В небе ярко сияли звёзды. Мы сидели на одной из пустующих рамп скейт-парка. Нас окружала тишина, но в моём воображении сами собой возникали звуки роликовых досок: быстрый рокот колёсиков и ритмичные стуки.

Эллина спряталась в толстовку от холодного ветра: натянула рукава на пальцы, а воротник на подбородок. Только глаза торчали из-под капюшона. Я мысленно сравнил её с черепахой и невольно улыбнулся.

– Ты видишь? – спросила девушка.

– Вижу что?

Эллина вытянула руку:

– Это должно быть видно всем. Присмотрись. Тебе не кажется, что над площадкой есть прозрачная кривая линия?

Я посмотрел внимательнее:

– Не вижу. Хотя, погоди… Что-то есть. Когда прищуриваюсь, вижу. Она такая вертикальная, да? Не пойму, вижу или нет.

Мне на миг показалось, что в темноте проступает неровная полоса в форме молнии. Но может, я просто «поймал зайчиков»?

– Ты знаешь про вспышку, которая здесь была? – спросила Эллина.

– Когда взорвалась подстанция? – вспомнил я.

– Не было здесь никакой подстанции!

– О! Вот оно! – вскрикнул я, разглядев искажение пространства. Над площадкой висела выпуклая ломаная полоса. Через неё всё виделось, как через кривое стекло. Чтобы увидеть её, нужно было расфокусировать взгляд.

Эллина повернулась ко мне:

– Это шрам от разрыва реальности.

– Что? – я приподнял брови.

– Здесь слабое место нашей Вселенной, – объясняла Эллина, словно это было что-то обычное. – Реальность всегда лопается здесь. Примерно через каждые двадцать лет происходит разрыв. Это сопровождается яркой вспышкой и грохотом. Всего пару секунд, а потом она срастается обратно. И кажется, что ничего не произошло.

Я задумчиво потёр подбородок:

– После такого обычно следует «но».

Эллина кивнула:

– Ты видел это самое «но». В нашу реальность врываются муляжи. Не спрашивай откуда. Я не знаю, на что похоже место, из которого они приходят. Это и не важно. Главное, что они здесь чужие. И цели у них не мирные. Муляжи сначала невидимы, но, рассредоточившись по городу, они обретают плоть и начинают убивать людей.

– А для чего им это? – спросил я.

– Не знаю. Мне кажется, они забирают у людей что-то нужное для себя… – девушка вынула из рюкзака свою записную книжку и кинула мне на колени. – Посмотри сюда. Этот дневник вели до меня… Двадцать и сорок лет назад.

Я открыл блокнот. Первые страницы были заполнены мелким некрасивым почерком. Картинки у автора этих записей получались куда лучше. Он весьма талантливо изобразил ползучее чудовище внизу страницы. Это было существо, представляющее собой бесформенный комок бугров и складок на двух мощных ногах. Оно не имело головы и рук. Вся его кожа была покрыта бесчисленными мелкими отверстиями, из которых торчали тонкие щупальца с острыми кончиками. Автор назвал этого монстра «Бегуном».

На другой странице было изображено что-то похожее на четвероногое животное без шерсти и кожи. Его тело покрывала мощная ткань, а пасть напоминала зубастый капкан. Существо имело зловещее название «Секач».

– Видишь? Муляжи первого поколения были примитивны. Какие-то звероподобные твари, – Эллина перелистнула записную книжку на середину, чтобы показать голое существо, похожее на человека, у которого на лице был только рот.

Девушка продолжила объяснять:

– Второе поколение имело зачатки разума. И больше походило на людей. Третье ты уже видел сам. Каждый муляж имеет уникальные способности. Они тщательно готовятся к этим вторжениям: развиваются, становятся хитрее, умнее, мутируют как вирус.

– А ты иммунитет, который должен уничтожить инородные тела, – смекнул я.

– Сечёшь! – улыбнувшись, кивнула девушка.

– Ты Эллина или что-то другое? – спросил я. – Не до конца понимаю.

Девушка задумчиво склонила голову к плечу и, немного помолчав, ответила:

– Представь, что ты попал в какую-нибудь экстремальную ситуацию. Скажем, твой автобус влетел в столб и загорелся. В эту минуту ты даже имени своего не вспомнишь. Забудешь про домашку, про то, что был голоден или хотел спать. Твои обычные потребности и твою личность на какое-то время вытеснит функция – спастись. Найти аварийный выход, выдернуть шнур и выдавить стекло… Я – функция на базе личности этой девушки. Можешь считать, что я Эллина, просто немного другая.

– Это заметно… – я пролистал ещё несколько страниц и закрыл записную книжку. – А почему именно ты? Или почему она? Не знаю, как правильно… Почему Эллина должна этим заниматься?

– Думаю, это случайность, – ответила девушка. – Молодое здоровое тело, хороший метаболизм. Благодаря нескольким годам занятий танцами я чувствую пространство и быстро двигаюсь. Это помогает эффективно сражаться. Но на моём месте мог быть кто угодно с аналогичным набором навыков. В день, когда произошёл разлом, мы с подругами пришли в парк посмотреть на скейтеров. Видимо, я оказалась самой подходящей из тех, кто был неподалёку.

– А их много? Этих муляжей? – спросил я.

– Должно быть около пятнадцати.

– Скольких ты уже убила?

– Можешь посчитать, – девушка постучала пальцем по обложке записной книжки.

– Сложно это всё для понимания, – признался я.

– Не пытайся разобраться, – девушка оттолкнулась от края и на корточках скатилась по рампе, а затем обернулась и сказала. – Просто помогай мне, если хочешь. С твоей помощью я быстрее уничтожу всех муляжей и сохраню больше человеческих жизней. Тебя же волнуют человеческие жизни и всякое такое?

Вспомнив, что час назад мне чуть не распилили голову, я потрогал лоб:

– Да, Эллина, только вот…

Она не дала мне закончить:

– Это имя странное. Произносится с одной «эл», пишется с двумя. Эл-ли-на.

Девушка без удовольствия произнесла своё имя по слогам.

– Могу звать тебя Эля, – предложил я.

– Не смей! – скривив лицо, возмутилась она.

– А если просто Эл?

– Годится!

Она сказала это с таким видом, будто мы договорились обо всём сразу. Вообще-то я хотел сказать, что собираюсь подумать насчёт помощи ей, но было уже поздно.

***

Мне стоило принять, что я уже влез не в своё дело, вляпался в рискованные приключения, и пути назад больше нет. Эта девчонка утащила меня в свой опасный мир, где чудовища правят бал.

Теперь нельзя забыть обо всём и вести привычную жизнь, как другие. Казалось, лучше держаться рядом с моей новой подругой и быть в курсе всего происходящего. Это давало хоть какое-то чувство контроля. Оставалось надеяться, что оно не ложное.

Будничные дела стали для меня фоном. Я сидел на лекции по основам экономики, вроде как слушал преподавателя и даже писал конспект, но всё это было машинальной работой. Разумом я был не в аудитории.

И вдруг появилась та, которая занимала все мои мысли. Эллина… хотя теперь я называл её просто Эл, ворвалась в учебный кабинет. Не обращая внимания на преподавателя, она пробежалась глазами по лицам студентов, нашла меня и сделала жест головой, чтобы я спешил за ней.

Наш профессор, требующий к себе бесконечного уважения, чуть не лопнул от такой наглости. Его гневный взгляд пролетел мимо. Девушка сразу убежала. Я бы и рад притвориться, что знать её не знаю, но сразу понял – дело срочное. На лице моей подруги блестели перламутрово-розовые слёзы.

– Что это за балаган? Объяснитесь, молодой человек! – воскликнул преподаватель, увидев, что я, бросив всё, побежал к двери.

– Извините, это очень важно! – вырвалось у меня.

Эти слова вряд ли могли что-то оправдать и наверняка оскорбили профессора ещё сильнее. Студенты были обязаны признавать, что нет ничего важнее его лекций. Не знаю, как другие, а первокурсники его побаивались.

Я догнал Эллину в коридоре.

– Муляж где-то близко? Прямо в колледже?

– Да! – девушка пыталась прикрывать лицо. С него капала слизь. – Муляж в агрессивной фазе. Видишь? Это значит, что он на кого-то напал. А у меня и ножа с собой нет! Сбегаешь в буфет за какой-нибудь вилкой? Чёрт! Нет времени! Бежим!

Девушка подбежала к лестничному пролёту и понеслась вверх. За ней на ступеньках оставались розовые капли. Я весь вспотел и запыхался. Ещё не привык к этой беготне. Эл пересекла коридор и исчезла за дверью. Я собирался тоже туда войти, но меня остановила табличка на двери. Это был женский туалет.

– Что ты там застрял? Забыл, как работает дверь? Входи! – потребовала девушка. – Да входи, тут никого нет!

Я осторожно заглянул внутрь. Эллина в своей чёрной одежде на фоне белого сверкающего кафеля выглядела как шахматная фигура. У неё в руке был острый карандаш. Она ходила по туалету, касалась пальцами раковин, толкала коленом дверцы кабинок и заглядывала внутрь.

– Чувствую, это было здесь, – говорила она. – Тут кого-то убили. И никаких следов. Видишь что-нибудь? Наверное, этот муляж полностью поглощает тела, как тот гроб.

– Ты уверена в этом? – спросил я. – А куда он сам тогда делся?

Убийство средь бела дня. Кто-то просто исчез и никогда не найдётся. Мороз по коже от одной мысли! И я опять пожалел, что ввязался во всё это.

Убедившись, что в туалете пусто, девушка вышла оттуда:

– Не знаю. Ему как-то удаётся оставаться незаметным. Может, он маскируется под одного из студентов? Это кто-то молчаливый… Точно никто из преподов. Они не смогли бы вести лекции, да и у коллег возникли бы вопросы. Ведь муляжи не умеют разговаривать. И ещё у него должна быть какая-нибудь физическая странность. Они не могут быть точной копией человека. Будем искать!

Я кивал, и у меня дрожала челюсть. Казалось, в коридоре стало меньше воздуха. Девушка не замечала моего волнения. Она ставила меня перед фактом: «Ты мой помощник». Я и сам не понимал, почему ей не возражаю.

***

Приходилось быть начеку, не выходить из здания с утра до позднего вечера, но при этом иногда прогуливать пары. Я «патрулировал» коридоры, изучал лица и казалось, что запомнил всех студентов.

Прошло всего три дня, а в нашем колледже не осталось ни одного молчаливого одиночки. Я достал абсолютно всех вопросом: который час? Парни и девушки уже начали косо на меня смотреть. Я их понимаю. Странный парень в коридоре, вечно потерянный во времени…

– Я тут выяснила: четверо из наших студентов числятся пропавшими, – сказала мне Эллина во время перекуса в буфете. Она жевала булку, но продолжала говорить с набитым ртом. – Кажется, ещё никто не догадался, что они исчезли прямо здесь. А мы до сих пор не нашли муляж. Ни одного подозреваемого! А вдруг я ошиблась, и он не прикидывается кем-то из нас?

Девушка подготовилась: сделала оружие, чтобы не таскаться по колледжу с ножом – на дне её рюкзака лежал деревянный кол. И всё ещё ждал своего часа.

Я тоже был разочарован, что поиск затянулся и у нас до сих пор нет ни малейшей зацепки. Ведь надеялся, что мы быстро отыщем таинственного убийцу, не дожидаясь, когда он лишит жизни кого-то ещё…