Когда мы попадаем в бардо становления, если только мы не отправляемся в чистую страну, мы находимся на пути к следующему перерождению в самсаре, судя по всему, бесконечному циклу рождения и смерти. Точно так же, как и в бардо дхармата, появятся уютные, мягкие, приглушенные виды света различных цветов. Если только мы не развили силу и смелость избежать их соблазна, эти виды света привлекут нас в один из миров самсарического существования.
Мы застряли в самсаре дольше, чем можем помнить, – дольше, чем кто-либо может помнить. Согласно классической метафоре, существа, живущие в самсаре, подобны пчеле, пойманной в банку. Эта пчела жужжит и мечется в банке вверх-вниз, но никак не может вылететь на свежий воздух и летать свободно. Точно так же в самсаре мы мечемся вверх-вниз – из счастливой жизни в несчастную и снова в счастливую – но мы в ловушке этого цикла. И даже если мы в довольно хорошем самсарическом перерождении, в целом этот цикл содержит гораздо больше неудовлетворенности, чем радости.
В традиционных поучениях самсара подразделяется на шесть миров. Они обычно перечислены в порядке от наиболее болезненных к наиболее приятным: мир адов, мир голодных духов, мир животных, мир людей, мир завистливых богов и мир богов. Это шесть категорий жизненных переживаний внутри банки. Но Будда в своих первых поучениях объяснил, что есть путь выхода из самсары полностью. В конце концов все мы сможем и будем освобождены от этих миров и будем наслаждаться свежим воздухом пробуждения. Я однажды слышала, как Дзигар Конгтрул Ринпоче сказал: «Это гарантировано, рано или поздно»[13].
Традиционные поучения говорят об этих мирах, как если бы они были конкретными местами, такими же реальными, как знакомый окружающий мир, в котором мы находимся. Однако Трунгпа Ринпоче описывал эти миры как психологические состояния. Он понял, что многие люди на Западе отключались во время любого разговора о загробной жизни, особенно если им во время воспитания угрожали всевозможными адами. Я сама не очень открывалась размышлениям об этих мирах, пока не услышала поучения Трунгпы Ринпоче. Вместо того чтобы говорить о них как о реальных физических местах, он рассказывал об этих мирах как о проекциях наших собственных реактивных эмоций. Фраза, с помощью которой он обычно их описывал: «виды заключения».
Суть в том, что когда вы в тисках сильной эмоции, эта клеша управляет вами и вашим миром. Она определяет ваше состояние ума и то, каким вам кажется окружающий мир. Вы ощущаете себя в ловушке целого мира, созданного клеша. Мы переживаем это так же и в повседневной жизни. Снова и снова мы обнаруживаем себя в привычном месте привычной эмоции. Мы не знаем, как туда попали, и мы не знаем, как оттуда выбраться. Но ощущается это очень знакомо.
Ад – это мир гнева и агрессии. Традиционные поучения отсылают ко множеству разновидностей адов, но в основном ады делятся на две категории: горячие и холодные. В горячих адах суть в том, что все в огне и вы не можете выбраться из пламени. В холодных адах все во льду. Вы обнажены и мерзнете, и ваша кожа идет разными жуткими трещинами. В каком виде ада вы бы ни находились, одна из главных особенностей в том, что кажется, будто это навсегда.
Некоторые люди переживают разъяренный ум как огонь, другие – как лед. В любом случае вы в ловушке его интенсивности. Когда захвачен гневом, кажется, что единственный выход – действовать. Но вместо того чтобы принести облегчение, от этого ваша агрессия продолжается и усиливает мучение, делая жар горячее и холод холоднее. Вы чувствуете клаустрофобию и отчаяние. Вот почему мучение гнева может казаться вечным; оно кажется ловушкой, из которой нет выхода. В горячих адах вам предлагают воду; в холодных – огонь, чтобы согреться. Но вы настолько убеждены, что все против вас, что отказываетесь от их помощи.
Легко увидеть, что то же самое справедливо даже в относительном комфорте обычной человеческой жизни. Мой дорогой друг Джарвис Мастерс провел долгое время в тюрьме, больше, чем на свободе. Все это время он был свидетелем того, что многие люди были в аду. В тюрьме страдание от агрессии и отчаяния огромно. Что он пытался сделать, в то же время налаживая дружбу, так это убедить своих собратьев не ухудшать свои страдания, нападая на сокамерников или надзирателей. Он пытался показать им, что отсутствие мести принесет лучшие результаты и уменьшит их боль. Он говорил, что кто-то слушал его и считал, что то, что он говорит, имеет смысл, но мало кто может поломать свою старую привычку хотеть отомстить. Мало кто может сдержаться от того, чтобы поддержать такие мысли и действовать под их влиянием.
В мире голодных духов существа описаны причудливо. У некоторых из них огромные пустые животы, а рты размером с точку и горла узкие, как волос. Они всегда голодные и никак не могут наесться вдоволь. Согласно традиции, эмоция, связанная с этим миром, – жадность, но Трунгпа Ринопче давал термин «ментальность бедности». Это чувство нужды, которая никогда не может быть удовлетворена. Никогда никто вас не любит достаточно, никогда нет ничего, чего было бы в достатке, вас всегда обделяют. Вы постоянно голодаете. Все, что происходит, заставляет вас чувствовать себя ущербным, как неудачник.
Мир животных ассоциируется с клеша неведения. Но слово «неведение» может запутать, потому что можно принять ее за глупость. По-своему животные очень умные. Я часто думаю о неделе, которую я потратила, чтобы перехитрить белку, которая съедала все семена из моей кормушки для птиц. Я испробовала все, что могла придумать. Нашла место для кормушки, которое, как я думала, будет для нее недоступно. Но все равно белка меня всегда умудрялась перехитрить.
Хотя животные, как правило, очень умны в своей среде, большей частью у них нет гибких умов. Белка может быть гениальной в отношении воровства семян, но у нее не будет понимания, что делать, чтобы выжить в незнакомой среде. Когда все становится непредсказуемым, когда привычный порядок прерывается, существа в мире животных становятся озадаченными и беспомощными.
«Мир животных» не обязательно значит быть животным как таковым. Скорее это определенный настрой ума, очень знакомый множеству людей. Вместо «неведения» я предпочитаю думать об этом как об «игнорировании». Когда вы находитесь вне той области, в которой вы хорошо функционируете, чувствуете беспокойство и негодуете по поводу испытаний. Но вместо того, чтобы уходить в такую эмоцию, как гнев, вы справляетесь с беспокойством, игнорируя. Вы делаете вид, что ничего не происходит. Блокируете ситуацию, погружаясь в интернет, или играя в пасьянс, или делая что-то бессмысленное. Этот настрой ума отображает фраза «Я просто хочу перебиться». Вы хотите действовать только в зоне своей уверенности и не хотите, чтобы вас беспокоило что-то другое. Это такой тип настроя ума – статус-кво.
Миры адов, голодных духов и животных называют «низшими мирами», потому что в них страдание наиболее интенсивно. Это очевидно для описания миров адов и голодных духов и, возможно, менее очевидно в отношении множества животных, которых мы видим. Например, холеные домашние животные, кажется, живут приятной, комфортной жизнью. Но в основном животные проводят большую часть времени в страхе. Они не знают, каковы угрозы и кто может рассматривать их в качестве еды, поэтому живут в состоянии постоянного страха. Вы можете это заметить у любых животных: живущих на земле, в воздухе и под водой. Эти хорошенькие маленькие синички не просто едят у вас с рук. Они нервно оглядываются, чтобы убедиться, что их никто не схватит.
Мир людей более благоприятен, чем низшие миры, потому что страдание здесь не настолько безжалостно. Боль чередуется с удовольствием. В мире голодных духов мы хотим, хотим и хотим, но никогда не получаем. В мире людей мы тоже хотим большую часть времени – но иногда мы что-то получаем. Мы преуспеваем в этом ровно настолько, чтобы казалось, что мы можем вычислить способ получать то, что хотим, всегда. Это формирует преобладающий настрой в мире людей: мы надеемся получать только удовольствия и никогда не испытывать боль. Мы постоянно и наивно хотим, чтобы мы могли как-то остановить это чередование.
Мы проводим время, стараясь быть с теми людьми, которые нам нравятся, и избегая тех, кто нам не нравится; стараясь быть в комфортных, приятных ситуациях и избегая некомфортные и неприятные; стараясь держаться за любое удовольствие, которое с нами случается, и стараясь держать боль на почтительном расстоянии. Мысль, которая постоянно приходит нам на ум: «Если бы только у меня было [заполните пропуск], тогда я был бы счастлив». Основная клеша, которую мы переживаем, – желание. Основное страдание в этом мире – что мы не можем принять чередование удовольствия и боли. Вместо этого мы, как правило, одержимы попытками достичь или удерживать комфорт.
В мире завистливых богов баланс значительно сдвигается от боли в сторону удовольствия. Завистливые боги достигли успеха и хороших условий. Кажется, будто им не на что жаловаться. Но завистливые боги страдают от глубоко затаенной ненадежности. Вы продолжаете себе повторять: «Я – лучший», но в глубине души вы понимаете, что на самом деле вы не лучший. Так что вы всегда оглядываетесь, сравнивая себя с другими. Вы хотите быть в обществе избранных, среди наиболее красивых и могущественных людей. Но даже если вам удается попасть в это общество, вы не удовлетворены. Это никогда не заканчивается. Вам всегда нужно доказать, что вы лучше, чем кто-либо еще. С таким настроем вы выращиваете толстую броню вокруг своего сердца, которая мешает вашей связи с другими.
Как и голодные духи, завистливые боги всегда хотят еще. Основное различие в том, что у завистливых богов уже многое есть. Но вместо того, чтобы наслаждаться своей удачей, они живут в конкуренции, соперничестве, старании перещеголять других и паранойе. Примером в нашем мире может служить лидер корпорации или могущественной страны. Некоторые из этих людей зачастую находятся в параноидальном состоянии, постоянно озираясь в поисках другой компании или нации, которая может развить силу или статус. Они тратят большую часть своей энергии, пытаясь убедиться, что никто больше не одержит верх.
Выше завистливых богов живут боги, которые переживают чистое, непрерывное удовольствие. У них есть роскошь, комфорт, здоровье, богатство, развлечения и все, что можно только пожелать или что может быть нужно. Они не просто думают «я – лучший», они знают, что они лучшие. Главная клеша здесь – гордость.
У меня был опыт знакомства с миром богов, когда я училась в старшей школе. Я ходила в частную школу для девочек, где большинство были очень богаты. Иногда я бывала у них в гостях во время школьных каникул и была знакома с их семьями. Они были настолько уверены в своем положении и в своем образе мышления, что им никогда не приходило на ум, что может быть какой-то другой достойный образ жизни. У них не было ни малейшего сомнения, что их вкус – отличный вкус. У них была хорошая политика: они жертвовали на благотворительность и помогали людям и в действительности не смотрели ни на кого свысока. Но в то же время они принимали как должное, что их образ жизни лучший – единственный на самом деле. Я любила эту школу, и у меня до сих пор есть дорогие подруги из того времени – умные женщины, которые сделали в действительности много хорошего в жизни. Но когда я оглядываюсь назад, я могу заметить ограничения настроя ума в мире богов.
Традиционно описывается так, что боги живут невероятно долго и не испытывают страданий. Это длится так долго, что, кажется, будто никогда не закончится. Они воспринимают как должное, что будут пребывать в этом идеальном состоянии вечно. Но, как мы знаем, все однажды заканчивается. В какой-то момент боги начинают замечать знаки увядания. Их впервые осеняет, что их божественная жизнь конечна. Боль от осознания того, что они отправятся в миры ниже, описывается такой сильной, что сопоставима со страданиями в адах.
Трунгпа Ринпоче часто говорил о том, как легко вы можете попасть в мир богов в вашей духовной практике. Вы можете стремиться – и даже достичь – состояния блаженства, где всё и все прекрасны и всё переживается так, как будто и должно быть таким. Но это всего лишь временное переживание, оторванное от реальности. Вы отрываетесь от того факта, что так много людей страдает. Несовершенство жизни не кажется вам реальным, и люди, переживающие несовершенство, находятся вне вашей системы координат. Так практика может повернуть на путь безразличия вместо пути к пробуждению.
Каждый настрой ума, связанный с мирами, – временное состояние ума. Может быть, мы склонны почти всегда поселяться в одном или двух психологических состояниях чаще, чем в других, но мы не обречены на заключение в этих состояниях ума. Неважно, насколько сильны ваши тенденции, например завистливого бога, эти эмоции и привычки ума не настолько реальны и неизменны, какими они обычно кажутся.
Главное, что удерживает нас в ловушке переживаний любого из миров – будь то адских, или божественных, или тех, что между ними, – это отсутствие осознавания. Поэтому первый шаг к тому, чтобы выбраться из любого мира, – осознать, что вы в нем находитесь. Например, если вы в адском состоянии ума и думаете, что все и всё против вас, ваше неосознанное привычное поведение – обвинять. Это вина тех людей, которые принесли вам не ту еду, или тех, кто открыл окна, когда они должны быть закрыты, или тех, кто берет ваши вещи. Всегда это другие люди, внешние условия. Практически происходит так, как если бы у вас не было другого выбора, кроме как злиться.
Однако когда вы начинаете осознавать, вы уже на пути из вашего мира. Сразу так может и не показаться: ваша осознанность зачастую вначале усилит эмоцию. Но когда вы начинаете уделять внимание тому, как на самом деле переживается ярость (или умственная бедность или игнорирование), вы начнете находить внутренние ресурсы. Любой способ работы с клеша, которые мы обсудили – воздержанность, преобразование и использование их как путь, – может способствовать выходу из психологического состояния, в котором мы чувствуем себя как в ловушке. Они могут нам помочь увидеть, что за пределами эмоционального хаоса и наших воображаемых историй есть пространство. Сначала мы видим его только в паузах и промежутках. Но со временем, по мере того, как мы продолжаем практиковать, наше переживание этого простора растет. Сердце и ум практикующего постоянно растут.
Когда мы становимся более способными выходить из наших миров, мы начинаем видеть эти виды заключения легче, менее реальными. Мы часто отождествляемся с нашей ведущей клеша: «Я сердитый человек», «Я завистливый человек» и так далее. Мы поступаем так же с другими: «Он жадный», «Она высокомерная». Но никто не бывает только таким и никаким больше. Наши ситуации намного-намного более изменчивы.
Взгляд на наши эмоции как на временные состояния помогает нам понять, что они не являются нашей истинной личностью. Вместо этого они становятся свидетельством того, что в действительности у нас нет никакой неизменной истинной личности. Наша истинная природа за пределами любого мира. Когда мы осознаем это полностью, крышка на банке открывается и пчела оказывается на свободе.