Начиная с 2020 года, в ЦАР начинают раз за разом происходить события, которые ясно давали понять, что кто-то намерен расшатать ситуацию в стране вплоть до разжигания нового витка гражданской войны. В январе 2020 года разгорелись межэтнические и межконфессиональные столкновения «Селеки» и «Антибалаки» в префектуре Верхнее Котто на востоке ЦАР. В частности, боевики двух группировок завязали бои за контроль над городом Бриа – центральным населенным пунктом префектуры, а также за алмазные шахты, расположенные на всей территории Верхнего Котто. Всего за четыре дня боев в результате межобщинных столкновений погибли по меньшей мере 50 человек, и это лишь поверхностная цифра, так как некоторые тела к моменту подсчета уже были захоронены семьями погибших.
Помимо «Селеки» и «Антибалаки» голову начинают поднимать и другие группировки, примкнувшие к мирным соглашениям, в особенности «Союз за мир в Центральной Африке» (UPC), возглавляемый Али Дарассой, и «Возвращение, восстановление в правах и реабилитация» (3R) под предводительством Аббаса Сидики. 5 июня 2020 года главарь 3R Аббас Сидики объявил о приостановке участия в Хартумском соглашении и мобилизации своих сторонников в Буаре (префектура Нана-Мамбере) и в Бозуме (префектура Уам-Пенде). Нападениям группировки 3R подвергались как местные жители, так и отряды FACA и МИНУСКА, причем миротворческий контингент ООН из других стран зачастую показывал низкую эффективность. Так, в ходе атаки 3R 9 июня в населенном пункте Пуголь на базу МИНУСКА нападающим удалось захватить оружие миротворцев. Через месяц, 9 июля, группировка 3R объявила о прекращении нападений на мирное население и готовности вернуться к соблюдению мирного соглашения. Этому предшествовало заявление об объединении группировок Аббаса Сидики и Али Дарассы, а также слухи о ликвидации лидера 3R.
Параллельно с осени 2019 года неустановленные лица (на поверку оказавшиеся наемниками из соседних стран континента, а также бывшими боевиками радикальных исламистских группировок из Судана и Ливии) стали появляться в районах ЦАР, которые граничат с Республикой Чад. Необходимо подчеркнуть: чадский фактор участвовал в истории Центральноафриканской Республики с завидной регулярностью – и будет влиять на всем протяжении работы ЧВК «Вагнер» в стране. Соседняя с ЦАР страна точно так же воспринималась Парижем как свой «задний двор»: именно из Чада французские войска выдвигались, чтобы свергнуть империю Жан-Беделя Бокассы, именно в Чаде искал поддержку Франсуа Бозизе во время переворота 2003 года. Наконец, именно в Чаде Бозизе решился искать себе союзников для нового витка гражданской войны в ЦАР.
Армен Гаспарян, публицист и общественный деятель:
Франция всегда расценивала этот регион как сферу своего влияния. Париж всегда исторически считал, что ЦАР – это точка, которая постоянно будет под контролем, и даже не важно, есть там колония или нет. Кроме того, конечно, возвращение России на Африканский континент после значительного перерыва воспринимается Западом крайне болезненно.
Чтобы понять, почему опальный президент побежал за сотрудничеством именно в Чад, стоит пристальнее посмотреть на этого беспокойного соседа Центральноафриканской Республики. Надо сказать, что из всего вороха африканских проблем Чад решил выбраться самым простым, понятным, но не всегда рабочим методом – сотрудничеством с неоколониальным французским правительством и выстраиванием жесточайшей вертикали власти в ущерб собственному населению. На протяжении первых тридцати лет независимости – с 1960 по 1990 год – страна пережила затяжную гражданскую войну, тяжелейший вакуум власти и кровопролитную войну за приграничные территории с Ливией. Последняя, впрочем, обернулась катастрофой не только для Чада, но и для самой Ливии. В ходе войны новое чадское правительство во главе с Хиссеном Хабре поддержали США и Франция, что вылилось в широкие поставки вооружения и техники в Чад. Итогом стала печально известная «война тойот»: силы полковника Каддафи потерпели сокрушительное поражение и были принуждены к прекращению огня, Чад продолжил выстраивать собственную власть внутри страны (с большим кровопролитием), а внедорожник Toyota Hilux с этого момента на долгие годы становится одним из наиболее распространенных «орудий возмездия» как для армейских подразделений, так и для террористов Ближнего Востока и Африки.
В 1990 году в Чаде происходит событие, которое на долгие годы определит дальнейший вектор жизни страны. К этому моменту правительство Хиссена Хабре выстроило жесткую и доминантную систему управления: власть в Чаде была фактически передана представителям народности тубу, из которой происходил и сам глава государства. Массовое насилие, притеснения по национальному признаку и коррупция в высших эшелонах власти привели к тому, что в 1990 году Хабре был свергнут, и к власти в Чаде приходит генерал Идрис Деби. Первые годы своего правления Деби на публику занимался выстраиванием демократического общества в Чаде, восстановил многопартийную систему и принял новую конституцию страны. При этом, продолжая путь своих предшественников, президент Чада укреплял собственную власть – любые начатые восстания жестоко подавлялись верными Деби войсками.
К интересующему нас отрезку времени Деби превратился в незаменимого союзника США и Франции в Сахеле – именно так традиционно называется саванный регион южнее зоны Сахары, протянувшийся через всю Африку от Мавритании до Эритреи через Чад. Французские политики поддерживали Деби неоднократно – оружием, войсками, политической волей и даже деньгами. Именно в столице Чада, Нджамене, в 2014 году расположился штаб операции ВС Франции «Бархан», объединившей французские контингенты в регионе Сахель и насчитывавшей в общей сложности около 5000 военнослужащих. Кроме того, в лагере Тассон, развернутом в международном аэропорту Нджамены, на постоянной основе размещена база сил специальных операций ВС США. Такое особое положение дает президенту Чада свободу рук и позволяет достигать собственных целей неоднозначными средствами при помощи сомнительных союзников. Фактически к 2020 году Чад становится базой для создания новых группировок на деньги от США и Франции, этаким местом притяжения наемников со всего континента. При этом правительство страны и ее президент Идрис Деби смотрят на деятельность западных нанимателей сквозь пальцы.
Наконец, в 2020 году Чаду удается на время разобраться с внутренней проблемой – исламистским подпольем. Пока весь мир готовится встречать прилетевший из Китая вирус COVID-19, в марте – апреле 2020 года Деби лично возглавил операцию «Гнев Бома» по уничтожению боевиков группировки «Боко Харам», засевших на островах озера Чад. Как заявлял сам Деби, в результате операции силы террористов были уничтожены как минимум на 90 %, а оставшиеся бежали с озера Чад в направлении Нигера и Нигерии. Деби добавил, что в Чад боевики организации больше не вернутся, что, по сути, означало, что милитаризированная общественность Чада должна найти себе другое развлечение. Например, в ЦАР.
Франсуа Бозизе тем временем начинает свою игру. В конце марта и начале апреля 2020 года несколько человек, связанных с бывшим главой страны, были арестованы по подозрению в организации государственного переворота. В начале июня появилась информация, что Бозизе вместе с экс-председателем Национальной Ассамблеи ЦАР Каримом Мекассуа провел тайную встречу с президентом Конго Дени Сассу Нгессо, на которой, судя по всему, бывшие руководители страны предложили конголезскому лидеру часть природных ресурсов ЦАР в случае поддержки Бозизе. Появление в этой схеме «природных ресурсов ЦАР», которые могли бы стать для Бозизе разменной монетой, наводит на мысли о том, как именно опальный президент хотел заплатить наемникам за помощь в борьбе с правительством Туадера.
И самое главное – кому он планировал платить.
Инструкторы ЧВК «Вагнер» сопровождают автомобиль президента ЦАР
ФОТО: GREY ZONE @grey_zone