С римской стороны император Валент тоже умер, и новый, по-видимому, более эффективный император сумел переломить ситуацию и наладил отношения с тервингами и грейтунгами. Максим не
Упоминается в источниках после ужина, а Лупицин – только сразу после него. Их судьба неизвестна. Выдвигалось предположение, что Максимус – это тот же человек, что и Магнус Максимус, узурпатор Британии несколько лет спустя, хотя, если это так, то, вероятно, по крайней мере одно сохранившееся произведение связывало бы их. По замыслу автора, я сократил список злодеев, поскольку для романа всегда слишком сложно и менее интересно иметь группу злодеев вместо ядра. Таким образом, Максимус был мёртв после войны, а Лупицинус – в отставке, своего рода изгоем, что кажется весьма вероятным, учитывая его виновность и смену императоров.
Именно чтение о трапезе в Марцианополе впервые натолкнуло меня на идею этой истории. Меня поразило, что столь малоизвестное событие в истории (потому что я почти уверен, что большинство неспециалистов, даже тех, кто живо интересуется Римом, не знают о ней) имело столь далеко идущие и катастрофические последствия для империи. И я не хотел, чтобы это была история войны и финала в Адрианополе, несмотря на мой опыт в военной истории. Я хотел, чтобы это была личная история, в которой читатель мог бы оценить менее масштабные последствия того ужасного вечера для истории: мир, созданный трапезой в Марцианополе, и последствия.
Поначалу я подумывал о сюжете, где либо Лупицин, либо Максимус противопоставлялся бы Фритигерну, но проблема в том, что все они в той или иной степени злодеи. Фритигерн — это «благородный дикарь», Верцингеторикс, Арминий или Каратак, и я не хотел, чтобы это была история о несправедливо обиженном готическом герое (хотя, думаю, это будет пикантная история, которая ещё только предстоит рассказать).
Максимус и Люпицинус — явно жадные и мерзкие людишки, и я не смог сделать ни одного из них героем. Все мои потенциальные персонажи были злодеями.
Затем меня осенило. Кто же те люди, которые совершили это преступление ради Лупицина? Виновны ли они? В конце концов, оправдание «я лишь исполнял приказ» звучало из уст самых ужасных злодеев истории. И всё же, в какой-то степени, они оправданы тем, что являются клинком, а не рукой, которая им владеет. В этом, понял я, и заключаются мои герои, или, возможно, антигерои. И они не будут пользоваться популярностью. Ни у кого. Фритигерн, которому только что удалось избежать смерти от их мечей благодаря своему острому уму и красноречию, будет ненавидеть их так же сильно, как и любой другой человек. Максимус и Лупицин, впавшие в немилость, будут недолюбливать людей, которые станут напоминанием об их провале. Император, который был далёк от катастрофы, будет в ужасе от них. Им повезёт, если их не казнят или не разжалуют. И как люди, которые затем канули в безвестность,
в конечном итоге они могут стать мишенью для одного из тех врагов, которых они нажили.
Итак, это стало историей мести. О том, как разгневанный, лишенный наследства король готов разыскивает людей, убивших его брата-короля на якобы мирной конференции и чуть не сделавших то же самое с ним. Это стало историей о бегстве и подготовке этих людей, об их борьбе за выживание в мире, где они не могли полагаться ни на кого, кроме себя. И только по мере развития сюжета стали очевидны дополнительные мотивы Фритигерна и Лупицинуса: воинственность одного и отчаянное желание восстановить другого.
Я сделал своих героев отрядом из восьми человек (с их приспешниками).
Каждый человек уникален. Каждый справился со своим поступком по-своему, и каждый по-своему осознаёт свою вину. Кого-то это погубило, кого-то даже убило. Других же это сделало решительными. Образы этих людей частично основаны на моделях, которые мне хорошо знакомы по ранним римским периодам, но значительно изменены с учётом колорита IV века. Это не время красных туник и сегментированных доспехов, огромных прямоугольных щитов и старомодного оружия. Отсюда и появление мартиобарбулов, вполне реального образца позднеримской военной техники, кольчужных рубашек без прежних наплечников, лёгких дротиков (спикулов) и декоративных белых туник с длинными рукавами. Для тех, кто интересуется военным делом того времени, издательство Osprey Publishing выпустило хороший набор книг о различных подразделениях, в том числе книгу о войне римлян с готами. Этот мир имеет больше общего с тем, что мы сейчас называем Византией, чем с Древним Римом.
Те, кто тонко чувствует сюжет и хорошо разбирается в кино, могут заметить здесь ряд влияний. Пока я работал над этой историей, среди фильмов, которые мне приглянулись, были «Первая кровь» , «Тринадцатый воин» и «Безумный». Макс: Дорога ярости . Элементы всех трёх определённо пробрались сюда.
Мои локации для этой истории представляют собой смесь вымышленных и исторических мест. Очевидно, что Марцианополь – это реально существующее место, ныне болгарский город Девня. От древнего города мало что сохранилось, за исключением амфитеатра и богато украшенной мозаикой виллы, которые не имеют никакого отношения к этой истории. Планировка этого места во многом предположительна. Поскольку в предшествующие годы он временно служил столицей империи, очевидно, что там должен был находиться внушительный дворец. Я специально разместил его в излучине реки Девня, внутри восточной городской стены, следуя логике, согласно которой императорский дворец Антиохии находится на острове, отдельном от городской массы, даже находясь в пределах города. Планировка дворца – это моя собственная идея, и
Если читателю это покажется больше похожим на средневековый замок, чем на римский дворец, то на то есть веские причины. Помните, это очень поздний Рим, и взгляд на сооружения этой эпохи наглядно демонстрирует прецедент. Крепость Константина Дивития явно напоминала средневековый замок гораздо больше, чем что-либо античное, а дворец Галерия в Гамзиграде-Ромулиане — это крепость-дворец впечатляющих масштабов.
Месембрия – нынешний прибрежный город Несебр на Чёрном море, древний город, построенный на виртуальном острове, соединённом с побережьем узкой дамбой. Ландшафт этой истории вокруг Несебра легко отследить в Google Earth: от полей, где пал Персий Арвина (сельхозугодья к северу от Помория), до лесистого склона, где отряд разделился (к востоку от Чолаковой чешмы).
Сохранившиеся остатки древней Суйды – это крепость, ныне руины, расположенная на склоне холма на северной окраине Сливена. Расположение нижнего города на склонах к югу от этой окружённой стеной территории – предположение, но весьма вероятное. Другие места в книге в значительной степени вымышленные, их описания основаны на местах, выбранных с помощью Google Earth как приблизительно соответствующих географическим положениям. Единственное другое место, упомянутое в книге и соответствующее реальному месту, – это Мацеллум Юлия. Название и история этого места полностью придуманы мной, но географические описания основаны на болгарском городе Карнобат, где были обнаружены свидетельства его заселения в этот период.
В заключение отметим, что в этой книге вы, возможно, заметите заметное отличие в именах персонажей от других моих римских произведений. Это, опять же, связано с датой и местом действия книги. Действие «Para Bellum» происходит во Фракии, которая ещё раньше, в римскую эпоху, была преимущественно грекоязычной, поэтому наличие таких имён, как Персий, не должно вызывать удивления. Такие имена, как Одаларик и Сигерих, совершенно очевидно неримские, и всё же, с постепенным распространением готской, сарматской, германской и другой внешней крови по империи, неудивительно, что эти «варварские» имена также становятся нормой. Некоторые из самых известных персонажей позднего Рима демонстрируют скорее варварскую, чем римскую, номенклатуру, например, Флавий Стилихон, Рицимер и Фуллофауд. Времена tria nomina (трёх имён) прошли, поэтому крайне редко можно встретить кого-то с именем, подобным Марку Дециму Бруту. Ещё один элемент, которого трудно избежать, — это обилие флавиев. Многие позднеримские названия образованы от местных имён, которым предшествует Флавий, что в какой-то степени связано с
объясните, почему Одаларик, Фокалис и Лупицин в этой сказке — все Флавии.
Это было просто слишком обыденно.
Вот и всё. «Para Bellum» закончен. Это отдельная книга, так что не нужно ждать продолжения. Это была всего лишь история, которую мне безумно хотелось рассказать, и Ник и Грег из Head of Zeus с огромным энтузиазмом согласились её опубликовать – замечательные люди, они просто чудо. Скоро мы вернёмся к нашему обычному графику книжных серий, но будет как минимум ещё одна отдельная книга, потому что есть ещё одна история, которую я с нетерпением жду, чтобы рассказать, и герои из HoZ с ещё большим энтузиазмом её озвучивают. Мне грустно прощаться с Флавием, его сыном и друзьями, но всегда приятно двигаться в неизведанное, ведь там есть замечательные персонажи, которые ждут своего часа.
Увидимся в прошлом.
Саймон Терни, июнь 2022 г.
Об авторе
Саймон Терни родом из Йоркшира. Проведя большую часть детства, посещая исторические места, он влюбился в римское наследие региона. Его увлечение античным миром переросло в огромный интерес к Риму, Египту, Греции и Византии. Среди его работ – «Марий».
Серии «Мулы и преторианцы», «Сказания об Империи» и «Проклятый император», а также книги «Восхождение императоров» с Гордоном Доэрти. Он живёт в Северном Йоркшире со своей семьёй.
Содержание
Эпиграф
Примечание автора Об авторе