Поднимаюсь на третий этаж – что меня ждет? Пятка горит огнем. Теперь-то я понимаю, таким образом она предупреждает меня об опасности.

Кабинет профессора довольно большой, размером, наверное, с мою оранжерею.

Феликс Эдуардович сидит за огромным письменным столом, на котором столько бумаг, что среди них не сразу заметишь компьютер.

– Приглашали, профессор?

– Конечно, – он приподнимается и крепко жмет мою руку. Он в том же синем костюме, на безупречно белой рубашке такой же синий галстук. Тут только замечаю, что и глаза у него такого же синего цвета, как и костюм. Интересно, это настоящий цвет его глаз или же линзы? Но как бы то ни было, невольно отмечаю про себя, что он безумно красив. А может, я просто прежде не видела красивых мужчин?

– Кофе? – спрашивает он.

Да, мне хочется выпить кофе, но я уверена, что и этот напиток, будет со знакомым мне привкусом, из-за которого в голове начинает твориться что-то странное. А вот воды бы…

Профессор будто читает мои мысли.

– Тогда водички, – говорит он и наливает мне из графина воду.

Вот точно, я хочу пить! Вода с таким же привкусом, но жажда вдруг оказывается настолько сильной, что я не замечаю, как опустошаю целый стакан. И тут же меня накрывает волна радости, я понимаю, что готова сделать для этого человека все, что он захочет.

– В общем, так, – Феликс Эдуардович буквально гипнотизирует меня своим взглядом. – У меня для тебя прекрасная новость. Я только что разговаривал по телефону с научным руководителем. Он сказал, что все сделано, и мы можем возвращаться обратно. Через пятнадцать-двадцать минут мы летим вдвоем – ты и я. Остальные вернутся, как и положено, через два дня.

В пятку будто вонзается штырь, но как же мне надоела эта пятка! Какая опасность может исходить от Феликса Эдуардовича? Разве что вертолет врежется в какую-нибудь скалу, но, если честно, даже погибнуть с таким мужчиной для меня было бы счастьем.

Как сквозь туман слышу слова:

– Но прежде тебе нужно выполнить одно небольшое поручение. Вот ключ, спустишься с ним в подвал, пройдешь мимо людей в клетке – не пугайся, это добровольцы, они сами выразили желание принять участие в эксперименте за хорошее вознаграждение. Рядом с клеткой террариум с пауками – это тоже часть наших исследований, тебе надо всего лишь открыть его и бегом к вертолету. Это наше последнее исследование. Результаты опишет Яков Борисович. Он вернется домой через два дня со всеми остальными.

Я поднимаюсь из-за стола в растерянности. Я должна открыть террариум и бежать к вертолету! А мне так хотелось попрощаться с апартаментами, проститься с душами детей, которым, надеюсь, мне удалось дать хоть немного тепла.

Профессор протягивает мне ключ на цепочке – совсем малюсенький, такой, какие бывают от почтовых ящиков.

– Прямо сейчас, при мне, надевай цепочку на шею, – говорит он. – Ведь знаю вас, девчонок, обязательно что-то да потеряете.

От этих слов мне почему-то становится неприятно.

Но едва я надеваю цепочку с ключом, как из шкафа, что за спиной у профессора, начинают доноситься странные звуки. Феликс Эдуардович вскакивает с места и… Из открывшейся вдруг дверцы вываливаются тонны какой-то бумаги, и вместе с ними парень лет пятнадцати со смешной, торчащей вверх челкой.

Интересно, как он здесь очутился?

Сначала меня одолевает смех, но в какой-то момент взгляд выхватывает лицо Феликса Эдуардовича, и я начинаю обо всем догадываться. Не случайно у меня разболелась пятка, предупреждающая об опасности, потому что под красивой внешностью профессора вдруг проявилась сущность этого человека – злобного и опасного зверя, который никого не пощадит. И меня тоже.

Он громко смеется, смех переходит в жуткий хохот – тот, который доносился по ночам из подвала. Значит, я не ошиблась. Именно он ходил каждую ночь в подвал мимо моих апартаментов. Поверить в такое было невозможно.

А теперь – верю.

И ощущаю в животе огромный комок. Я понимаю: это – страх.