Эвелин, словно кошка, вытягивается подо мной, прогибаясь в пояснице. Выпячивает упругую грудь с затвердевшими сосками – не могу пропустить эту манящую часть ее тела и не уделить ей время. Наклоняюсь, втягиваю сосок в рот, прикусываю, слегка оттягиваю. Лисичка моментально откликается на ласки и провоцирует стонами.
– Хочу чувствовать тебя в себе, – хнычет она и пытается притянуть меня ближе, ощутить, как член наполнит ее.
– Ты куда-то торопишься? – Вновь прикусываю сосок, на этот раз сильнее, и она вскрикивает, а после крик сменяется звуками наслаждения. – У меня для тебя подарок. Хочешь, подарю?
По тому, как она извивается подо мной, желая большего, понимаю, что Эви не хочет отвлекаться. Провожу пальцами между влажных складок, довольно хмыкаю и отстраняюсь.
– Неужели все не может подождать? Картер, живо вернись к тому, на чем закончил.
Она пытается угрожать, но возбужденный голос дрожит.
Не могу сдержать смех от открывшейся картины: раскрасневшаяся Эви с возмущенным выражением лица пытается перехватить инициативу. Это зрелище точно достойно, чтобы его запечатлеть, поэтому я беру мобильный с тумбочки и, пока Лисичка ничего не поняла, фотографирую ее.
– Что ты только что сделал? – Эвелин приподнимается на локтях, глаза широко раскрываются.
– Поставлю на заставку, буду любоваться, – шучу я. Конечно же, я не допущу, чтобы кто-то увидел мою девушку в таком горячем виде. Это блюдо только для меня. – Расслабься, этот альбом под паролем.
Наклоняюсь к тумбочке и на ощупь достаю все необходимое: коробку в подарочной упаковке с розовыми зайчиками, наручники и смазку.
– Ты точно не хочешь открыть подарок? – Приподнимаю бровь, протягивая его ей.
Эвелин принимается распаковывать мой сюрприз, но ее взгляд прикован к наручникам.
– Я думала, они у меня дома.
Она сдергивает упаковочную бумагу и, глядя на коробку, понимает, что находится внутри.
– Я же обещал тебе его подарить. – Приближаюсь к Лисичке, уголки губ растягиваются в игривой улыбке от предвкушения. – Ответишь на вопрос?
Забираю вибратор из рук Эви. Достаю его из коробки и кладу рядом с ней, а сам возобновляю ласки. Эвелин истекает от желания. Ввожу в нее два пальца, и она падает головой на подушку, пытаясь насадиться глубже.
– Ответишь?
Я не даю ей потеряться в ощущениях и заставляю балансировать на грани реальности и мира наслаждений.
– Боже, Джей. – Она прикусывает губу, подмахивает бедрами и трахает себя моими пальцами. – Черт, спрашивай уже! Ах!
Эта игра мне и самому дается с трудом: член изнывает от потребности заполнить Эвелин: погрузиться в ее горячее тело, ощутить тугие стенки, сдавливающие по всей длине, и получить яркий оргазм. Но сегодня хочется зайти немного дальше, только сначала я должен получить согласие. Если Эви не готова, яне буду настаивать.
Интенсивно ввожу в нее пальцы, а когда оказываюсь внутри, немного сгибаю их, задевая самые чувствительные участки. Одновременно большим вывожу круги на клиторе, а эрегированным членом задеваю бедро Эви.
– Ты когда-нибудь хотела, чтобы я взял тебя сзади? – шепчу ей на ухо и наслаждаюсь, как она бессвязно бормочет от удовольствия. – Твоя попка слишком аппетитная, не могу избавиться от желания сделать тебя полностью моей.
Отстраняюсь, чтобы увидеть спектр эмоций Эвелин. Когда суть вопроса доходит до ее затуманенного похотью сознания, в глазах появляется беспокойство. Поэтому могу сделать вывод, что анальный секс для Лисички в новинку. Осознание того, что я могу стать первым, пьянит сильнее самого крепкого алкоголя.
– Обещаю, тебе понравится. – Целую ее шею, ключицу. – Хочешь попробовать?
Спрашиваю, не прекращая фрикционных движений. Эвелин пытается ответить, но в это мгновение ее накрывает оргазмом, и тело содрогается в агонии. Стенки влагалища тугим кольцом обхватывают пальцы. Она так красиво разрушается на мне, дрожит, а грудь вздымается в быстром темпе от поверхностного дыхания.
– Да, да, хочу… – выкрикивает Эви, впиваясь ногтями в мои плечи; от ее положительного ответа член пульсирует. – Джей… Тебя хочу!
Не хватало еще кончить от одних только ее стонов и слов. Приходится попытаться выровнять дыхание, чтобы сбавить уровень возбуждения. Но это практически нереально. Ощущаю себя стоящим рядом с жерлом вулкана: кожа горит, и ничто не помогает уменьшить жар.
– Уверена? – Я не жду, пока Эвелин отойдет от первого оргазма, выдавливаю смазку на ладонь, смазываю тугое кольцо между ее бедрами и погружаю внутрь один палец. – Малышка, если начну, уже не смогу остановиться, так что если ты не уверена…
Эвелин не дает договорить, обхватывает мой затылок ладонью и утягивает в глубокий поцелуй. Она немного ерзает бедрами, привыкая к новым ощущениям, пока я растягиваю другой ее вход. Черт возьми, там так узко, что я пока не могу представить, как помещусь. Нужно уделить подготовке больше времени. Добавляю второй палец и ловлю губами напряженный стон Эви.
– Я тебе доверяю, – шепчет она в промежутке между поцелуями, протягивает руку, обхватывая член ладонью, и скользит вверх-вниз. – Такой твердый.
Блядские небеса, что она со мной делает. Эвелин хорошо принимает меня – возможно, благодаря недавнему оргазму. Ее тело податливое, чувствительное, спустя пару минут я наношу смазку, чтобы добавить третий палец.
– Ты уже почти готова, а я на грани того, чтобы сойти с ума. Безумно сильно хочу оказаться в тебе. – Задыхаюсь от удовольствия, ладонь Эвелин скользит по моей плоти, периодически задерживаясь на головке, уделяет ей особое внимание.
Еще совсем недавно моя квартира напоминала склеп, в котором не было ничего радостного и живого. Да я и сам походил на безжизненную статую, лишенную эмоций. Но стоило Эвелин перешагнуть порог, как вслед за ней вернулись тепло, уют и свет. Кровать стала местом, где можно не только ускользнуть от реальности. Здесь я получаю дозу наслаждения и счастья от поцелуев. Никогда не думал, что один человек может так кардинально изменить мир. Хотя нет, Тайлер же смог его разрушить, а Эви оказалось под силу вновь вдохнуть в меня яркость жизни. Она моя жизнь.
После откровений я перестал бояться ее потерять, дышать стало проще, больше не осталось никаких секретов. Мне не страшно быть для нее открытой книгой, наоборот, я наслаждаюсь каждым мгновением, когда вижу, что моя девушка желает узнать меня больше и сама открывается в ответ. А в минуты близости мы растворяемся друг в друге, теряемся в лабиринтах поцелуев, стонов и прикосновений. Когда Эвелин находится в моих объятиях, я понимаю, что это самая главная победа. Никакие кубки, медали, конкурсы не имеют значения.
Переворачиваю Лисичку на живот, завожу ее руки за спину, скрепляю наручниками. Уголки ее истерзанных поцелуями губ растягиваются в улыбке. Эвелин вертит попой и получает увесистый шлепок.
– А-ай, – шипит она, но не прекращает провоцировать.
Наклоняюсь и оставляю на одной ягодице укус, после которого точно останется отметина, а сидеть какое-то время будет больно. Но зато эти ощущения будут каждый раз напоминать, как я брал ее, выпивал до дна.
Достаю из тумбочки презерватив, руки трясутся от дикого возбуждения. Я на грани. Кажется, стоит мне войти в Лисичку, оргазм моментально накроет лавиной. Область паха простреливает импульсами, волосы по всему телу приподнимаются. Раскатываю латекс по всей длине, выдавливаю смазку на ладонь и дополнительно смазываю член. Это первый раз Эвелин – хочу минимизировать неприятные ощущения. Знаю, что сначала толчки будут неприятными, но, когда она расслабится, сможет получить удовольствие. Слышал, что иногда оргазм от анального секса превосходит вагинальный. Скоро проверим.
Наношу прохладный лубрикант на вход меж ягодиц Эви, она вздрагивает, но не отстраняется. Хоть ее тело напряжено, я вижу, ей интересно попробовать новые ощущения. А мне приятно, что она не отказывает, и сам факт доверия окончательно сносит башню.
– Расслабься, – как можно более нежно говорю я, кладу одну ладонь на ягодицу Эвелин, второй беру член у основания и надавливаю головкой на вход.
Она делает, как говорю: глубоко вдыхает-выдыхает. Надавливаю сильнее, вхожу на длину головки, крепко держу бедра. Эвелин шипит, пытается отстраниться, но я ей не даю этого сделать.
– Черт.
Она снова напрягается, но, когда провожу ладонью по позвоночнику, успокаивается.
– Если ты не сможешь расслабиться, нам будет больно. В тебе очень тесно. Неприятные ощущения будут только первые минуты.
Я продолжаю гладить влажную от пота кожу. Эви кивает и на этот раз впускает меня глубже.
– Блядь, как в тебе хорошо, малышка, ты просто не представляешь, как в тебе охуенно.
Дюйм за дюймом я проникаю, пока не упираюсь пахом в ягодицы.
Не тороплюсь, даю Эвелин привыкнуть к новым ощущениям. Понимаю, что в первый раз не смогу вколачиваться в нее с такой животной страстью, с которой просит все мое нутро. Но даже от легких толчков в тисках ее мышц я могу кончить очень быстро.
– Все хорошо? – интересуюсь я.
– Да.
В доказательство она медленно раскачивает бедрами, скользя по всей длине члена. Наблюдаю, как ее плоть плотно обхватывает меня, и этот вид окончательно доводит до исступления. Я берусь за металлическую цепь наручников, тяну на себя, прогибая Эвелин сильнее в пояснице. Но это не все, что я хочу сегодня испытать.
Когда она ускоряет толчки и из нее начинают вырываться сладкие стоны, решаю добавить еще больше впечатлений. На ощупь нахожу вибратор в виде фаллоимитатора, смазываю его лубрикантом и беру Эвелин за наручники. Практически полностью выхожу из нее, оставаясь внутри на длину головки, для того, чтобы вставить игрушку во влагалище.
– Господи. – Она задыхается от неожиданности, щеки приобретают пунцовый оттенок, а когда я вновь заполняю ее собой, с губ срывается самый громкий стон. – Это слишком хорошо, я не выдержу. Джей, не останавливайся!
Я нажимаю кнопку на игрушке. Через тонкую внутреннюю перегородку ощущаю вибратор в Эви. Сквозь мой член проносятся волны, а от наполненности влагалища становится еще уже. Возобновляю движения – конечно же, ни о какой остановке не может быть и речи. Наоборот, мы на бешеной скорости несемся к краю пропасти.
– Я тебя…
– Заткнись! – выкрикивает Эвелин. – Не смей заканчивать фразу, а то она приобретет не тот смысл, который мне хотелось бы.
Я запрокидываю голову, не могу сдержать смех. Она права, но я чуть не удержался, чтобы впервые в жизни произнести эти слова. Понимаю, почему Эвелин не дала мне закончить: сомневаюсь, что правильно принимать признания в любви, стоя задницей вверх.
– Ты меня погубишь, Коллинз. – Проникаю в нее резко, знаю, что Эвелин не любит нежности в сексе. – Умру в тебе, а на памятнике пусть напишут: погиб из-за великолепной задницы Коллинз.
Всхлипы вперемешку со смехом срываются с ее губ.
– Освободи меня – и я тебя побью! – Эвелин дергает руками, но наручники не дают возможности их опустить. – Тогда на соседнем пусть напишут, что я погибла из-за плоского юмора Картера и его восхитительного члена.
Последние проникновения доводят до исступления, пульсация в паху возрастает и взрывается самым ярким оргазмом. Я кончаю и в это же время помогаю Лисичке получить вторую порцию удовольствия. Нескольких узоров пальцем вокруг клитора ей хватает, чтобы снова разрушиться на мне. Сокращение ее мышц усиливают ощущения. Мы вместе дрейфуем в океане удовольствия, впитываем в себя каждую крупицу момента. Нельзя описать словами, что творится в моем теле. Ни один эпитет и сравнение не передадут яркость и мощь бушующего под кожей урагана.
– Ты идеальная!
Дожидаюсь, пока Эвелин перестанет дрожать от полученной разрядки, выскальзываю из нее, убираю вибратор и ложусь рядом, притягивая ее к груди. Вот теперь можно утонуть в нежности, закопаться лицом в волосах и на какое-то время раствориться в своей девушке.