Дождь кончился. Тяжелая иссиня-черная туча уплывала, переваливаясь за далекую линию горизонта. Небо постепенно очищалось.

Голубые просветы между белыми клубками облаков становились все шире, и вот снова брызнули на землю знойные лучи солнца. На небе появилась радуга. В лужах воды и на мокром асфальте заиграли яркие блики.

Тогда захлопали двери проходных кабин. Люди, пережидавшие дождь, хлынули из завода. К перестукиванию дверей примешивался оживленный людской говор.

Девушки снимали чулки и туфли, спасая их от воды, и босыми ногами шлепали по мокрому асфальту. Молодежь шагала напрямик по лужам, так что из-под ног летели брызги. От них все со смехом шарахались в сторону.

У подъезда своего дома Анатолий увидел груженную мебелью автомашину. Мебель была накрыта взмокшим от дождя брезентом.

Около машины, накинув на плечи яркозеленую вязаную жакетку, стояла девушка. Она, видимо, не убереглась от дождя. Мокрые завитушки русых волос перепутались на ее лбу, подол платья прилип к ногам.

— Новые соседи, — решил Анатолий и произнес вслух. — К нам?

— А вы здесь живете? — девушка кивнула на дверь подъезда.

— В двадцать первой.

— А мы в двадцать вторую въезжаем.

— Это напротив, на нашей площадке.

Девушка щурилась на отблески солнца в лужах, на радугу. Глаза ее смотрели лукаво, по-озорному. В руках она держала ветку акации и, обрывая листики, швыряла их в воду.

Из подъезда вышли мужчина и женщина, видимо, родители девушки. Мужчина, разглаживая рыжеватые пушистые усы, обошел вокруг машины, откинул брезент.

— Пора выгружаться, — сказал он, — дождь переждали. Только сторожа нашего подмочило.

— Совсем чуточку, — ответила девушка. — Я брезент поправлять выбегала. А вещи таскать нам вот товарищ поможет. Мы с ним соседями будем. Правда, поможете?

— Что за вопрос, конечно помогу, — охотно согласился Анатолий.

Девушку звали Ниной. Она работала копировщицей в технологическом отделе. В поселок, поближе к заводу, ее семья перебралась из города.

Нина училась в вечернем техникуме на последнем курсе и училась отлично. Кроме того, она играла на мандолине в заводском струнном оркестре, а дома еще занималась рисованием.

Все это Анатолий успел услышать от самой Нины, пока помогал разгружать машину. Она также поспешила перечислить всех своих друзей и осталась немного разочарованной тем, что никого из них Анатолий не знал. Девушка была очень словоохотливой. Она пересыпала свои рассказы шутками, над которыми сама же первая смеялась звонко и заразительно. Лицо ее только на короткие мгновения принимало серьезное выражение. «Ей, вероятно, стоит больших усилий сосредоточиться на чисто деловом разговоре», — подумал Анатолий и усомнился в правдивости ее слов об отличной учебе в техникуме.

Слушая болтовню девушки, Анатолий сначала сдержанно улыбался, но после того, как она очень забавно описала рассеянность одного своего родственника, не выдержал и тоже расхохотался. Так они и смеялись в один голос, опустив стол, который несли, и загородив им лестницу к неудовольствию проходивших мимо жильцов.

На следующее утро, выходя из квартиры, Анатолий на лестнице столкнулся с Ниной. Они вместе пошли на завод.

Уже у проходных, перед тем как направиться к своей кабине, Нина спросила Анатолия:

— А вы где работаете?

— Я модельщик, — ответил Анатолий, — столяр.

— А, — протянула Нина, как показалось Анатолию, разочарованным тоном.