«Ну, теперь ты потерял их обоих», — мрачно сказал я. «Пиро отравили… а Энсамблса убили в стычке».

– Вы в этом уверены, или это всего лишь слухи?

– Я видел. Как именно они с вами связались, чтобы уговорить вас взяться за это дело?

Попилий ответил откровенно:

«Чей-то раб принёс мне письмо. В нём кратко описывалось их положение как заключённых и спрашивалось, сколько я заплачу».

– Кто подписал письмо? – хотел знать Петроний.

– Это было анонимно. Обычные «друзья обвиняемого»... Бывает. Обычно они не хотят, чтобы обвиняемый потом чувствовал себя в долгу и стыдился.

«И как вы им ответили?» — снова вмешался Петро. «Тоже письмом?»

Попилио кивнул. Тогда я цинично спросил:

– Откуда вы знаете, что они вам заплатят?

Он слегка улыбнулся.

–Моими условиями было получение оплаты авансом.

– Ух ты, как умно! И вот аванс пришёл,

«Нет?» Он снова кивнул. «Значит, — подытожил я, — вы никогда не имели с ними прямых отношений и до сих пор не знаете, кто вас нанял?»

Попилио пристально посмотрел на меня. И тогда он решил устроить нам сюрприз. Он откинулся назад, засунув руки за пояс.

«Не совсем», — ответил он. «Я знаю, кто заказал эту работу. И, что для вас важнее, возможно… он ещё не знает, что я за ним слежу».

Мы с Петронием переглянулись. Ещё до того, как Попиллий заговорил, мы поняли, что он собирается сделать. Нам стало неловко от того, что он пытается заставить нас избавиться от предрассудков… но его последний аргумент предупредил нас: он собирался назвать нам имя.

Мы были людьми старомодными; мы были поражены. Но это была правда: перед нами был честный адвокат.

XLVII

Даже Елена перестала шептаться с Альбией. У Елены были чудесные уши. Эти пропорциональные раковины идеально подходили для жемчужных серёг, маня покусывать их и способные уловить шёпот сплетен, доносившийся с другого конца шумного банкетного зала. Она подняла палец, давая девушке знак замолчать.

Петроний Лонг положил ладони на бедра и медленно вздохнул.

– Ты намерен совершить что-нибудь благородное, Попилио?

«Я не такой глупый, как вы думаете», — спокойно ответил адвокат.

На лице Петро появилась полуулыбка.

– Ты последовал за рабом!

«Конечно», — подтвердил Попилио с лёгким интонированием в голосе. «Для юристов работа с анонимными клиентами — обычная практика».

Петроний содрогнулся.

– А в чей дом вернулся раб?

–К Норбано Мурене.

Мы с Петронием откинулись на спинки стульев и тихонько свистнули. Попиллий выглядел задумчивым. Он говорил тихо, почти печально, словно размышляя о путях мира.

«Мне сказали, что он идеальный сосед. Приличный человек с пожилой матерью, которую он обожает. Она не встречается с ним в Британии, если такая женщина вообще существует. Кстати, думаю, это ещё предстоит выяснить».

Мы с Петронием покачали головами, выражая свое изумление.

«И зачем вы нам это рассказываете?» — спросил я.

«Это должно быть очевидно», — лицемерно ответил адвокат.

–Вы ненавидите и презираете гангстеров?

–Столько же, сколько и любой другой.

–Но вы принимаете их деньги?

– Если есть юридическое обоснование, то да.

–Так почему же предали Норбано?

В этот момент Попилио, похоже, немного смутился, но это было мимолетное настроение.

– Меня наняли. Я взялся за это дело.

Я все еще не понял.

«Вы сказали мне, что Пиро отравили эти негодяи», — объяснил Попилио. И тут он показал нам, насколько чувствительна может быть совесть адвоката: «Мне заплатили за мои услуги, и я буду защищать ваши интересы. То, что случилось с Пиро, — это возмутительно. Я не могу позволить кому-либо убить моего клиента и остаться безнаказанным».

XLVIII

OceanofPDF.com

Таким образом, Флорио оказался связан с Норбано Муреной.

Был разумный вариант действий (вернуться домой, сообщить губернатору, переодеться в сухое и отдохнуть, пока губернатор рискует). Но был и тот, который выбрали мы с Петро.

Я виню Элене Юстине. Именно она напомнила мне, что Норбано тоже живёт в северной части города, неподалёку. Попилио дал нам адрес. Он одолжил нам свой паланкин, чтобы отвезти Элене и Альбию обратно в резиденцию. Когда он предложил проводить их сам, я отказался.

«Я могу быть честным адвокатом, но вы мне не доверяете!»

— воскликнула она, и глаза ее заблестели.

«Нет, если речь идет о моей жене», — ответил я.

Следуя указаниям адвоката, мы оказались в ухоженном доме на берегу главной реки. Там, среди корзин с фруктами и шерстью, стояло несколько святилищ, посвящённых Трём Богиням-Матерям, почитаемым британским божествам. Их вид наводил на мысль, что они могут дать пощёчину любому, кто проявит неуважение. Несколько отдельных зданий по соседству использовали водопровод для нужд мелкого производства, включая гончарную мастерскую и мастерскую по обработке металла. Вероятно, именно там жили соседи, считавшие Норбано таким добрым человеком.

Мы с Петронио бесшумно подошли. Осторожно ступая, мы обошли это место по периметру. Было тихо. Насколько мы могли видеть, вокруг никого не было. Но если это штаб-квартира крупной преступной группировки, то по всей территории могли прятаться вооружённые люди, готовые устроить нам засаду.

«Постучись в дверь», — сказал я. «Он меня знает».

-Я тоже.

Мы вели себя как два озорных школьника, планирующих напасть на привратника и сбежать. Однако мы не сделали ни единого движения. Мы оценивали ситуацию. Во-первых, поскольку у Норбано не было оснований подозревать, что мы знаем его игру, дом находился рядом с ареной и недалеко от хижины с водяным колесом. Был шанс, что Флорио прячется там. Если бы мы связали его с Норбано раньше, мы могли бы вовремя обыскать дом.

Однако в то время вопрос состоял не в том, отправился ли Флорио туда после перестрелки (мы оба были в этом почти уверены), а в том, находился ли он все еще в здании.

«Думаю, он побежал бы к своему напарнику, перевёл дух и быстро двинулся бы дальше», — сказал Петроний. Я согласился. Но даже в этом случае нам следовало приближаться к этому логову с осторожностью. Если Флорий и Норбанус были там, для начала операции нам потребовалось бы нечто большее, чем наше присутствие. Сам Норбанус, должно быть, был гораздо опаснее, чем казался на первый взгляд.

Мы уже составили план на случай худшего развития событий. Елена Юстина собиралась попросить губернатора прислать солдат. Но придут ли они? Я уже запросил подкрепление, когда шёл к Клорис в амфитеатр: к тому времени, как появились несколько безразличных солдат, беспорядки уже прекратились. Мы с Петро могли бы просидеть там целый день в ожидании подкрепления.

Мы решили провести собственное расследование. Конечно, будь мы дома, на Авентинском холме, мы бы сделали это не задумываясь.

Мы немного подождали. Это дало нам время освоиться. Мы прислонились к стене соседнего дома и внимательно наблюдали за жилищем Норбано. Никто не входил и не выходил. Так происходит в большинстве домов, за исключением определённого времени суток. В этот раз было не так многолюдно. Не было никакой активности.

В конце концов, пришла моя очередь войти. Петроний должен был ждать снаружи и наблюдать, на случай, если кто-то попытается сбежать через чёрный ход. Чтобы меня успокоить, он сказал, что если кто-то нападёт на меня, он выяснит, кто это.

Мой ответ на это был весьма краток.

Дверь очень быстро открыл совершенно безобидный раб дома.

–Привет! Меня зовут Дидио Фалько. Моя сестра здесь?

Почему я всё ещё чувствую себя школьником? Возможно, потому, что задавал этот вопрос бесчисленное количество раз в далёком прошлом, когда мама без всякой причины отправляла меня собирать моих легкомысленных сестёр. По крайней мере, теперь моя история изменилась:

«Моя сестра — Майя Фавония. Они с твоим хозяином друзья». Я, честно говоря, очень переживал, что Майя может быть с этим негодяем.

–Его здесь нет.

–Ты ее знаешь?

–Я никогда ее не видел.

–Норбано дома?

–Его нет.

–Когда вы ожидаете его возвращения?

-Позже.

«Ну, послушай... Не знаю, понравится ли тебе, но он очень любезно обещал показать мне свой дом. Я подумываю снять похожее жилье и хотел посмотреть, как оно внутри. Не хотелось бы, чтобы поездка оказалась напрасной, так что, если возможно...»

Конечно, был. Раб, британец, приехавший вместе с арендованным имуществом, как я предположил, был готов показать мне всё.

Но, по правде говоря, его хозяин не стал бы возражать, не так ли? Все говорили, что Норбано Муренла был очень хорошим человеком.

«Можно мне передать другу, чтобы он тоже вошёл?» Петрония Лонга встретили так же тепло, как и меня. Я торжествующе подмигнул ему. Он пнул меня в лодыжку.

Мы осмотрели место. Заглянули даже в соседние здания.

Ну, когда арендуешь что-то, нужно знать, как обстоят дела с конюшнями и мастерской. Мы очень гордились собой. Раб понятия не имел, кто мы такие.

Небольшой по средиземноморским меркам дом был построен вокруг крошечного дворика, куда попадало очень мало солнечного света.

Некоторые части были построены из самана и тростника; остальные – из кирпича, с приличной крышей из изогнутой черепицы. В лучших комнатах окна даже были застеклены полупрозрачными тальковыми листами, а сами комнаты были просто украшены фресками. Расписные панели разделялись чёткими урнами и канделябрами; длинноклювые птицы неопределённого происхождения парами кланялись друг другу на фризах с прожилками охры. Мебель и другие элементы декора были строгими, но уместными: менее мужественными и более вычурными, чем я ожидал. Всё было чистым и ухоженным.

Для гангстерского дворца этому месту не хватало помпезности. Это было разумно. Лондиниум не сильно разросся с тех пор, как он был торговым лагерем посреди болот. Это было бы нескромно.

установить внушительный мрамор и изысканные произведения искусства, когда до этого даже у губернатора было только несколько открытых траншей на месте будущей ставки.

У Норбано тоже есть вилла ниже по течению, не так ли? Не знаете, она сдаётся в аренду или принадлежит?

«Вилла строится специально для него». Значит, именно туда он и инвестировал часть своей прибыли.

«Это на другой стороне, на южном берегу?» — спросил Петро.

– Да, сэр. Рядом с религиозным святилищем на холме, недалеко от города.

Петроний знал это место; выражение его лица было сардоническим.

–Это новый комплекс храмов Имперского Культа, Фалько.

Наш друг Норбано установил свою палатку, чтобы быть совсем рядом с императором!

— Нет, он ниже по течению, — с видом превосходства поправил его раб.

Императорскому сословию принадлежат все возвышенности.

Норбано, с другой стороны, имел бы доступ к воде и её услугам. Держу пари, это его устраивало. Он мог бы быстро сбежать, если бы возникли какие-то проблемы.

«А где он сегодня?» — невинно спросил я. «На своей вилле?»

– Боюсь, я не знаю, как вам сказать, но мы содержим дом в хорошем состоянии; он спит здесь почти каждую ночь.

К тому времени нас уже проводили к выходу, и мы были готовы уходить.

«А как же его друг?» — спросил Петроний. Я видел, что он готов рискнуть. «Вы часто видитесь с Флориусом?»

Раб замолчал, да, хотя это было незаметно. Возможно, его взгляд стал острее, но он ответил спокойно:

– Да, он раньше приходил в гости, но я уже несколько дней его не видел.

Что ж, это подтвердило связь гангстеров. Но это также дало бы им понять, что мы знаем их игру. Я был уверен, что раб передаст то, что мы сказали.

Петроний уже с нетерпением ждал результатов. Он слишком много рисковал, упрямо и упорно; он был экспертом в этой области, но мне было не по себе. Отказ от анонимности мог принести ему нечто неожиданное.

Дверь была открыта. Нас выгоняли.

Выходя, мы оба расступились, пропуская новичков. Это была знакомая пара: слепой арфист и его парень. Парень сердито посмотрел на меня, а затем ещё более убийственно посмотрел на Петрония.

Мы с Петро прошли мимо них, холодно кивнули и продолжили свой путь.

Сделав несколько шагов, я оглянулся и увидел, что мальчик с холодным взглядом наблюдает за нами; точнее, его интерес, похоже, пробудил Петроний. Это меня встревожило.

– Они собираются сообщить о нашем присутствии. Норбано может подумать, что мы подобрались слишком близко.

«Хорошо!» — хмыкнул Петро.

Я не признался, что видел, как арфистка подглядывала за Майей накануне вечером, когда она пошла в комнату Петро. Мою собственную роль в этом инциденте объяснить было бы сложно, но я всё же сказал:

– Я волнуюсь за Майю. Мне нужно предупредить её о Норбано.

-Хорошая идея.

Через некоторое время я спросил его напрямую:

– Между тобой и моей сестрой что-то есть?

Петроний искоса взглянул на меня. Потом пожал плечами. Голос его был громким.

«Лучше спроси её. И если она вдруг расскажет тебе о своих намерениях, передай мне её ответ!»

«Ну, значит, она ведет себя как обычно», — прямо заметил я.

Поэтому я рискнул и спросил: ты влюблен в Майю?

Петронио Лонго похлопал меня по спине.

«Не беспокойтесь об этом», — коротко ответила она. «Что бы я ни чувствовала, это было со мной давно. Раньше это никого не волновало. И, похоже, нет никаких причин, почему это должно иметь значение сейчас».

Но я понял, что для нас обоих это имело значение.

Мы молча шли по залитым дождём улицам этого бесформенного, пустого и уязвимого города. Наступил вечер. Тёмное небо грозило новым дождём. Нелегальные иммигранты, предприниматели и все эти сумасшедшие чудаки, мечтающие о богатстве, съеживались от страха в своих домах. Британцы с пудинговыми лицами, коренные жители этих мест,

Они сидели у тлеющих костров, пытаясь понять, как застегнуть ремешок сандалии. Я надеялся, что юридическое наследие научило этих новых граждан, что очень мокрую кожу нужно медленно сушить, набивая тряпками, чтобы она сохраняла форму…