Неважно, что делает Зепп Блаттер, его критики все будут подвергать сомнениям. но даже под сильным давлением со стороны прессы он показывает свой боевой дух.

«Зависть – самая искренняя форма признания», – сказал однажды немецкий поэт Вильгельм Буш. Ирландский писатель Оскар Уайльд согласился с ним: «Количество наших завистников подтверждает наши способности». Зепп Блаттер тоже это понимает. Он всегда рассматривал зависть других как стимул двигаться вперед более настойчиво.

Фатализм в этом вопросе – средство самозащиты для швейцарцев. Поэтому в некоторых европейских странах (Германия, Англия, Швейцария) Блаттер почти всегда подвергается критике – независимо от того, что он делает или говорит. Осуждение в прессе часто шло более яростно, чем поиск истины. Когда в июле 2014 года в Швейцарии температура упала до исторического минимума и выпало рекордное количество осадков, Блаттер лаконично высказался: «Я, конечно же, беру на себя ответственность за эту метеорологическую депрессию, вы можете называть ее «тихим Зеппом».

Он и сам оказался в эпицентре бури, не природной, но общественной – нельзя упускать из виду тот факт, что в наше время анонимные оскорбления и дискредитация на сайтах Twitter и Facebook, похоже, уже стали частью повседневной культуры. Многие комментарии в Twitter-аккаунте Блаттера были настолько ниже пояса, что на футбольном поле за такое бы дали красную карточку из-за серьезного оскорбления. «Если бы я серьезно относился ко всему, что было сказано или написано обо мне, я бы давно ушел с этой должности», – говорит Блаттер.

Действительно, самый большой футбольный босс не видит ничего. В своем секретариате Кристин Ботта проверяет президентскую почту и, при необходимости, даже связывается с полицией. «К сожалению, угрожающие письма не являются чем-то необычным. Иногда трудно себе представить, как низко некоторые люди готовы пасть», – говорит управляющая офисом президента ФИФА. Но есть положительные стороны. И их большинство. Когда Блаттер был отстранен Комитетом по этике осенью 2015 года, ему стало приходить множество писем со всего мира, и его почтовый ящик едва не взорвался от такого объема. Более 90 процентов писем от людей из разных слоев общества, с разных континентов были положительными.

Блаттер сталкивается с профессиональной критикой в средствах массовой информации, но в зависимости от местоположения общественное мнение сильно разнится: в то время как швейцарец пользуется признанием и расположением в Африке, Азии и на значительных территориях американского континента, в Германии, Англии и Швейцарии его иногда критиковали довольно жестко – явление, известное с библейских времен. «Никакой пророк не принимается в своем отечестве», – говорится в Писании.

В общении с прессой Блаттер показывает ту же маневренность, ловкость и инстинкт, как прежде, когда он был центральным нападающим в ФК «Фисп». Ему играет на руку тот факт, что он сам когда-то хотел стать журналистом. Как критический обозреватель «Уоллизер Боте», «Уоллизер Нахрихтен» и «Уоллизер Фольксфрунде», он никогда не боялся идти на контакт. Даже швейцарская легенда хоккея с мячом Биби Торриани – двукратный олимпийский чемпион и звезда хоккея – во время своего пребывания в EHC «Фисп» почувствовал на себе «острое перо» Блаттера. «Торриани это не понравилось, и он прочитал мне нотацию», – говорит Блаттер.

Если бы он сейчас лично общался с журналистами, которые хотят знать, как проходит судебный процесс по его делу, то его рабочий день пришлось бы удлинить до 48 часов. В то время как его оппоненты «не хотят проявлять уважение», он реагирует спокойно, но, в то же время, обозначает четкие границы: «На такой должности приходится жить с критикой, но если вы пересечете границу между честной игрой и фолом, я не буду это терпеть». Блаттер рассказывает о «несносных журналистах», которые не понимают важного принципа футбола: «Если вы забываете, что в футболе бывают проигрыши, то вам тут не место. Очевидно, некоторым людям не хватает этого знания».

Особенно в Англии, самопровозглашенной стране зарождения движения «Фэйрплей», часто говорят о разочаровании и недопонимании, говорит Блаттер: «Англичане еще не пережили поражение против России на выборах места проведения чемпионата мира по футболу 2018 года. Кроме того, им очень тяжело принять, что катарский канал BeiN Sports Arabia стал мощным соперником на телевизионном рынке».

В спортивно-политическом мире соперничают жестко и у всех на виду. Качества, необходимые для такой борьбы, были у Блаттера с колыбели: «Даже моя мать всегда говорила: «Зепп остер на язык», – что вольно можно трактовать как: Блаттер всегда добивается своего.

Но когда случается что-то по-настоящему плохое, он может пропустить удар. Кроме того, в рамках его избирательной кампании на пятый президентский срок осенью 2014 года он лично получил очень жесткую критику от конгресса и исполнительного комитета из штаб-квартиры ФИФА. В случае с Грегом Дайком, президентом английской футбольной ассоциации (FA), объявление о встрече с Блаттером стало поводом для больших заголовков: «Грег Дайк и Зепп Блаттер на удивление хорошие друзья», – писала Mail Online пораженная тем, что они «тепло и по-дружески» говорили в течение 45 минут – это стало событием, которое интернет-газета назвала «крайне маловероятным» после обмена колкостями между Блаттером и Дайком на чемпионате мира в Бразилии.

Иногда внешность может быть обманчива, даже с некоторыми высшими должностными лицами мирового футбола. Затем появляются более умеренные тоны. Карл-Хайнц Румменигге, президент «Баварии», в обезоруживающе честном интервью с Hannoversche Allgemeine Zeitung отвечает на вопрос о том, почему перед плановыми выборами в мае 2015 года ни один серьезный противник не участвует в гонке за президентство ФИФА: «Потому что это чертовски тяжелая работа. Это немного похоже на профессию директора цирка. Вы должны работать с различными континентальными ассоциациями и учитывать их особые интересы. Вы должны обладать тренерскими навыками. В принципе, это неразрешимая задача. Поскольку вы не можете угодить всем, критика неизбежна».

Или другими словами: «Жизнь – это и цирк, и футбольная игра. И тот, кто подвергается критике, определенно делает что-то правильно. Наконец, на поле атакуют только того, у кого находится мяч». И, будучи большим футбольным боссом, Блаттер всегда владел мячом.