«As the dust flies, watch it burn
Пока летит пыль, смотри, как она горит.
Don’t waste time on a feelin’
Не трать время на переживания.
Use your passion, no return
Используй свою страсть и не возвращайся»
Говорят, что у каждого человека есть корни. Мои давно сгнили и отвалились во влажной земле Сиэтла. Алана – мой волшебный эликсир, ради нее я готов пустить новые. Она утолила мою жажду, приняв моего зверя. Да, я чувствую это. Алана может до исступления отрицать, что она против моей хищной натуры, но разве ей не сносит крышу осознание власти надо мной? Мы оба понимаем, что правила игры изменились. Алана подчинила меня своей сумасшедшей потребностью быть жертвой. Мы зависимы друг от друга, сгораем вместе дотла. Наша с ангелочком встреча – настоящее везение, один шанс на миллиард, и я не намерен ее терять.
После страстного секса в машине, когда я позволил Алане оседлать меня, она моментально вырубается. Я привожу ее к дому, заботливо заношу в квартиру и укладываю на кровать. Я сам валюсь с ног от усталости и готов заснуть рядом со своей сладкой девочкой, чтобы через несколько часов снова засадить в нее член и услышать нежные стоны, но увы… Хоть волком вой на луну, не могу подвести парней с заказом!
Перед серьезным разговором о моем уходе из братства не стоит провоцировать конфликт, иначе наша беседа может закончиться перестрелкой. Еще неизвестно, чем обернется мое решение, но я пойду до конца, если понадобится – встречусь с главным. Мне не хочется подыхать, я только-только научился видеть яркие цвета своих эмоций.
Перед тем, как вернуться за Харлеем в Декейтер, я меняю на Форде лопнувшее колесо на запасное, подумывая купить ангелочку новую тачку взамен этого старичка, и улыбаюсь, как сраный Ромео, представляя ее шок. Мне, черт возьми, как какому-то романтичному придурку, до зуда в пятках не терпится сделать ей подарок. Да, очень приторно, но меня не бесит, а почему нет? Хотя ангелочек может и не оценить. Она не из тех, кого сильно заботят материальные блага, деньги не имеют для нее великой значимости, иначе она не спалила бы дом дотла, а накопления со своего банковского счета давно спустила бы. В этом мы тоже схожи – я убиваю не ради пополнения карты. Мне нравится быть киллером, а оплата моих услуг – приятный бонус.
В братство я возвращаюсь почти в шесть утра. В доме стоит мертвенная тишина – парни еще дрыхнут. Отлично!
Еле волоча ноги, я поднимаюсь к себе в комнату и без сил валюсь на кровать. Мне кажется, что я только успеваю закрыть глаза и погрузиться в сонную негу, как моя дверь с грохотом ударяется о стену, впуская мечущего молнии Дерека.
– Рейн, твою мать! Какого хрена ты дрыхнешь? Живо вставай!
Я отрываю голову от подушки и тру лицо, пытаясь сообразить, где я и что происходит. За окном слышится шелест дождя, а снизу доносится шумная болтовня Оливера и Тони.
– Сколько времени? – спрашиваю я у Дерека, шаря по кровати рукой в поиске мобильного.
– Почти два, – цедит Дерек. – Давай, просыпайся, ждем тебя внизу, – бурчит он, унося свою задницу из моей комнаты.
Нащупав под собой телефон, я первым делом проверяю, где ангелочек. Она дома. На всякий случай проматываю запись с камеры наблюдения – да, Алана никуда не выходила из квартиры. Должно быть, еще спит – набирается сил, ведь мы испили друг друга до дна.
Волнующие воспоминания отдаются в теле приятным томлением и теплым покалыванием концентрируются в паху.
Я пишу ей сообщение:
«Доброе утро, ангелочек. Напоминаю: даже не вздумай ехать к своему доктору за литием. Ты все равно не будешь его пить *эмодзи демона*».
В чате загорается иконка, показывая, что Алана в сети и набирает ответ.
– Рейн, твою мать! – орет снизу Дерек.
– Отвали, времени полно! – кричу я, мысленно обзывая его надоедливым говнюком.
Алана: «Спасибо, что напомнил. Сейчас запишусь на прием к доктору Фьюри *эмодзи среднего пальца*».
На моих губах появляется улыбка от ее дерзости.
Себастьян: «Тогда мне придется пристрелить его, чтобы ты не ездила к нему.
P. S. Я снова голоден. Я сожру тебя, ангелочек *эмодзи тигра*»
Алана: «Ты придешь сегодня?»
Я не собираюсь притворяться тем, кем не являюсь. Алана должна привыкнуть, поэтому я пишу, как есть.
Себастьян: «Да, сразу после выполнения заказа *эмодзи пистолета и капли крови*».
Алана печатает сообщение, стирает, снова печатает и снова стирает. Ей удается ответить лишь с шестой попытки.
Алана: «Я буду ждать тебя вместе с копами *эмодзи офицера полиции*».
Себастьян: «Мне придется их пристрелить. Тебе не будет их жаль?»
Алана: «Хватит! Я не хочу слышать ни о каких заказах!!!!! *эмодзи злого лица*»
Она долго держалась, стараясь показать характер. Это очень мило.
Себастьян: «Обожаю тебя, ангелочек *эмодзи губ*».
Я довольно улыбаюсь, предвкушая грядущую ночь. Вчера я прикупил кое-какие БДСМ-игрушки в товарах для взрослых… Думаю, Алане они придутся по вкусу.
Черт. Член встает колом. И так каждый раз, стоит начать фантазировать о ней… Когда-нибудь я куплю для нас большой дом, и в нем будет красная комната боли, как у мистера Грея[10]. Если не хлеще…
Горячий душ помогает проснуться, а ледяной дарит заряд бодрости. Теперь мне нужен плотный обед для подзарядки.
– Ну наконец-то, ночная бабочка залетела к нам на огонек, – шутит Тони, за что получает тычок в ребра от меня и сдавленно кряхтит.
– Поосторожнее со словами, малышка. Если мы сойдемся в поединке, ты долго не протянешь, – отбиваю я насмешку и включаю кофемашину.
Пока чудо техники готовит эспрессо, я вытаскиваю из морозильной камеры лоток с лазаньей и засовываю в микроволновую печь. Кухню заполняют умопомрачительные ароматы еды и свежесваренного кофе, а еще здесь воцаряется длительное молчание. Вкупе с подозрительным переглядыванием оно кажется максимально странным.
Я ставлю разогретую лазанью на стол, беру в руки столовые приборы и начинаю наполнять желудок, искоса поглядывая на парней. В конце концов мне это надоедает, и я спрашиваю прямо:
– Какого хрена тут происходит? Оливер? Тони? Джим? – поочередно обращаюсь я к парням, но они как один переводят взгляды на Дерека.
Я кожей чувствую, что происходит какая-то херня. Они знают об Алане? Я вопросительно смотрю на Джима, словно спрашивая, не проболтался ли он, но тот незаметно качает головой, и я расслабляюсь. Правда, ненадолго…
– Мы сегодня заканчиваем с заказом, а завтра сваливаем в Сан-Франциско, – буднично оповещает Дерек. Он складывает руки на груди и буравит меня колючим взглядом карих глаз.
От неожиданности я давлюсь обедом и закашливаюсь. Сан-Франциско в двух тысячах милях от Атланты! Я думал о том, что какое-то время придется побыть вдали от ангелочка, но сейчас, прикинув расстояние, понимаю, что не готов к этому.
– Почему завтра? Обычно ты за несколько дней предупреждаешь! Мы не изучали еще Сан-Франциско! Разве уже выбран дом? К чему такая срочность?! – возмущаюсь я, тыча вилкой в сторону Дерека.
– Босс так захотел. Это его решение. Какие-то проблемы? – Дерек сощуривается, внимательно следя за моими движениями. Он будто ждет от меня какой-нибудь выпад.
– А если сегодня не выгорит, все бросим?
– Выгорит, – утверждает Дерек и недовольно поджимает губы.
Я откладываю нож с вилкой в сторону, поднимаюсь из-за стола и подхожу к окну – отсюда будет проще защищаться и напасть на Дерека, если понадобится. Мое тело напряжено, как тетива лука, я готов в любую секунду вытащить пушку из-за пояса и выстрелить.
– Вы полетите в Сан-Франциско без меня. Я собираюсь выйти из братства, – мои слова кажутся оглушающе громкими в гробовой тишине, нарушаемой лишь стуком дождя по стеклу.
– Ты забыл правила, чувак? – усмехается Тони.
– Из братства выходим только на тот свет, – напоминает Оливер, постукивая ногой по ножке стола.
– Дерек? – я смотрю на него в упор, ожидая ответ. Он молчит, жуя губы, и я добавляю: – У меня есть один парень на примете. Он заменит меня.
Джим скептично хмыкает и хмурится, пока парни прожигают меня неодобрительными взглядами.
– Ты кому-то сказал о нас? Ты в своем уме, Рейн? – рычит Дерек. – Эти решения принимаю я, а не ты!
Обстановка накаляется, моя футболка становится мокрой от пота на спине. Пистолет так и просится взять его в руку.
– Я ничего ему не говорил. Никаких имен и мест. Он сам нашел меня. И что за идиотские правила – не выходить из братства?! Рабство еще при Линкольне отменили! Так что не понимаю проблемы. Пусть каждый выскажется! Может, я здесь не один, кто хочет выйти, – бросаю вызов я и внимательно слежу за реакцией парней.
– Братство – мой дом, – отвечает Тони, постукивая пальцами по столу.
– То же самое, – роняет Оливер и переводит взгляд на Дерека.
– Джим? – обращаюсь я к хакеру.
Он причесывает пятерней копну волос и устремляет взгляд в никуда. Я затаиваю дыхание, ожидая его ответ. Если Джим поддержит меня, возможно, проблем удастся избежать. Но также я понимаю, что Джим – важнее нас троих для Дерека. Джим гениален и другого такого Дереку найти будет очень сложно.
– По правде говоря, – неуверенно начинает хакер, – я устал. – Его признание выбивает из меня выдох облегчения.
– Устал? – переспрашивает Дерек.
– Да! Устал! Пока вы расслабляетесь, мне приходится часами сидеть перед монитором в поиске информации. Я постоянно подчищаю за вами следы, не сплю по ночам, – вскипает Джим.
– Видишь, Дерек? Я не один такой. Нет ничего ужасающего в том, чтобы впустить в команду свежую кровь. Тот парень, о котором я говорю, горит желанием, у него огромный заряд энергии. Это пойдет на пользу делу!
– Что ты мыслишь в нашем деле?! – взрывается Дерек, прерывая мой воодушевленный поток. – Кем ты был, когда я тебя откопал в том закрытом бойцовском клубе? Обозленным на весь мир щенком! Думаешь, я не знал на тот момент, что ты лечился в клинике? Если бы не я, ты сейчас либо мотал бы срок, либо торчал бы в психушке с пометкой в личном деле: «Особо опасен». Мы все такие! Братство – наш дом! Босс собрал нас, дисциплинировал, направил нашу злость на ублюдков, а не на тех, кто попадется под руку. Замечаешь разницу?!
– Мы не единственные в мире психопаты!
– Верно, мы не единственная команда нашего босса, – проговаривается Дерек и затыкается.
– Как интересно… Можно поподробнее? – едко вырывается у меня.
– Обойдешься! – бубнит Дерек.
Я перевожу взгляд на парней. Судя по их реакции, они об этом знали.
– Ну класс… И это, по-вашему, команда?! – меня переполняет злость. – В таком случае, прошу меня извинить, но я дальше сам.
– Парень, кончай! Что там у тебя произошло? Встретил симпатичную телочку и потек? – с сарказмом спрашивает Тони. – Этих сук, как грязи под ногами – топчи, не перетопчешь.
Оливер одобряюще бьет его по ладони, и они оба покатываются со смеху.
Во мне поднимается смертоносная буря, приходится прикладывать максимум усилий, чтобы не взорваться и не сдать себя с потрохами. Алана не должна пострадать.
– Ладно! Заткнулись оба! – вспыхивает Дерек. – Хочет, пусть проваливает! Обратно не возьмем. Только, будь добр, Себастьян, закончи начатое дело!
– Ты серьезно? – переспрашиваю я, не веря своим ушам.
– Прикажешь мне прибить твои яйца к порогу и надеть ошейник? Возможно, ты прав, нам и впрямь нужна новая кровь, – ухмыляется Дерек и хлопает меня по плечу, словно мы лучшие друзья.
Меня отпускает то чувство, будто я держу на плечах огромную гору, хотя с трудом верится в то, что все решилось без кровопролития.
Я снова усаживаюсь за стол и продолжаю кромсать лазанью как ни в чем не бывало.
– Ну раз так, давайте еще раз проговорим наши действия, – начинает Тони.
Сегодня нам предстоит подстрелить чертову дюжину черных дельцов во время получения нелегального груза. Большие нехорошие дяди где-то «наверху» не смогли поделить деньги поровну, вот один из них и обиделся на другого. Конечно, у каждого из них есть свои наемники, кто занимается черной работой, но они все друг друга знают в лицо. Чтобы не вызвать подозрений, ищут киллеров через даркнет. Обе стороны, само собой, будут знать, кто натравил нас, но, не имея доказательств, продолжат и дальше притворяться, что между ними нерушимый мир и тотальное доверие.
Нельзя назвать этот заказ легким, наоборот, он требует проявить чудеса аккуратности, но меня буквально подхлестывает от неуемной энергии, спонсором которой является моя свобода.
Ангелочек, ты готова принимать меня сутки напролет?
Девять часов вечера. Из-за нависших туч округа утопает в густых промозглых сумерках. Дождь хоть и теплый, но изрядно портит настроение, ухудшая видимость.
Мы сидим в засаде в двадцати милях от Атланты рядом с транзитным складом. Тони караулит в зарослях на склоне холма вдоль подъездной дороги. Мы с Оливером прячемся за невысоким бетонным ограждением напротив высоких ангаров, готовясь в любой момент выпустить обойму.
– Внимание, вижу свет фар, – предупреждает Тони в наушник.
– Вряд ли сюда. Дельцов не видно, затаились в ангаре, – реагирует Оливер.
– Точно, проехал мимо, – подтверждает Тони, недовольно цокнув. – Я уже вымок до нитки.
– Не скули! Ты не один такой, – с упреком произносит Оливер.
Я наблюдаю за территорией склада через прицел пушки. Мне не терпится поскорее прикончить тут всех, не дожидаясь передачи груза, и свалить туда, где тепло и сухо.
Туда, где горячо и влажно…
Интересно, чем занята Алана?
Себастьян: «Ангелочек, соскучилась по мне? Ты же ждешь меня?»
Ответ приходит минут через десять. Долго же она. Скорее всего, малышка вздумала понервировать меня. Пусть.
Алана: «Не пиши мне больше и не приходи. Наша связь – ошибка, ты и сам это знаешь. Я люблю другого».
От неожиданности я роняю пистолет прямо в лужу, пока до меня не доходит, что она издевается. Ангелочек проверяет границы дозволенного?
Себастьян: «Детка, ты специально меня злишь? Хочешь, чтобы я погрубее трахнул тебя сегодня? *эмодзи черепа*»
Ночью я по полной спрошу с нее за каждую напечатанную букву. Малышка порвет голосовые связки, умоляя о пощаде. Уж в этом она может не сомневаться. И ее попке сегодня достанется по полной.
– Едет, – раздается в наушнике.
– Дельцы выползли из нор, – сообщаю я, снимая пушку с предохранителя.
– Понял, я наготове, – отвечает Оливер.
– Окей. Я беру тех четверых, что стоят вдоль стены, – предупреждаю я.
Момент предвкушения убийства меня захлестывает, заряжает энергией и будто приподнимает над землей…
Так происходит обычно, но не сейчас. Мои мысли уносятся прочь отсюда. Что-то не так. Почему Алана не отвечает?