Казалось бы, он уже взрослый парень, но итоговая аттестационная работа за третий курс заставила его хорошенько понервничать, так что даже захотелось закурить.

Брукс Браун едва дождался большой перемены, чтобы сбегать за сигаретами в магазинчик на примыкающей к школьной аллее Пирс-Стрит.

Пересекая по диагонали парковку, Брукс еще издали увидел своих бывших друзей Эрика и Дилана. Эрик впереди, а Дилан как всегда чуть позади. У обоих через плечо были перекинуты увесистые спортивные сумки.

«Куда это они собрались? Эти двое и спорт – понятия несочетаемые, особенно Дилан», – подумал про себя Брукс и усмехнулся.

Он вспомнил, как раньше дружил с обоими, как они вместе пришли на первый курс этой школы. Как дурачились и выкидывали всякие идиотские приколы. С ними было весело. Они не похожи на других. Жаль, что Эрик оказался таким придурком.

Воспоминания унесли Брукса в тот злополучный день, когда однажды утром он проспал и почти на полчаса опоздал к Эрику, которого каждое утро подхватывал по дороге в школу.

– Ты время видел вообще? – рявкнул Эрик. Не то чтобы этот парень сильно торопился в школу, но он всегда впадал в неистовую ярость, когда что-то нарушало установленный им порядок вещей.

По дороге в школу Эрик не унимался, обкладывая Брукса последними словами, обвиняя его в неуважении, скотском отношении, безответственности и неумении дружить.

В конце концов Брукс не выдержал, резко нажал на тормоза так, что Эрик чуть не разбил нос о торпеду, и высказал своему приятелю все, что он думает о его поведении:

– Знаешь-ка что, дружище, я ведь тебя возить не нанимался. Ты ни разу мне даже не предложил оплатить топливо, а ведешь себя так, будто я тебе по гроб жизни обязан. Проваливай из машины и ищи себе другого таксиста!

Эрик в ярости вылетел из машины и со всей силы ударил кулаком по лобовому стеклу. Стекло треснуло, а Брукс надавил на газ и рванул вперед, едва не зацепив Эрика бампером.

С этих пор между друзьями началась война. Эрик всячески глумился над Бруксом, подкладывал петарды на подоконник его дома, царапал его машину, записывал про него издевательские видео. Родители Брукса даже ездили беседовать с Харрисами по поводу поведения их сына.

Но несмотря на все это, Брукс временами скучал по взбалмошному Эрику и чудаковатому Дилану. Он даже переживал, что они не явились сегодня на аттестационную работу, ведь у них из-за этого будут серьезные проблемы.

– Здорова, Брукс! – крикнул Эрик.

– Привет, парни, – ответил Брукс.

Эрик и Дилан подошли к нему совсем близко, и Брукс старался понять по форме сумок, что же такое они там тащат. В этот момент его впервые кольнуло неприятное предчувствие.

Эрик перехватил его взгляд и пристально посмотрел на Брукса. Нужно было как-то разрядить обстановку.

– Вы чего контрольную прогуляли? В курсе вообще, что у вас из-за этого будут большие проблемы с итоговой аттестацией? – попытался отчитать приятелей Брукс.

– А это все теперь уже неважно, – ответил Эрик. Дилан при этом странно усмехнулся.

Тревожное предчувствие Брукса усилилось. И Эрик снова это заметил. От него вообще было сложно что-либо утаить.

– Ты лучше иди домой, Брукс. Ты мне теперь нравишься, – голос Эрика звучал глухо и страшно. Брукс не знал, что задумали парни, но у него от этой фразы пробежал по коже мороз.

Эрик и Дилан медленно шли по направлению к школе.

Брукс еще какое-то время смотрел им вслед, а потом продолжил свой маршрут. Он уже поворачивал на Пирс-Стрит, когда до него со стороны школы донеслись странные звуки, похожие на выстрелы.

Примерно так началась одна из самых кровавых страниц в истории массовых расстрелов.

Нападение на школу «Колумбайн» двумя учениками Эриком Харрисом и Диланом Клиболдом. Массовая культура сделала этих стрелков по-настоящему популярными.

Их историю освещали в многочисленных фильмах и книгах. Была даже разработана компьютерная игра с героями, в точности списанными со стрелков «Колумбайна».

Такая популяризация массового расстрела привела, к сожалению, к очень трагичным последствиям. У Эрика и Дилана появились подражатели, некоторым из которых удалось реализовать свой страшный план подражания кумирам.

Преступная беспечность и отсутствие цензуры СМИ никогда не проходят бесследно.