У Федора зазвонил телефон, и это показалось Рыбаку странным – со всеми своими друзьями-айтишниками он обычно общался по мессенджеру. Еще более странным показалось то, что отвечал Федор сдержанно, как будто шифровался. Завел какие-то свои секреты?

Звонок раздался в тот момент, когда сыщики находились на полпути к гостинице, и услышать, с кем разговаривает Лебедев, Иван никак не мог.

– Дома, – сказал Федор после небольшой паузы. – Да не у вас, у себя дома.

Иван ударил по тормозам, свернув к обочине, и Федор от неожиданности выронил смартфон.

– Иван Станиславович! – возмущенно проговорил он и нырнул за гаджетом.

– Говори! – приказал Иван.

– Но Тимур Михайлович… Он сказал…

Рыбак уже набирал Молчанова.

– Что стряслось?

– Пока ничего, – со свойственным ему спокойствием проговорил Тимур. – Ася зачем-то поехала домой. Я сейчас туда за ней еду.

Странным образом голос Тимура подействовал на Рыбака успокаивающе. До такой степени, что он даже решил поинтересоваться, как обстоит дело с защитой старушки соседки и ее пса.

– Они со мной, – коротко отозвался Тимур. – Из вашей квартиры позвоню.

Стоило повесить трубку, и магическое действие голоса Тимура тут же прекратилось.

– Пристегнись, следующая остановка – дом, – скомандовал Иван и вдавил в пол педаль газа.

* * *

Ася, может быть, и пошла бы сегодня в бассейн, но у нее было запланировано очень важное мероприятие. Дело в том, что во время сборов в дом Тимура она не взяла с собой сумку для родов. Почему-то в тот момент казалось, что Иван вернется до того, как настанет срок. Но время шло, Иван не возвращался. На завтра пригласили на консультацию в перинатальный центр. Ася, обычно очень дисциплинированная во всем, что касалось дочки, попробовала перенести визит. Нет, она, конечно же, была уверена, что Кристина привезет ее к назначенному часу. Но, глядя, как радуются они с Настей возможности проводить как можно больше времени вдвоем, Асе не хотелось мешать их счастью своими проблемами. Поэтому она и попросила звонившую медсестру записать ее на консультацию дня через три. На что та вежливо, но твердо заявила, что об этом не может быть и речи. Через три дня Ася может появиться в центре уже не для осмотра, а для финала своего девятимесячного челленджа.

И вот тут-то возникла необходимость забрать из дома сумку для родов. На самом деле можно было преспокойно обойтись и без сумки. Паспорт у Аси был с собой, все результаты обследований хранились в компьютерах «Мамы». И обслуживание в клинике было до такой степени дорогим, что вряд ли они выставили бы за дверь роженицу, явившуюся без приданого. Но в сумке были одежки для дочки, которые Ася долго и придирчиво выбирала, иногда сама, иногда вместе с Иваном. Постиранные, выглаженные, аккуратно сложенные. Как часто она доставала их и любовалась аккуратными строчками, милыми мишками и нежными кружевами. Ну как можно допустить, чтобы после появления на свет их с Иваном ребенок был одет в распашонки и чепчики, пошитые неизвестно кем и неизвестно в каких условиях?

Именно такие мысли не давали Асе покоя, и именно из-за них, стоило Кристине с Настей отправиться в бассейн, она, кряхтя, застегнула войлочные ботиночки, натянула куртку, которая благодаря специальной вставке вместила бы тройню, проверила наличие в сумочке денег и банковских карт, сунула туда телефон и покинула номер.

До дома она добралась благополучно – повезло сесть на маршрутку, останавливающуюся всего в паре сотен метров от их дома. В автобусе было жарко, и, когда Ася вышла на улицу, у нее закружилась голова и ноги сами собой стали подгибаться. Ничего, подумала она, дома немного полежу, и станет легче.

Родная квартира встретила Асю одуряющей духотой. На столе и прикроватной тумбочке лежал тонкий слой вездесущей пыли. Казалось бы, ну откуда ей взяться в феврале? Нет, неправильно это как-то. А если бы они приехали с Ваней, а тут такая пылища и духотища. Нет, затеивать генеральную уборку она не собиралась, и все-таки…

Минут через сорок Ася поняла, что окончательно выдохлась. Достала телефон, посмотрела расписание маршруток. Вот она, сто пятнадцатая, через сорок минут. Можно минут двадцать полежать и потихоньку отправляться на остановку.

Ася вышла из дома не через двадцать, а через пятнадцать минут. Но двести метров, которые она совсем недавно одолела легко, словно ее объемная куртка была парусом, а она – корабликом, подгоняемым попутным ветром, не шли ни в какое сравнение с теми, что предстояли ей сейчас. Хотя ветра вовсе не было, она еле передвигала ноги, словно к каждой было приковано цепью по пудовой гире. А тут еще сумка с дочкиным приданым. Вроде почти пустая, а кажется, словно закупилась в супермаркете продуктами на неделю. Хотелось присесть, перевести дух или, на худой конец, хотя бы постоять немного, но мысль о маршрутке, которая вот-вот приедет, не позволяла расслабляться. «Подожди немного, отдохнешь и ты», – как мантру твердила про себя Ася лермонтовские строки, шаг за шагом приближаясь к остановке. Когда до цели оставалось совсем чуть-чуть, ее обогнал автобус, на заднем стекле которого был табличка с номером 115.

– Подождите! – Ася пробежала несколько шагов, но маршрутка пролетела мимо остановки.

От отчаяния остатки сил покинули Асю. Она добрела до остановки, буквально упала на скамейку, но тут же подскочила – холодная. Даже через теплые брюки.

«Поеду на такси», – решила Ася. Такси она пользовалась редко, предпочитала общественный транспорт – сказывались мамины страшилки о таксистах-маньяках, которые убивают своих пассажиров. Но выбирать не приходилось. Сейчас Кристина в Настей вернутся из бассейна и, не обнаружив Аси, переполошатся не на шутку.

В смартфоне у Аси было несколько приложений для вызова такси с привязанной корпоративной картой для оплаты – Федор постарался. Остается только выбрать то, что побыстрее приедет… И только тут Ася обнаружила, что ни смартфона, ни сумочки с карточками и деньгами она не взяла. Вот же растяпа! Хороша же она была бы, завалившись в маршрутку без денег. Резко развернувшись, Ася побрела назад. Ветер, снова став попутным, наполнил куртку, и она потянула Асю к родному дому. Быстро, слишком быстро! Ноги не успели за парусом, и, немного пробалансировав, пытаясь удержать равновесие, Ася шмякнулась навзничь, больно ударившись затылком. В глазах ярко вспыхнуло, а потом стало совсем темно. И холодно.

– Подождите меня, пожалуйста, – попросил Тимур своих пассажиров, паркуясь у подъезда, в котором жили Иван с Асей.

– Может, мы выйдем немного ноги размять? – спросила Арина Константиновна, и Георгий жалобно тявкнул, присоединяясь к просьбе хозяйки.

– Хорошо, только далеко не уходите.

Молчанов набрал на домофоне номер квартиры Рыбака, долго слушал унылое пиликанье. Внезапно дверь распахнулась, выпуская женщину с коляской, и Тимур, придержав ручку, проскользнул внутрь. Лифта ждать не стал – благо коллеги жили на третьем этаже. Взбежав по лестнице, нажал на кнопку звонка. За дверью раздался торопливый двойной звонок: ку-ку, ку-ку. Тимур прислушался. В квартире было тихо. Он позвонил еще раз. Может, Ася уже ушла и сейчас сидит в отеле, в своей комнате. Нет, она или Кристина обязательно позвонили бы. На всякий случай Тимур набрал Асин номер. Некоторое время в трубке было тихо, а потом из-за двери раздался звонок старого советского телефона – именно этот рингтон Лебедев поставил всем сотрудникам «Кайроса» на звонки от Молчанова.

Тимур пнул дверь. В детективных фильмах дверь при этом открывалась. Но то в фильмах, а на деле надежное стальное полотно даже не дрогнуло.

И тогда Тимур снова набрал Лебедева.

– Дома она, Тимур Михайлович, – испуганно сообщил тот.

– Спроси у Ивана, где запасной ключ! – В трубке раздался визг тормозов, а следом голос Рыбака:

– Михалыч, что там?

Тимур в двух словах описал ситуацию.

– Связка в офисе, в моем столе, в верхнем ящике. Брелок с голубым медведем.

Для экономии времени в офис Тимур не поехал. Набрал номер Александра Михайлова и попросил срочно привезти ключи.

Арина Константиновна сидела на лавочки у подъезда.

– Идите в машину, там теплее, – скомандовал Тимур.

– А когда поедем-то? – заволновалась старушка. – Георгия покормить бы.

– Покормим, сейчас дождемся одного товарища, и поедем, и поедим. Обязательно.

Такси с Михайловым приехало через пятнадцать минут.

– Пойдем со мной, – попросил Тимур, – вдруг помощь понадобится.

– И я с вами. – Арина Константиновна с Георгием под мышкой выскочила из машины и, хлопнув дверью, устремилась за мужчинами.

Помощь не понадобилась. Квартира оказалась абсолютно пустой. На диване обнаружился телефон, то ли забытый в спешке, то ли нарочно оставленный. Пароля простодушная Ася ставить не стала, и Тимур, проверив звонки, убедился, что за последнее время никто чужой ей не звонил. Как, впрочем, и она. Многочисленные звонки от него самого, Рыбака и Кристины, да еще звонки из перинатального центра «Мама», где Ася стояла на учете по беременности, вот и вся история.

– Надо соседей опросить, вдруг кто видел? – предложил Михайлов.

– Пойдем!

Оставив Арину Константиновну в квартире, они поднялись на последний этаж и стали звонить во все двери. В двенадцати им никто не открыл, в остальных восьми Асю сегодня никто не видел.

– Что дальше? – спросил Михайлов, когда они оказались на первом этаже.

– Поезжай в офис, дальше я сам.

– Давайте я еще побегаю по квартирам, поспрашиваю? Лена справится в офисе без меня.

– Давай. Будет информация – звони. Не будет – тоже звони.

Тимур вернулся в Асину квартиру.

– Ну как? – встретила его вопросом Арина Константиновна. И сама же себе ответила: – Похоже, никак. А может, у нее роды начались?

Тимур только пожал плечами – на эти вопросы его эрудиция не распространялась. Он взял Асин телефон, покрутил в руках. А что, если правда начались? Чтобы он сделал на Асином месте? Нет, так ставить вопрос не годится. Его, Тимура, действия подчинены логике, а у Аси… Нет, определенная логика в ее поведении, конечно, имеется, но только своя, женская, порой неподвластная мужскому уму. И все-таки…

Он не придумал ничего лучшего, как набрать номер перинатального центра.

– Центр «Мама», здравствуйте, Ася! – приветствовал его грудной, с легкой хрипотцой женский голос.

– Здравствуйте, я не Ася, я ее коллега. Ася, случайно, не у вас?

– Нет, мы ждем ее завтра на плановый осмотр.

– Спасибо. – Тимур сбросил звонок.

Что можно еще сделать? Он вопросительно посмотрел на своих спутников, безмолвно взирающих на него.

– Начальнице надо звонить, – посоветовала Арина Константиновна.

Он не хотел пугать Кристину. Но и Рыбаку звонить желания не было. Тот сейчас в дороге, и предсказать его реакцию на известие об исчезновении Аси сложно. Мало ли что тот может устроить в состоянии стресса. Еще свежа в памяти авария в Крыму, когда Рыбак чудом остался в живых. Итак, кому звонить – Кристине или Ивану? Ивану или Кристине? Ты еще монетку кинь, обругал себя Тимур и набрал Рыбака.

– Понял, – хмуро сказал тот, – перезвоню.

– Что сказал? Что? Это Асин муж был? – атаковала вопросами Арина Константиновна.

– Муж. Ничего. Поехали, – надев привычную маску, ответил Тимур.

Старушка, подхватив Георгия, поковыляла к двери. По пути она еще пыталась что-то выяснить, но безрезультатно.

* * *

Иван резко принял вправо и затормозил у обочины.

– Тут нельзя, – возмутился Лебедев, – оштрафуют!

Но Рыбак, не обращая внимания на коллегу, лихорадочно скроллил телефонную книгу в смартфоне.

– Дубов! – заорал он, найдя нужный контакт. – Где Ася?

– Ты что, Рыбак, нажрался? – Голос Бориса Мироновича звучал осуждающе.

– Где Ася? Что ты с ней сделал? Если с ней что-нибудь случится, я… я…

– Не говори то, о чем потом можешь пожалеть. Насколько я понял из твоей несвязной речи, твоя жена сбежала, и твои тупые мозги решили, что это я ее увел? Во‑первых, как супруга она меня не интересует, мне хватило твоей бывшей свекрови. До сих пор ухитряется сосать мою кровь, хотя мы уже пять лет, как не живем вместе. А во‑вторых, Ваня, младенцы – это такая хрень, я тебе доложу. Это сейчас, когда ты пускаешь слюни на набухшую грудь жены, кажется, что жизнь прекрасна. Но как только вопящий, писающий и гадящий ребенок появится в вашем доме, жизнь твоя превратится в дерьмо. И понадобится добрых лет двадцать, а то и все пятьдесят, чтобы из этого дерьма вылезти. Не поверишь, я иногда приходил на службу, и мне казалось, что от меня воняет обосранным подгузником. Это по-нят-но?

– Мне непонятно, почему она пропала именно после того, как вы недвусмысленно намекнули, что, если я не откажусь от поисков Герасимова, с Асей могут приключиться неприятности!

– Чего в запале не скажешь? Сейчас приостыл, беру свои слова обратно. Давай так, ты обещаешь прекратить ковыряться в деле моего зятя, будь он неладен, а я – ты не думай, что, если я на пенсии, значит, пора в утиль, – максимум через полчаса скажу, куда подевалась твоя благоверная. Согласен?

– Согласен!

– Нет, ты пообещай!

– Обещаю!

– Хорошо, жди.

Следующим, кому позвонил Рыбак, был Щедрый.

– Я уже подъезжаю к Новоракитинску, – доложил майор. – А ты где?

– Еду домой. Аська пропала.

– Как пропала? А Кристина?

– Кристина на месте, Аси нет. Оставила дома телефон и куда-то делась. Тимур пробежался по соседям – никто ничего не видел.

– А звонки? Может, кто-то ей звонил, они договорились встретиться…

– Спасибо за ликбез. Звонили из перинатального центра, договорились встретиться завтра. Помоги, Геннадьич!

– Конечно, пришли фото Аси, я своим парням позвоню.

– Сейчас Федя тебе скинет.