Назавтра Филип Фельтрэм снова сел в лодку и поплыл на другой берег озера. Сэр Бейл, заметив на воде парус, догадался, куда направляется секретарь, и следил за ним с величайшим интересом вплоть до той минуты, когда лодка причалила к полусгнившему причалу, представлявшему собой единственное пригодное для высадки место в Фельтрэмском ущелье. Филип спустил парус. Баронет был доволен: Фельтрэм послушался его и в самом деле поехал разыскивать «колдуна», чтобы узнать у него прогнозы будущих скачек.

Под вечер Фельтрэм вернулся и зашел в библиотеку к сэру Бейлу. Хозяин Мардайкс-Холла обрадовался его прибытию куда больше, чем сам готов был признать.

Филип Фельтрэм не только не стал притворяться, будто не замечает нетерпения сэра Бейла, но и, напротив, постарался его удовлетворить и напрямик приступил к делу.

– Сегодня я почти весь день пробыл в Клустеддском лесу. Застал нашего старичка в бешенстве. Он даже не предложил мне выпить. Он злится оттого, что вы не дали себе труда переправиться через озеро и лично поговорить с ним. Он взял деньги, что вы прислали, пересчитал и сунул в карман, при этом ругал вас последними словами. Но я постарался успокоить его, и в конце концов старик заговорил более разумно.

– Что же он сказал?

– Сказал, что рано или поздно имение Мардайксов перейдет в руки одного из членов семейства Фельтрэм.

– Не мог придумать ничего правдоподобнее, – проворчал сэр Бейл. – А что еще?

– Сказал, что на скачках в Лэнгтон-Ли победит Серебряный Колокольчик.

– А другие имена назвал?

– Больше никаких.

– Серебряный Колокольчик? В это поверить проще, чем в прошлое его предсказание. Серебряный Колокольчик стоит в списке претендентов довольно высоко. На него будут ставить многие, и ставки будут высоки. Пожалуй, я тоже поставлю на Серебряного Колокольчика.

По правде говоря, с той минуты, как сэр Бейл услышал предсказание, ему и в голову не приходило ставить на какую-нибудь другую лошадь. На этот раз он решил не ограничиваться полумерами. Ему нужно сорвать крупный куш.

На скачках сэр Бейл был в ударе. Он уверенно делал огромные ставки, не опасаясь за исход. Имение Мардайкс-Холл все-таки пока что приносило неплохой доход, а фамилия Мардайкс пользовалась в графстве большим почетом. Все его ставки охотно принимались, и вскоре – таков уж ненасытный азарт игрока – сэр Бейл поставил на своего фаворита двадцать тысяч фунтов, рассчитывая выиграть семь тысяч.

Однако он не выиграл. Он проиграл все свои двадцать тысяч фунтов до последнего гроша.

Теперь над имением Мардайкс-Холл нависла нешуточная угроза. Раздавая направо и налево долговые расписки, сэр Бейл вернулся в поместье на грани безумия.

Как и в прошлое, куда более счастливое, возвращение домой, Фельтрэм поджидал его на парадном крыльце Мардайкс-Холла. Под лучами заходящего солнца его сухощавая фигура отбрасывала длинную тень, конец которой терялся в водах озера. Секретарь встретил хозяина холодным смешком.

Сэр Бейл слишком глубоко погрузился в отчаяние, чтобы ответить на непочтительный смешок со своей привычной яростью.

Он бросил на Фельтрэма свирепый взгляд и спешился.

– В прошлый раз вы не поверили старику, а нынче он не верит вам. Он сердит, потому и солгал.

– Он тут ни при чем. Я и без него поставил бы на эту чертову лошадь, – скрипнул зубами сэр Бейл. – Ну и колдуна вы откопали! По крайней мере одно из его предсказаний может сбыться. Существуй на свете хоть один богатый Фельтрэм, он мог бы сейчас выкупить мое имение. Но, слава богу, все Фельтрэмы – нищие. Да и ваш колдун тоже.

– Он может и исправиться, если исправитесь вы.

– Исправиться! На что способен этот мерзкий самозванец? Черт возьми, мне уже ничто не поможет.

– Не торопитесь, – заметил Фельтрэм. – Будьте вежливы. Порадуйте старичка. Он все уладит. Когда с ним ладят, он незлобив. Почему бы не послушаться его? Мне казалось, вы на грани разорения. Что вам терять? Отправляйтесь к нему в гости тем путем, каким он велит, и поговорите по душам.

– Поговорить по душам? С кем? С проходимцем, который даже удачу толком предсказать не может? С какой стати я опять должен забивать себе голову его бреднями?

– Никто не любит, когда ему перечат, ни молодой, ни старый. Зачем спорить с чудаком? Если вы не отправитесь тем путем, каким он указал, вы его не найдете.

– Если ему приспичило, пусть ждет хоть до Судного дня. Я и не подумаю пускаться в лодке по этим водам, – отрезал сэр Бейл.

Но когда на сэра Бейла обрушилась лавина посланий от кредиторов с напоминаниями об уплате долга и над поместьем нависла реальная угроза перехода в чужие руки, решимость баронета поколебалась.

– Послушайте, Фельтрэм, ну какая ему разница, приплыву ли я по озеру или прискачу верхом через Клустеддский лес?

Фельтрэм мрачно улыбнулся и ответил:

– Не знаю. А вы?

– Я тоже не знаю – откуда мне знать? И какая наглость – указывать мне, что делать! Смех да и только! Да он и предсказывать-то не умеет. Не считаете же вы, Фельтрэм, будто он и впрямь пророк?

– Еще как умеет. Он умышленно надул вас. Ему нравится наказывать тех, кто ослушается его воли. Кроме того, он действует не по дурному умыслу – у всех его поступков есть очевидная подоплека. Как видите, он принуждает вас отправиться на поиски, и, когда вы его послушаетесь, думаю, он вас выручит. Он сам сказал, что выручит.

– Значит, вы с ним виделись?

– Виделся. Вчера. Он решил поднажать на вас, но хочет вам помочь.

– Если он хочет мне помочь, пусть имеет в виду, что мне нужен банкир, а не провидец. Пусть одолжит мне деньжат, как в прошлый раз.

– Такая мысль придется ему не по душе. Если он берется помочь человеку, то проводит его через все невзгоды.

– Скоро скачки в Байермере – я должен на них отыграться. Но до них еще месяц; что же мне делать до тех пор? Как бы вы поступили на моем месте?

– Каждый должен сам решать за себя. К счастью, я не на вашем месте, – отрезал Фельтрэм.

Сэр Бейл не знал, куда деваться: кредиторы наседали. К тому же цены на землю начали катастрофически падать, и, чтобы рассчитаться с долгами, пришлось бы продать чуть ли не все поместье.

– Вот что я скажу кредиторам: я продаю землю. В одночасье такие дела не делаются. Продам, мол, достаточно, чтобы уплатить им всем хоть дважды. Порядочные люди имеют обыкновение ждать, пока должник продаст свои владения. Будь они все прокляты! Или им нужен мой труп? Почему они не могут оставить меня в покое хоть на пять минут?

Кончилось тем, что не прошло и недели, как сэр Бейл скрепя сердце заявил Фельтрэму, что в угоду проклятому колдуну готов отправиться через озеро в лодке. «Пусть я утону, теперь уж все равно».

Стоял прекрасный осенний день. Яркое солнце заливало окрестности мягким теплым светом, глубокая синева озера сверкала золотыми бликами. На подернутых туманом склонах гор отчетливо вырисовывался каждый утес, каждая скала, каждая зеленая рощица.

Накануне вечером сэр Бейл почувствовал себя плохо и послал за доктором Торви. Но тот уехал к больному в далекое селение и прибыл лишь утром, как нельзя более некстати. Он встретил сэра Бейла на пороге Мардайкс-Холла и перебросился с ним парой слов во дворе, ибо баронет не пожелал возвращаться.

– Что вам сказать, – молвил доктор, второпях осмотрев пациента. – Все, что я могу посоветовать, – это не вставать с постели. Даже не думайте о таких безумных выходках, как дальнее путешествие. У вас пульс сто десять; если вы отправитесь в лодке через озеро и станете бродить по Клустеддскому лесу, то начнете бредить.

Сэр Бейл извиняющимся тоном произнес, что постарается не переутомляться, что свежий воздух пойдет ему на пользу и что ему все равно не избежать этой прогулки. Можно подумать, что здоровье баронета больше волновало доктора, чем его самого. На том они и расстались.

Сэр Бейл уселся в лодке рядом с Фельтрэмом. Они подняли парус и, поймав легкий бриз, дувший со стороны Голден-Фрайерса, отчалили от пристани Мардайкс-Холла. Богатое приключениями плавание началось.