Хотя Мэдди провела у меня и те выходные, и каждую последующую ночь, я не могу насытиться ею. Я радуюсь, когда она берет еду с моей тарелки каждый раз, когда мы едим, чтобы просто попробовать, или когда она напевает себе под нос, занимаясь готовкой.

Для человека, который последние семь лет избегал даже поцелуев, я словно стремлюсь наверстать упущенное и не упускаю ни одной возможности коснуться ее губ своими. Но реальность не ждет.

Последние несколько недель мы разрабатывали план мести за оскорбление, которое нам нанесли Фальконе. Я настоятельно просил Луку сохранять спокойствие, так как знаю, что он очень скорбит по Нико, однако в нашем мире мы не можем действовать импульсивно.

Я наблюдаю за Лукой, который смотрит в пассажирское окно. Убийство Нико вызвало в нем бурю гнева и отчаяния, но я хорошо знаю, что такое зона боевых действий, и понимаю, что дать волю эмоциям – это самый простой способ покончить с собой.

Я смотрю в зеркало заднего вида, и, заметив мой взгляд, Фрэнки одними губами спрашивает, все ли в порядке с боссом. Кивнув, я пожимаю плечами и кашляю, чтобы попытаться вывести Луку из оцепенения. В этой сложной ситуации ему необходима сосредоточенность.

Похищение дочери Марко Фальконе Розы – это очень смелый шаг, но таков наш план. Мы похитим его маленькую принцессу, поскольку простого доказательства нашей способности получить доступ к его семье оказалось недостаточно.

Однако если операция провалится – мы окажемся не только в еще большей опасности, но и втянем в это Мэдди. Если Фальконе узнают о ней, они без колебаний причинят ей вред. Я-то знаю, на что они способны, потому что видел, как они поступили с Келлером и Сиенной.

Однако я твердо уверен, что никогда не позволю ни одному из этих ублюдков даже приблизиться к моему солнышку.

Каждую ночь на прошлой неделе Роза либо проводила время с соседями по квартире за бокалом вина, либо уходила куда-то поужинать. Конечно же, за ней постоянно следят двое охранников, но она наверняка уже не раз жаловалась отцу на то, что ей необходимо личное пространство.

Сегодня вечером в пятницу Роза, без сомнения, отправится в клуб, и мы с легкостью сможем осуществить нашу простую операцию. Мы узнали об этом, потому что Энцо прослушал ее телефон. Он руководит самой престижной охранной фирмой в стране, но это не мешает ему работать на нас, ведь Энцо в долгу после того, как покинул свой пост во время инцидента с Сиенной. Он называет нам точное местоположение Розы и имена девушек из группового чата, с которыми она сегодня встречается. Это все та же четверка, среди которой Жасмин и Эльза, чьи родители также являются членами банды Фальконе. У обеих есть телохранители. Получается, против нас троих будут шестеро охранников. Проще простого.

Длинные черные волосы Розы развеваются на ветру, пока она идет ко входу в ночной клуб. За ней неотступно следует охрана, а я закатываю глаза при мысли о том, что мне предстоит посетить это пафосное место, где царит атмосфера роскоши и гламура.

– Босс, она направляется внутрь, – сообщаю я.

Лука закуривает новую сигарету и, выпуская дым, одаривает меня садистской ухмылкой. Я паркую автомобиль у заднего входа в клуб и, обернувшись к Фрэнки, который расположился на заднем сиденье, вижу, как он проводит рукой по своей щетине.

– Давайте сделаем это, – говорит Лука, выбрасывая сигарету в окно. Его обычное нахальство исчезает, уступая место серьезности.

Мы втроем выходим из машины, а затем Фрэнки занимает место водителя.

– Помните, у нас есть максимум двадцать минут. Если мы будем медлить, то рискуем насторожить Фальконе и их охрану. Нам совершенно не нужно кровопролитие в ночном клубе, – говорю я.

– Понятно, – отвечает Лука, и, кивнув, я закрываю за Фрэнки водительскую дверь.

Достав наушники, я связываюсь с Энцо. Оказывается, охранные фирмы могут подключиться практически к любой камере видеонаблюдения.

– Энцо, мы входим, – говорю я, в то время как Лука убирает в кобуру еще один пистолет.

– Вас понял. Цель находится в баре. Один охранник стоит у главного входа, другой – рядом с туалетом. Четверо остальных заняли дальнюю кабинку слева.

– Принято.

Блять, запасной выход из туалета ведет прямо к пожарной лестнице, а это наш единственный шанс выбраться отсюда. На случай, если Роза поведет себя как капризный ребенок и не захочет идти с нами добровольно, я уже придумал, как Лука может ее уговорить. Он просто помашет перед ней пакетиком с белым порошком, и она пойдет за ним куда угодно, тем более в туалет, где можно нюхнуть. Хотя Роза не похожа на типичную наркоманку.

Возможно, я неправильно оценил ситуацию?

Черт, сосредоточься.

– Лука, придерживайся плана, а я возьму на себя охрану у туалета.

– Ты готов, Грейсон? – спрашивает босс, и мои пальцы сами собой сжимают нож, который я держу в кармане.

Это будет мое первое убийство за долгое время, и я чертовски жду этого момента.

– Родился готовым, – с ухмылкой говорю я, и Лука направляется к красной двери.

Когда он приближается к двери, слышится щелчок замка, и голос Энцо в моем наушнике произносит:

– Вход на пожарную лестницу открыт, в туалетах чисто.

Лука открывает тяжелую дверь, и в мой нос сразу же ударяет запах пота и дешевого алкоголя, а в ушах вибрирует громкая музыка.

Мы следуем по коридору, справа от которого располагаются уборные, и, поравнявшись с мужским туалетом, я останавливаюсь и опираюсь спиной о дверь. А Лука доходит до конца коридора и распахивает перед собой двойные двери клуба. С наигранной небрежностью он расстегивает молнию на куртке и, кивнув телохранителям Розы, проходит прямо рядом с ними. Боже, этот парень мог бы стать актером!

– Свет. – Едва я произношу эти слова в микрофон, как коридор погружается в кромешную темноту.

Теперь мне остается только надеяться, что в ближайшие пять минут никто не войдет в туалет и не выйдет из него. Шоу начинается.

Я резко открываю дверь, но охранник, одетый в черный костюм и галстук, даже не вздрагивает. Его взгляд сосредоточен только на Розе и Луке. Пока он шепчет ей что-то на ухо, рука девушки лежит на предплечье моего босса и от этого обмена репликами у охранника сжимаются челюсти. Воспользовавшись моментом, я беру нож в правую руку и, обхватив левой рукой парня за шею, приподнимаю плечом его подбородок.

Я наношу удар слева направо, рассекая ему горло. Он отчаянно пытается схватить меня за руку, стремясь освободиться, но, крепко сжав шею, я уже тащу его обратно в коридор. Кровь заливает мне руку, ноги охранника волочатся по полу, но тело уже лишено жизни.

– Выход свободен.

– Принято, бригада уборщиков уже в пути, – отвечает Энцо.

Мои мышцы гудят от напряжения, пока я, держа в одной руке мертвого охранника, другой открываю дверь пожарного выхода. Перенеся вес на левую ногу, я придерживаю дверь правой рукой, чтобы мы могли покинуть здание, а затем, как и планировалось, бросаю тело за синий мусорный контейнер у входа.

Лука покидает здание вместе с целью.

Я немедленно возвращаюсь к кирпичной стене, и высокий голос Розы становится все ближе и ближе.

Буквально в нескольких ярдах от нас с грохотом заводится «мерседес», и, как только дверь пожарного выхода распахивается, я набрасываюсь на девушку. Ее светло-серые глаза наполняются ужасом, но я плотно прижимаю ладонь к ее рту и притягиваю к себе ее стройное тело. Она отчаянно сопротивляется, но я лишаю ее доступа к кислороду, и Роза обмякает в моих руках.

Я подхватываю ее, несу к машине и укладываю на заднее сиденье, а Фрэнки, схватив веревку, перегибается через переднее сиденье и связывает девушке запястья.

Миссия выполнена.