- Есть здесь сталкеров! – прошипела Андре к янтарной браслетке.

– Невозможно – в янтарной серьге раздался голос д'Морсефа. — Они ведь не имеют доступа к этому измерению пространства-времени.

– Нет? Тогда это, наверное, цветочницы!

- Правила переноса четкие! Сталкеры не могут находиться здесь вместе с нами! Не в этом измерении!

– Возможно, это уже другая ветвь временной линии, граф.

Эммануэль д'Морсеф посмотрел на кованый браслет со встроенным индикатором Гейгера-Тургау. Тот в дальнейшем показывал свойственное время: 13.45 и дату: 1.11.1805.

— Нет, оказывается, мы оказались в нужное время и в нужном месте».

- Тогда все хорошо. – Андре беспомощно покачала головой. – Я просто не совсем понимаю, почему у меня течет кровь.

Граф не ответил и тоже покачал головой. Если говорить о качании головой, они были хорошей парой.

Что-то случилось, подумал граф. Что-то должно было пойти не так. Серьезно испортиться.

– Тринадцать минут, – сказала Андре. – Попробуй добраться до портала, о котором ты так мечтал. Я могу здесь справиться.

– Сам не пойду, – объявил граф, почесав подбородок, нахмурился и через мгновение добавил: – Нам следовало выскакивать отсюда раньше, Андре.

— Сейчас это уже неважно, партнер. Прячься.

Сюрикены свистели вокруг них, значительно уменьшая доступное им пространство. Андре следила за продвижением врага, ориентируясь за отскакивающими от пола обломками и направлением приближавшихся смертоносных звезд. Враги подходили медленно. Не хотели рисковать.

Они хорошо знали, какие перед ними противники.

□□□□□

– Да неужели. Граф Эммануэль д'Морсеф, — раздался голос со стороны открытого окна. — Поздравляю господина в начале девятнадцатого столетия. Не думал, что с вашим титулом и социальным положением вас можно убедить принять участие в таком ужасном соглашении, да еще в более ужасном веке.

Голос был скользким и мягким, как змеиная кожа.

— Знаем ли мы друг друга? – воскликнул граф.

— Лично нет. Но я вас знаю. И графиню Андре. Этого хватит.

- А ваше уважаемое имя?

– Думаю, вы уже слышали его раньше, – ответил незнакомец. – Лорд Ксавериус Хок. Икс-хок для друзей.

Андре уже некоторое время знала, с кем удовольствие встретиться. Она понимала, что у Славки дела станут очень трудными. Но Эммануэль д'Морсеф был искренне удивлен. Разве что он идеально притворялся.

– Икс-Хок? Можно ли так к господину обращаться? Так что мы друзья, правда?

– Это решать вам, граф, – засмеялся мужчина, который держал их в шахме.

Сталкеры ползали под полками. Госпожа де Виллефор видела тени и слышала тихое дыхание.

– Думаю, – продолжил многозначительный, глубокий голос, – что нам наконец-то стоит познакомиться. Мы могли бы начать с того, чтобы почтить нашу встречу, подарив мне все, что вам удалось раскрыть в этом мире и за это время. Что вы скажете, граф?

- Интересное предложение. – Граф слегка приподнял брови, передвигаясь так, чтобы видеть графиню. Он указал на золоченый глобус на массивной деревянной подставке и провел пальцем по шее.

Графиня кивнула и ободряюще подняла большой палец вверх. Затем она указала на огромный письменный стол и подняла кусок ткани, оторванный от упавшей рядом с ней оконной шторы при взрыве. Она молча извинилась перед своим партнером, потому что не думала, что тот это сделает. Граф кивнул, признавая ее понимание и молчаливое извинение. Он слегка улыбнулся, но опустил плечи и принял печальное выражение лица.

— Думаю, что это, главным образом, касается дела! - крикнул он через мгновение. – А то, что вы мне предлагаете, больше похоже на подъем на эшафот!

— Но почему?» – быстро ответил низкий голос. — Не нужно сразу воспринимать ситуацию в таких мрачных тонах.

– Насколько мне известно, черный – ваш любимый цвет.

– Да, это очень приятный цвет. И чтобы я не забыл, в рамках нашего приятно начатого сотрудничества, я хотел бы, чтобы вы поручили графине никак не пытаться усложнять наши искренние деловые переговоры.

– Мадам мертва, – ответил граф. – Ваш взрыв ее убил.

- В самом деле? И куда же исчезло тело нашей храброй воительницы?

– Я не ее опекун. Кроме того, в агентстве есть много таких девушек, как она. Но попробуйте пойти по этому кровавому следу. Может быть, вы найдете тело в конце.

Граф хорошо разыгрывал сцену, выигрывая драгоценные секунды.

Графиня де Виллефор тем временем покинула свое прежнее место. Она обвязала стекающую кровью рану куском шторы и, отходя, вытерла следы остальной ткани. Граф тем временем следил за ситуацией, и когда графиня подошла к столу с широкими ящиками и скрылась за ним, облегченно вздохнул. Он посмотрел на хронометр.

Пять минут. Триста секунд осталось! Адские длинные, тянущие секунды.

Двадцать один, двадцать один, двадцать один. Иногда это адски долгое время. Можно сказать, что этого хватило бы полностью уничтожить динозавров.

Двадцать один.

– Я иду! — крикнул граф, оставляя свое убежище между полкой и деревянной лестницей на колесах. – Я безоружный!

Он вышел на открытое место, подняв руки.

- Где информация о местах перемещения?

— У мадам де Виллефор, в ее ожерелье.

— И господин знает код, не правда ли? Почему я спрашиваю? Один переносит информацию, другой – коды. – Он громко засмеялся. — С тех пор как я там служил, у вас мало что изменилось.

Граф пожал плечами. Он не собирался спорить.

– Опустите руки. Мы не будем играть в войну как маленькие мальчики.

Граф опустил руки.

- Обыщите его.

Пятеро воинов в черном подошли к д'Морсефу, пока другие обыскивали библиотеку.

Она была огромна, хотя снаружи так не выглядела. Приложив немного усилий, можно было в ней потеряться. Или просто погибнуть.

□□□□□

Андре де Вильфор перевернулась на живот, прицелилась и нажала курок. Резервуар арбалета начал вращаться, и сжатый воздух выпустил рой крутившихся в полете дротиков. Графиня стреляла так, будто соревновалась на чемпионате мира; Она просто знала, как это делать. Зазубренные дротики пронизывали тела ее противников, и, выныривая с другой стороны, тянули за собой фрагменты мышц или куски внутренности. Сталкеры бесшумно падали на пол, как листья с деревьев. И так же, как опавшие листья украшают землю разнообразными цветами, воины времени покрывали пол фрагментами своих внутренностей, создавая что-то вроде абстрактных картин.

Лорд Хок удивленно огляделся.

— Где пан держит третьего?

Мадам де Виллефор снова скрылась, поменяла контейнер на место, на этот раз последний. Отступила на следующую стену. Она знала, что сейчас нападающие слетятся на нее, как бабочки к лампе, и разорвут ее в клочья. Она забыла свои порезы, забыла о своем окровавленном лице, сосредоточившись на одном желании: забрать с собой в вечную тьму как можно больше этих подонков. Между тем, несколькими удивительными прыжками, граф отскочил от разбитого, забрызганного кровью глобуса и остановился у скульптуры Давида.

Он посмотрел на хронометр.

Три с половиной минуты.

У него вдруг возникло ощущение, что скульптура тронулась. Пространственно-временная плазма начала пульсировать вокруг Давида. Пространство натянулось, как кожа на барабане, омрачая восприятие объектов в непосредственной близости.

– Виллефор! — Граф взревел, осознавая, что раскроет не только свою новую позицию, но и тот факт, что графиня жива. Он играл ва-банк. – Есть!

Лорд Икс-Хок оставил это без комментариев. Он молчал. Трудно было догадаться, удивлен ли он или, скорее, развеселен.

– Исчезаю! Я приведу подкрепление!

Графиня молчала так же, как и таинственный иностранец. Она не собиралась сдавать свою позицию нападающим на серебряном блюдечке. Обошла угол стены полок и выстрелила.

Еще трое мертвых.

– Вот она! — крикнули два сталкера с обеих сторон от нее. – Мы ее поймали.

— Андрей, беги сюда! Открывается!

Но у графини была еще одна проблема. Она услышала свист проводов. Сталкеры бросили на нее из-за угла "китайского дракона". Женщина припала к полу, молясь, чтобы мономолекулярные провода не ободрали с нее плоть. Ей ужасно повезло. Повезло так же, как будто она сорвала джекпот в лотерею. Свистящие провода врезались в книги и вгрызались в них. Она выжила, хотя ее местонахождение было раскрыто.

Сгорбившись, она пробежала еще двумя переулками, перекрытыми стенами полок, но ее противники шли за ней, как стая английских аристократов за бегшей лисой. Женщина прижалась к стене под окном, а перед ней были работы Сенеки и Аристотеля. Она стояла хорошо спрятана за тяжелой шторой. Часы на церковной башне показывали, что до открытия окна перехода оставалось две минуты.

Вчера ризничий Циммерман синхронизировал часы на башне с их хронометрами. Графиня приблизилась к комоду в стиле рококо, украшенного многочисленными изгибами, откуда она могла видеть статую Давида. Граф д'Морсеф стоял рядом, наблюдая за открытием туннеля, ведущего к другому измерению пространства-времени.

Это было поражающее явление. И каждый раз разворачивалось немного по-другому.

Расширяемый фиолетовый круг имел меньше двух метров в диаметре. Оно зависло над полом, пульсируя, как пульсар, уменьшившийся в миллион раз. Его центр колебался вперед и назад. За отверстием в пространстве-времени возникало скульптура обнаженного юноши. Разряды остаточной энергии пробегали по поверхности.

Энергия продолжала расти, и вместе с ней у переходного окна усиливалось. Оно было ярко-фиолетовым и стало менять цвет на темно-красный.

— Пани Вилефор, я ухожу!

– Нет! Не хватает полутора минут! — крикнула Андре, уже не беспокоясь, догонят ли ее воины времени сейчас или позже.

– Наши ребята поймали мой сигнал тревоги! Они открываются раньше!

– Нет, граф! Это не наш портал, черт возьми!

– Откуда вам это известно?

– Еще даже двенадцатая не пробила!

– Циммерман напился пьяным и спит! – серьезно возразил граф.

– Партнер, не надо… – завизжала Андре.

Лорд Ксаверий Хоук, развлекаясь, наблюдал за всем издалека.

Граф д'Морсеф прыгнул головой вперед в шатающийся круг. Андре облегченно вздохнула, увидев, как гладко он пробил пространственно-временную мембрану.

— И почему ты так суетишься, такая коза? — упрекнула она себя и улыбнулась.

Однако улыбка быстро исчезла. Граф плавно вошел в портал, но только половина его тела исчезла в красном кругу, портал замерцал, задрожал и погас. Он сверкнул только желтым светом, и ничего больше.

Лорд Хок улыбнулся.

Ноги графа странно задрожали, словно их попали в мясорубку, и выпали из портала на пол библиотеки, сами без туловища. На мгновение они еще дрожали на полу, и из разорванного туловища потекли ручьи крови, видно было несколько позвонков. Красные пятна слились и мерцали в светлых лампах, как маленькие лесные озера в лунном свете. Глаза Андре тоже заблестели. Слезами.

□□□□□

А потом все произошло быстро, так быстро, что графиня де Виллефор даже не успела смахнуть слезу.

Шшвиссс! Кирпич! Цсак! Два сюрикена промелькнули в воздухе и пристегнули складки ее платья к стене. Они впились так близко, что она почувствовала их холод на коже. Но это был еще не конец.

Брошенный кинжал врезался в стену под ее левой подмышкой, а другой ударил немного дальше, у правой стороны. Графиня была приколота к стене собственным платьем, как бабочка в коллекционной витрине.

Теперь на сцену тихо вышел лорд Ксаверий Хок, человек без лица, без совести и без прошлого. Он перешагнул через нижнюю половину тела графа. На нем был длинный черный плащ, темный шлем с забралом с узкими прорезями, украшенный символом "X". Его глаза казались холоднее космоса, а губы были похожи на тонкие лезвия английских коротких мечей.

– Я восхищаюсь вашими способностями, графин де Виллефор, и могу только сожалеть, что вы не работаете на нас, – объявил он глубоким, мягким голосом. — Что я мог сделать, кроме как вас убить?

– Я дам совету совет, что можно сделать, – ответила Андре, лукаво подмигнув мужчине.

Лорд довольно посмотрел на своих подчиненных. Никто не мог ожидать, что мужественную аристократку так легко сломать. Впечатляющая смерть графа явно изменила ее взгляды.

— Что же мне делать? – усмехнулся он.

— Можете, например, идти в задницу, лорд.

Ксаверий Хоук покачал головой.

- Оригинально. Это, пожалуй, из какого-то фильма-боевика, – объявил он со снисходительной улыбкой. – Тогда я тоже что-то процитирую, – он на мгновение задумался.

Сталкеры расступились, и лорд медленно подошел к зажатой в угол лингвистке. Он погладил ее лицо рукой, одетой в мягкую кожаную перчатку, и сказал:

- Жаль; а это казалось началом прекрасной дружбы.

Андре никак не могла избежать его легкого прикосновения.

– Я еще не дам тебе умереть, – прошептал он ей на ухо. — Я должен узнать, что вы с графом открыли. Поверьте, я использую все возможные средства для достижения своей цели. Сначала я попытаюсь удалить ваши лишние конечности. В конце концов у вас их две пары. По одной каждой должно быть достаточно, не правда ли?

— Господин действительно урод. Жаль, что мы не уничтожили господина раньше. Когда господин еще был человеком.

— Дамы вспоминает старые добрые времена? — мечтательно спросил человек в черном, — когда мы организовали первую ячейку Equilibria Ferrarius в вашем мире и праздновали каждое успешное перемещение в другое пространство?

Он помолчал на мгновение, потом, чувствуя бесполезность и неполноценность, махнул рукой.

Указал на правую руку Андре.

– Меч неприятно укусит тебя, – заботливо сказал он, кивая ближайшему сталкеру, – а потом будет болит все сильнее и сильнее.

Лицо, на которое он указал, подошло к графине, осторожно выбрало место и замахнулось.

Андре закрыла глаза. Клинок катаны блеснул.

□□□□□

Церковные часы Циммерманна начали отражать север.