, основываясь на работах Галена и других античных авторов. Этот труд, состоящий из 70 книг, стал источником знаний для последующих поколений врачей. Благодаря работе Орибазия медицинские знания античности были сохранены и переданы будущим поколениям, особенно в Византии. Что особенно нас не интересует, так как мы уже получили представление о тех знаниях, которые он там передал.

Или вот Аэций Амидийский (Aetius of Amida, VI век н. э.). Аэций был византийским врачом, который работал при дворе императоров Юстиниана I и Юстина II. Он составил медицинский трактат, известный как Tetrabiblos, или «Собиратель книг», где изложил обширные медицинские знания своего времени. Его работы включают разделы, посвященные хирургии, офтальмологии, гинекологии и акушерству. Но Аэций Амидийский тоже не был первооткрывателем большинства медицинских концепций, изложенных в «Собирателе книг». Он, скорее, выступил в роли компилятора и систематизатора знаний, этакий библиотекарь со своей библиотекой. Его работа представляла собой сборник медицинских знаний, взятых из трудов предыдущих врачей, таких как Гиппократ, Гален, Диоскорид, и других древнегреческих, римских и византийских врачей, а также предыдущих авторов-компиляторов, собранных в одном издании, с их комментариями, расширенными и доработанными уже им самим.

Поэтому вместо того, чтобы изучать компиляторов, составителей и собирателей, которые только дополняли античность, мы возьмем деятельность трех европейских средневековых хирургов, которые внесли разнообразие в этот густой мир безумия, и их труды, показавшиеся мне интересными. Это не значит, что они подобны Гиппократу в его фантазии и философском полете мысли, нет. Но они системны и представляют свое время. Все три являются ярчайшими личностями в истории медицины, благодаря не только своим компиляциям, но и интересным выводам. Почти всегда не самые удачные. Вот они, встречайте:

Пауль из Эгины (Paulus Aegineta, VII век н. э.) – один из важнейших хирургов своего времени. Его трактат» Epitome of Medicine, особенно седьмая книга, подробно описывает хирургические процедуры, такие как ампутации и лечение абсцессов. Пауль ввел новые методы лечения ран и разработал первые техники остановки кровотечений с использованием перевязок. Его труд стал основой для хирургии в арабском мире, а также в Европе вплоть до Средневековья.

Роджер из Салерно (Roger of Salerno, около 1140–1195) – разработал комплекс хирургических методик, которые объединил в трактате Practica Chirurgiae. Важной частью его достижений стало внедрение новых методов лечения переломов и ран, а также создание первой хирургической школы в Европе. Методы включали использование хирургических инструментов и перевязочных материалов для улучшения заживления ран.

Ги де Шолиак (Guy de Chauliac, около 1300–1368) – считается отцом французской хирургии. Его основной труд Chirurgia Magna стал одним из наиболее значимых медицинских трактатов своего времени, охватывающим широкий спектр хирургических вмешательств, включая трепанацию черепа, лечение переломов и ампутации. Ги де Шолиак также усовершенствовал методы лечения ран и их заживления, а его труды использовались в медицинских школах Европы на протяжении нескольких веков.

Когда я говорю «ввел новые методы» или «усовершенствовал», я вовсе не имею в виду какую-либо положительную практику – просто новый метод. Иногда эти новые методы были опаснее старых. Иногда – одинаково.

Европейская медицина

Почему именно хирурги? Современная медицина в значительной степени выросла из практики хирургии, которая, в отличие от теоретической медицины, требовала прямого физического взаимодействия с человеческим телом. Именно через практические анатомические исследования и операции хирурги с XI по XVI век постепенно выработали принципы, которые легли в основу медицинской науки. Хирургия была невероятно практичной наукой: она давала мгновенные результаты – если ты что-то отрезал или зашил, это либо помогло, либо нет. Прямое взаимодействие с телом стало ключом к пониманию человеческой анатомии и патологии. В отличие от фармакологии, где без химии – гадать да гадать. Или от инфекционных болезней – где тоже, собственно, еще гадать да гадать.

Когда Римская империя пала, медицинские знания Галена были утрачены для Западной Европы, но сохранились в Византии и арабском мире. В XI–XII веках через Салернскую медицинскую школу и переводы арабских трудов Европа снова познакомилась с греками и римлянами, в том числе с Галеном. В этот период практическая хирургия переживала бурное развитие, отчасти благодаря таким людям, как Роджер из Салерно и его ученики. Роджер, как и многие врачи в Средневековье, полагался на свои исключительно хирургические навыки, так как внутренняя медицина была ограничена теориями о гуморах, которые помогали лишь в редких случаях Несмотря на примитивные инструменты и отсутствие знаний об инфекциях, средневековые медики активно практиковались в травматологии и лечении ран.