Прошло две недели, с тех пор как Алекс вернулся из Канкуна. Несмотря на то что он уже перевёз половину своих вещей, он по-прежнему жил с Алиной и сыном.
Он где-то пропадал днями, и Алина как-то забывалась, кое-как жила, но Алекс появлялся вечером, и она опять опускалась в варево безнадёжных мыслей и чувств.
Он же как ни в чём не бывало включал телевизор, шарил в холодильнике, работал за компьютером. Алину он просто игнорировал – она вызывала у него ровно столько эмоций, сколько может вызывать шифоньер. Это было невыносимо.
Наконец она не выдержала.
– Хватит уже жить на два дома! Так не может продолжаться – мы должны прийти к какому-то решению!
– Хорошо. Давай обойдёмся без развода, я буду вас обеспечивать, будем дружить и сможем избежать этой нервотрёпки с адвокатами и походами в суд. Как думаешь?
– То есть будем женаты, но жить каждый своей жизнью?
– По факту да.
– И зачем это мне?
Он раздражённо ответил:
– Какая тебе разница? Ты будешь иметь всё, что желаешь, – хочешь, уборщицу, хочешь, кухарку… Шмотки какие пожелаешь… Зачем тебе эта легальная волокита?
– Мне нужно понимать, что я начала новую жизнь.
– Начни её! Но не с развода – это же просто формальность! Понятно, что я никак не буду ограничивать твою свободу.
Алина вдруг почти физически ощутила, что не в состоянии терпеть этого человека рядом с собой ни одного лишнего дня. Он был как нарост, как опасная опухоль, от которой нужно было немедленно избавиться.
– Я хочу развестись, Алекс.
Это упрямство жены было совсем некстати. Алина не знала, что Алекс не мог переехать в новый дом, так как ипотека ещё не была закрыта, а Тереза внезапно перестала отвечать на его звонки. Ему некуда было идти. Но Алину это мало интересовало.
И однажды она взорвалась:
– Почему ты ещё здесь?
– А что ты от меня хочешь? Это тоже мой дом!
– Меня это не интересует! Мне нужно начинать жить свою жизнь! Я не могу тебя здесь больше видеть! Мне всё равно куда – уходи к своей любовнице, езжай в Биг-Бэр, снимай отель – куда угодно!
Она вытащила чемодан и, пока Никита был в школе, закидала туда оставшиеся вещи мужа.