В завершение скажем еще об одной интерпретации теории Гайи, которую предлагает гонконгский философ Юк Хуэй. Он связывает Гайю с концепцией искусственной Земли и в своей книге «Рекурсивность и контингентность» исследует, как антропоцен производит эту искусственную Землю, демонстрируя переход от геофилософии к кибернетике. Эта идея основывается на переосмыслении Земли: вместо живого организма ее рассматривают как механизм.

Для понимания связи между геологией и антропоценом Юк Хуэй возвращается к трудам Джеймса Хаттона, основателя современной геологии. Хаттон, как мы уже говорили, ввел концепцию «глубинного времени» (deep time), которая радикально изменила представление о возрасте Земли и геологических процессах. До него Землю считали молодой: по библейским расчетам, ее возраст не превышал 6000 лет (этот сюжет подробно описан в лекции 3). Важно то, что примерно одновременно с его открытиями начинается промышленная революция. В это же время шотландский изобретатель и инженер Джеймс Уатт улучшает паровой насос Ньюкомена, позволявший осушать шахты. Это изобретение дало людям возможность управлять природными процессами и добывать полезные ископаемые, невзирая на погоду. И вот момент «совпадения», который описывает Юк Хуэй: между Уаттом и Хаттоном была переписка. То есть между человеком, который, скажем так, был одним из катализаторов антропоцена, и человеком, который радикально поменял взгляд на Землю, случилась коммуникация – причем говорили они об усовершенствовании парового двигателя.

Вот что писал Хаттон:

Я получил письмо от Уатта – он заставил свое занятное колесо крутиться. Оно работает на пару и движется равномерно, давая значительную мощность. Короче говоря, я считаю, что это изобретение будет иметь успех, хотя совершенствование поршневого двигателя мне кажется более полезным[202].

Связь между Хаттоном и Уаттом для Юка Хуэя иллюстрирует переход от восприятия Земли как организма к ее осмыслению как механизма. Землю начинают понимать как двигатель, функционирующий на процессах нагревания и охлаждения (что перекликается с моделью маргариткового мира Лавлока, где центральную роль играет тепловой баланс).

Для Юка Хуэя важно, что Хаттон воспринимал Землю не только как природное явление, но и как механизм, интегрированный в технологическую эпоху. Антропоцен, начавшийся с промышленной революции, открывает этот новый период: Земля становится не только объектом изучения, но и артефактом, создаваемым технологической деятельностью человека. Так мы переходим от геофилософии, осмысляющей Землю как субъект, к кибернетике, которая представляет ее как систему, подвластную искусственным процессам.