Обедают у нас в Московском зоопарке прямо на рабочем месте. Там, где животным еду готовят. И по запаху обеда можно легко определить, кто за каким животным ухаживает. Например, здание, из которого жареными семечками пахнет, – это наш «Дом птиц». Кроме семечек тут иногда бывает запах яблок и бананового варенья. Мы его из переспевших бананов делаем, от которых другие отделы отказались. Но запаха всегда получается гораздо больше, чем варенья.

Из соседнего корпуса, где за пингвинами ухаживают, в два часа жареной рыбой тянуть начинает. По этому запаху даже время проверять можно. Если тянет – значит, два часа.

В самой середине зоопарка стоит сильный хлебный дух. Такой крепкий, что хоть масло на него мажь и кушай. Тут живёт жираф Самсон, который очень хлеб уважает. А Самсона все работники зоопарка уважают, потому что у него все-гда чёрной полбуханки взять можно. От Самсона не убудет. Ему с тем расчётом корм и выписывают, что хоть кто-нибудь полбуханки да возьмёт.

Но самые разнообразные запахи доносятся из Террариума. Тут пахнет и бананами, и чёрным бородинским хлебом, и семечками жареными. Но вовсе не потому, что змеи и крокодилы всё это любят. А оттого, что бывший заведующий Террариумом теперь заместителем директора работает и террариумистам, как своим, отборные продукты выписывает.

Другие работники обижаются:

– Почему это вы змеям и крокодилам продукты как в ресторан выписываете, а нам нет?

– Так я же бывший заведующий Террариумом! – разводит руками замдиректора. – Я же у вас не работал!

Чешут затылки другие работники и соглашаются. И правда ведь не работал! Значит, всё по справедливости!