С момента начала работы я прилагал все усилия для придания своему министерству правовой формы. Это было принципиальным по целому ряду очевидных причин. В условиях внешних обвинений в «бандитстве», «незаконности», внутренних проблем построения единой системы власти и наведения порядка деятельность силовых органов и специальных служб должна базироваться на прочной нормативной платформе.

Вся правовая система республики в то время состояла либо из принятых Верховным советом ДНР законов (очень немногочисленных, противоречивых и декларативных), либо из законодательства Украины периода до Майдана (а ряд законодательных актов, например в сфере уголовного законодательства, и более раннего периода), в части, непротиворечащей нормативным актам ДНР. Кроме этого, накладывался отпечаток принятой декларации о гармонизации законодательства с Российской Федерацией.

Празднование Дня сотрудника органов государственной безопасности, Донецк, 20 декабря 2014 года. Торжественное принятие присяги, вручение знамени и штандарта МГБ ДНР. На фото автор (со знаменем), глава ДНР А. Захарченко, секретарь Совбеза ДНР А. Ходаковский, военнослужащие МГБ

К сожалению, тогдашний республиканский парламент, состоя в основном из революционеров первой волны, в вопросах нормальной законотворческой работы был неэффективен, поэтому полноценных нормативных актов, упорядочивающих реальную жизнь, принималось очень мало.

Что касается законодательства Украины, то и этот подход был не оригинален. Аналогичное решение было принято, например, в 90-х в Приднестровье, где до полноценного формирования собственной правовой базы несколько лет, несмотря на вооруженный конфликт, действовало законодательство Молдовы. Однако такое состояние, являясь переходным и временным, требовало постепенного замещения республиканскими законами.

У МГБ имелся свой базовый нормативный акт, принятый в момент создания ведомства и назначения меня министром (см. приложение). Однако он требовал развития и более четкого регламентирования.

Писать и вновь писать в основном пришлось самому, надиктовывая проекты помощникам и самостоятельно правя черновики. В течение короткого времени с места трогается работа по комплексному формированию нормативной базы МГБ. Мы регламентируем большую часть направлений своей деятельности. Ее апофеозом станет разработка законов «О Министерстве государственной безопасности ДНР», «О государственной тайне», «О безопасности». В них полномочия госбезопасности были чрезвычайными. Этого требовала военная и околовоенная обстановка. Все то, что не получалось дать госбезопасности в России и в Приднестровье, щедро было прописано тогда в ДНР.

Учитывая, что в МГБ Приднестровья я являлся официальным представителем президента Приднестровья по ряду нормативно-правовых актов, то я хорошо себе представлял законодательный механизм. Поэтому, используя имеющееся влияние на ситуацию и выстроенный формат взаимодействия с новым Народным советом, добился того, чтобы наши проекты были рассмотрены и приняты первыми. Даже по номерным учетам нового парламента они шли под номерами 1, 2 и 3. Эти законы станут примером для последующей законодательной работы всей государственной системы республики.