Мы направились в город под покровом ночи. Стражники патрулировали дорогу и останавливали всех, кто направлялся в Басраль и из него, но мы с Мазином знали эту долину. Мы петляли по холодной пустыне, прятались за заснеженными песчаными дюнами и пробирались через манговые сады в самой цветущей части долины, избегая оживленной дороги вдоль озера.

Нур привела нас к полям зораата – к месту, где жили они с Сумой. Стражники и солдаты были разбросаны по всему городу, подавляя восстания на каждом углу. Солдаты, охранявшие императорские поля зораата, не были готовы защищать их от магии джинна, проходящей через меня, и я легко прорвалась сквозь их защиту.

Наконец мы оказались у полей, где на многие мили простирались заросли зораата. Мы были на северной окраине Басраля, и к тому времени, как я обезвредила всех стражников, мы уже знали, что Вахид и его армия идут за нами. Он ни за что не позволил бы нам забрать его силу без боя. Но было уже слишком поздно.

Я положила тальвар на землю и погрузила в нее руки, нащупывая корни зораата. Как только я схватила их, огонь джинна вырвался из моих пальцев под землю и стал пожирать корни растений изнутри. Когда магический огонь охватил посевы на многие мили вокруг, в небе зажглось мощное зарево. Из-за жара нам пришлось отступить к окраине поля, мы стояли и смотрели, как горит зораат. Самое ценное, что было у Вахида, то, из-за чего погибло так много людей. Дым поднимался высоко в воздух, как маяк. Ночное небо поглотило вздымающийся черный костер – словно погребальный. Нур взяла немного моего магического огня и зажгла им факелы, чтобы позаботиться об оставшихся растениях. Она переходила от поля к полю, поджигая зораат моим нечеловеческим огнем джинна.

Конские копыта стучали все ближе, оповещая о приближении армии Вахида.

– Что ты наделала?! – Над полями разнесся мучительный крик.

Я резко обернулась и увидела единственного человека, с которым еще не разобралась в своей мести. И единственного человека, который объединил нас троих в этой общей цели.

Вспышка пламени осветила лицо императора Вахида, на котором застыла омерзительная маска ярости. За его спиной стояла армия, ожидая приказа, глаза солдат остекленели от зораата в крови.

– Мои поля… – Вахид сжал кулаки, и я вздрогнула, увидев, что по его рукам тоже спиралью вьются черные нити.

Его пылающий взгляд скользнул по полям и остановился на нас троих.

– Ты. – Он указал на меня, его глаза почернели от ненависти. – Надо было тебя казнить.

– Вахид. – Рядом со мной стоял Маз, и его тихое присутствие придавало мне больше сил, чем я могла представить. Он кивнул мне, как бы подтверждая, что будет стоять рядом со мной – даже перед лицом разъяренного императора.

Но теперь императору предстояло столкнуться с моей яростью.

– Мы сожгли твои поля, – сказала я, скрестив руки на груди. – И уничтожили запасы зораата, которые были у Сумы. У тебя больше не будет силы джинна, чтобы управлять этой империей и убивать любого, кто восстанет против тебя. Без нее ты – ничто.

Он сделал шаг вперед, но выглядел как-то странно по сравнению с тем, когда я в последний раз видела его на пиру. Его лицо сморщилось, он нетвердо стоял на ногах. Он выглядел намного старше, а его кожа была желтоватой, будто им овладела какая-то болезнь. Его губы почернели, а щеки впали, как у мертвеца. Он выглядел так же, как моя бабушка в последние минуты.

– Сила джинна убивает тебя. Посмотри на себя.

– Посмотри на себя, – усмехнулся император Вахид. – Посмотри на свои руки. Я чувствую на тебе этот запах. Скоро ты узнаешь, что это с тобой сделает.

– Мы отняли у тебя все, – сердито вмешался Маз. – Ты не сможешь больше контролировать город – повсюду беспорядки и мятежи. Не сможешь ты контролировать и королевства. Север снова начал мобилизацию против тебя. Ты проиграл, Вахид.

Лицо Вахида побагровело.

– Я приютил тебя. Спас тебя и твою сестру от жалкого существования. Дал вам власть. Ты должен был боготворить меня, а не предавать.

– Мне жаль, что я не испытываю уважения к человеку, убившему мою мать, – огрызнулся Мазин.

– Я сделал тебя таким, какой ты есть, мальчишка.

– Нет, – сказал Маз, указывая на меня подбородком. – Это все она.

По моему телу разлилось тепло, и это не имело никакого отношения к силе джинна. Вера Маза в меня делала меня сильнее, чем если бы я обладала силой сотни джиннов.

Я взглянула на Нур, император проследил за моим взглядом и резко вскрикнул, увидев, что она собирается сделать. Нур двинулась к последнему полю с огнем джинна в руках. Император отшатнулся от нас и поднял руки, намереваясь помешать Нур сжечь последние посевы.

Я тоже подняла руки и почувствовала, как сила, которую Вахид почуял во мне, выходит на поверхность. Это было опьяняюще, и я поняла, почему Вахид попал под ее чары. На последствия использования такой власти действительно можно было закрыть глаза, ведь с ней ты чувствовал, будто можешь управлять всем миром.

Но я уже видела, что месть сделала с Нану, с Мазом, со мной. И я не позволю, чтобы все это погубило еще больше жизней.

– Прекрати! – Я почувствовала, как в моей крови разгорается огонь магии джинна. Он воззвал к собственной крови Вахида, и я ощутила ответный толчок. Я ухватилась за эту нить силы в Вахиде. И потянула.

Император Вахид пошатнулся и опустил руки. Он отвернулся от Нур и уставился на меня:

– Что ты…

– Я тоже получила кое-что в дар от того, кто, возможно, покажется тебе ужасно знакомым.

Лицо Вахида стало мертвенно-бледным на фоне черного неба.

– Нет, – прошептал он таким слабым голосом, что мне показалось, будто это шум ветра. – Что ты пообещала ему взамен?

Я склонила голову набок, гадая, что же пообещал джинну Вахид, раз на его лице появилось выражение такого дикого страха:

– Кое-что, что я готова отдать, если до этого дойдет.

Если. Было ли место «если» в той сделке, которую я заключила? Возможно, нет. Но это не означало, что я хотя бы не попытаюсь. Я снова сжала кулаки. Была лишь одна вещь, которую я могла сделать.

Снова почувствовав силу императора, я переплела свою магию с его. На этот раз я не церемонилась и потянулась за всей целиком. А потом я вырвала ее из его тела. Вахид закричал и рухнул на четвереньки.

Маз сжал мою руку:

– Дани, что ты…

– Я знаю, что делаю, – тихо сказала я. – Доверься мне.

Маз вздохнул, затем шагнул ближе. Его присутствие рядом вновь придало мне уверенности.

– Всегда.

Я распространила свою силу на войска Вахида, стоявшие на краю поля, и вырвала зораат из их тел тоже – извлекла его из их крови. Именно это я пыталась сделать со своей бабушкой, но она употребила слишком много и было слишком поздно. Теперь же я знала, как ощущаются черные щупальца, обвивающие вены другого человека. Я знала, что мне нужно сделать, чтобы избавиться от них. Я высвободила магию джинна, словно разрывая сложный шов, пронизывающий вены солдат, пока у армии Вахида не осталось ничего. Пока у него не осталось ничего.

Краем глаза я увидела, как Нур подожгла последнее поле и побежала к нам. Мазин обнажил меч: Вахид, пошатываясь, поднялся на ноги и направился ко мне. Но как только он это сделал, воздух стал густым, а время замедлилось. Меч Маза замер в воздухе. Нур застыла посреди поля. Вахид остановился и выпрямился во весь рост, глядя мне за спину, его захлестнул страх.

Я обернулась, даже не глядя зная, кто стоит за моей спиной. Восковая кожа, ряд мелких блестящих зубов. Глаза, горящие бездымным огнем. Джинн пришел за тем, что ему причитается.