27 ноября. Реальность

Ася положила кисточку и довольно посмотрела на свою картину. Рыжий котенок играл с клубком желтых ниток. На заднем плане колыхались синие занавески. В открытое окно была видна белая черемуха, с которой опадали продолговатые лепестки.

В спальню зашла Милана и села на кровать.

– Какой прелестный котенок. Непонятно только, почему у тебя цветет черемуха. На дворе же ноябрь.

– Такой был заказ, чтобы за окном была поздняя весна. Вообще, сейчас на котят повышенный спрос, – чуть усмехнулась Ася. – Маревна Андревна попросила нарисовать.

– В эгомире не нарисовалась?

– Нет, – рассмеялась Ася. – Есть еще кое-кто ненарисовавшийся. Я рассказала Маревне Андревне, что видела там ее Сашу. Ну что мы с Арсением попали в эгомир ее бывшего парня.

– Да, ты мне говорила. Странная ситуация. Получается, что этот Саша даже не думал о возвращении.

– Ну да. Наорал на нас, что мы вторглись в его эгомир. Спрятался в доме, сказал, чтобы мы проваливали, и велел передать, что ему хорошо и типа отстаньте все.

– Маревна Андревна расстроилась?

– Не особо. Похоже, она уже это пережила. Приняла его уход и отсутствие. Мне показалось, что она даже не удивилась. Словно понимала, что у него давно крыша поехала и ему действительно хорошо в эгомире.

– Похоже, Арсений ей понравился.

– Думаю, да. Когда мы стояли в холле, в день возвращения, после той трогательной сцены встречи двух братьев, она сама предложила Арсению встретиться в субботу и подобрать мобильник. Демьян – молодец, вызвался им помочь. Потом они полдня объясняли Арсению, как пользоваться смартфоном.

– Странно, что Арсений не захотел остаться у брата. Попросил пожить в академии в свободном номере на пацанячьей половине.

– Это как раз понятно. Не захотел беспокоить. У Артемия семья, двое маленьких детей.

– Беспокоить! – фыркнула Милана. – Артемий-то как расстроился!

– Ничего, зато вечер субботы и все воскресенье был здесь с братом. Я видела, они ходили по академии. Артемий показывал, что изменилось. А потом они долго сидели в саду.

– Откуда знаешь?

– Арсений освоил ватсап и прислал мне несколько сообщений. Отчитался, где был, что делал и что планирует делать в ближайшее время, – улыбнулась Ася. – Мы договорились, что будем постоянно на связи, чтобы больше никогда не потеряться.

Милана прошла в гостиную и крикнула:

– Хочешь кофе?

– Давай. – Ася встала и переместилась за стол в гостиной.

Засунув в кофемашину капсулу, Милана весело спросила:

– Про нашу Маревну Андревну он ничего тебе не написал?

– Как же, написал. Что она приятная, отзывчивая, очень добрая и симпатичная женщина. Планирует пригласить ее в следующие выходные куда-нибудь, куда она сама скажет.

Милана засмеялась.

– Что ты смеешься? – Ася всплеснула руками. – Он же ничего не знает. Где вкусно поесть, где потанцевать, где музыку послушать и все такое.

– Это точно. Тут месяц не следишь за новостями, уже отстал от жизни. А для него… Прошло столько лет, все так изменилось.

– Правда, первое свидание он ей уже назначил.

– Да ладно? И где же?

– В нашей большой аудитории. Пригласил ее порисовать сегодня вечером. После собрания. – Ася улыбнулась и чуть заискивающе спросила: – Ты же пойдешь со мной на собрание?

– Если можно, я бы сходила. У вас так интересно. – Милана поставила перед подругой свежесваренный ароматный кофе.

– Отлично. – Ася подвинула чашку и сделала глоток. – Ах! Как же приятно чувствовать вкус… – Медленно смакуя, она выпила кофе до дна. – Уж не знаю, что у них там получится. Они оба немного прибабахнутые.

– Ну самый прибабахнутый у нас известно кто. – Милана положила в кофемашину новую капсулу и нажала кнопку. Полился горячий темный напиток.

– Кого ты имеешь в виду?

– Известно кого. – Милана помолчала и сказала: – Мирона, кого же еще.

Ася опустила глаза.

– Если тебе неприятно, я не буду о нем говорить, – быстро спохватилась Милана.

– Нет, – подняла взгляд Ася. – Я как раз хотела спросить. Как он? Я не видела его сегодня на лекциях.

– Когда я приехала в академию, встретила в холле Маревну Андревну. Она мне рассказала, что Мирон вчера написал ей в личку в телеге. Попросил встретиться в академии сегодня пораньше. Она приехала к восьми утра. Мирон уже ждал ее у кабинета. Он сказал, что очень рад твоему возвращению. Расспрашивал про техническую сторону возврата из эгомира. Маревна Андревна передала ему способ, о котором ты рассказала, когда мы сидели у водопада. Ну типа что надо все делать в обратном порядке и позаботиться, чтобы кто-то ждал в реальности. Короче, Мирон попросил ее разрешения отправиться в эгомир. Как он выразился, подумать, разобраться в себе и порисовать. Потом вернуться.

– И она согласилась?

– Да. Отвела его в сад и отпустила. Для связи Мирон оставил Маревне Андревне автопортрет.

– Да? Живой? – спросила Ася.

– Ага. Сказала, что лежит у нее в столе. В эгомире он нарисует такой же портрет, – Милана сделала большой глоток кофе, – и они смогут общаться.

– Дверь нарисовал на том месте, где мы убрали решетку? – Ася допила кофе.

– Да. Странно вообще, что раньше никто не додумался расчистить место рядом с решеткой, там нарисовать дверь и свалить в эгомир. Как ты.

– Откуда мы знаем? Может, и додумался.

– Считаешь, что в эгомир ушло гораздо больше народу, чем нам говорят?

Ася пожала плечами.

– Вполне может быть.

– Если там так круто, как ты рассказываешь, я бы тоже туда прогулялась. Правда, когда я намекнула Маревне Андревне, что теперь, когда известен алгоритм возвращения, можно посетить эгомир совершенно без страха остаться там навсегда, она так зыркнула на меня, ну ты знаешь, как она умеет, строго. И говорит: «Мы не будем устраивать из этой возможности аттракцион!»

– Наверное, это правильно. – Ася задумалась и покрутила кончик косы. – Скорее всего, всех желающих пускать не будут, но некоторым, кому это действительно нужно, будут разрешать.

– Только надо разработать правила посещения и выхода обратно, – усмехнулась Милана, – чтобы мутности не напустили в реальность. Интересно, что это вообще было?

– Я задала этот вопрос Арсению. Он сказал, как и Маревна Андревна, что эгомир не отпускает из своих владений тех, кто в него попал.

Милана нахмурилась.

– Вот надо написать в правилах, чтобы выбирались как положено и не впускали сюда ничего лишнего.

– Ага. Кстати, о мутности. Прикинь, моя мать каким-то образом узнала о том, что я получила грант. Когда я включила телефон после возвращения, от нее было шесть пропущенных вызовов и три сообщения с требованием, подчеркиваю, именно требованием, срочно перезвонить.

– Почему ты мне раньше не рассказала?

– Знаешь, было так противно. Не хотелось портить приятные моменты.

– И что ты ей ответила? – Милана нахмурилась.

– Что это мое творчество, мой грант и моя жизнь, – Ася сделала акцент на словах «мое», «мой» и «моя». – А она пусть живет своей жизнью.

– Наконец-то. Дала отпор. Молодец! – весело произнесла Милана и внимательно посмотрела на подругу. – Ты изменилась. Эгомир пошел тебе на пользу.

Ася улыбнулась.

– Маревна Андревна сказала, чтобы я завтра зашла к ректору. Он хочет со мной познакомиться и обсудить, куда перечислить грант. Еще она сообщила, что на все мои картины есть покупатели.

– Вот это да. Супер!

В дверь постучали.

– Входите, открыто! – хором крикнули подруги.

В прихожую зашли Соня и Катя.

– Ася, ты идешь на собрание?

– Планировала. Оно вроде на семнадцать назначено?

– Да.

– Не знаете причину такого экстренного сбора?

– Не слышали.

Катя с Соней переглянулись.

– Кстати, с возвращением тебя. В какой стране была?

– В волшебной, – улыбнулась Ася.

– В Италии, девочки, в Италии, – быстро проговорила Милана и вышла в прихожую. – Мы скоро придем.

Она вежливо улыбнулась.

– Спасибо, что напомнили о собрании.

Катя и Соня вышли из номера. Милана закрыла за ними дверь и вернулась в гостиную. Ася усмехнулась и сказала:

– Это они пришли на меня посмотреть. На лекции по истории и весь русский пялились. Чуть шеи не свернули. Подойти не решились. Никто не афиширует, что я была в эгомире, но слухи ходят по всей академии.

– А что ты удивляешься. Им интересно. Вдруг у тебя третий глаз открылся или еще два уха выросло.

Ася засмеялась. Милана взглянула на мобильный.

– Еще полчаса. Может, сходим в кафе?

Раздался стук в дверь.

– Войдите.

В прихожей появился Демьян, у него на плече висел большой рюкзак. Он поставил его на пол и снял обувь.

– Дема? Привет, – удивилась Ася. – Ты не на работе?

– Сегодня понедельник, у меня выходной. Я вчера работал. – Он прошел в гостиную.

– Точно. Я забыла. Извини, ты же мне писал.

– Да ничего. Вот решил к вам заехать. Соскучился.

– С пятницы?

– Ну да. – Он широко улыбнулся.

– Ладно, проходи. Чего не раздеваешься?

Демьян загадочно посмотрел на Асю и засунул руку под пальто. Раздалось шуршание, тихий писк и возня. Демьян вынул из-за пазухи маленького белого щенка мальтипу, в точности такого, как был на рисунке.

– Вот. Это тебе. Еле нашел. Вроде похож.

– Боже мой…

Ася взяла маленький пушистый комочек на руки и прижала к груди. Щенок лизнул ее в подбородок и принялся вилять хвостиком. Подошла Милана.

– Ах, какой милаш!

– Насчет щенка в номере вы не беспокойтесь, – быстро проговорил Демьян, снял пальто и положил на стул. – Я узнал у Маревны Андревны, что в общежитии академии можно держать маленьких животных, если они никому не будут мешать.

Демьян с улыбкой посмотрел, как подруги с умилением сюсюкались с малышом, и принес из прихожей рюкзак. Открыл молнию и стал выкладывать на стол разные предметы.

– Заводчица сказала, что все прививки и обследования, или что у них там, сделаны. Я купил корм на первое время, небольшое одеялко. Раскладная коробка для начала. Вот бутылочка для воды, миска, пакетики для экскрементов. Если какие вопросы, можно позвонить заводчице и проконсультироваться. Мы договорились, что я дам ее номер.

– Это супер, потому что у меня никогда не было собаки… настоящей, – улыбнулась Ася, – и я не знаю, как с ними обращаться.

– Можно его подержать? – попросила Милана.

Ася передала щенка подруге. Милана ушла с ним в спальню. Положила мальтипу на кровать и принялась почесывать ему животик.

– Чего тут обращаться? – приговаривала она. – Просто любить это чудо, и все.

Демьян подошел к Асе, взял за руку и посмотрел в глаза.

– Асюша, милая…

«Ой, для меня еще одно ласковое название!» – улыбнулась про себя Ася.

– …Я кучу информации перелопатил про эту породу собак. Они действительно очень милые, забавные, любвеобильные и послушные. Доставляют много радости и положительных эмоций своим хозяевам. Этот щенок самый настоящий. Не нарисованный… И я тоже… настоящий. Предлагаю перейти из стадии переписки на следующий уровень – в офлайн.

Ася убрала руку.

– Мне надо учиться и рисовать.

– Понимаю. Но иногда тебе же надо отдыхать?

Она пожала плечами.

– Ну вот, – обрадовался Демьян. – Вечером сходим в одно место? Я знаю приятный бар, там сегодня играют джаз. Вернее, там всегда по понедельникам играют джаз.

– Люблю джаз, – улыбнулась Ася.

– Тогда я заеду за тобой в восемь?

– А как же щенок? – забеспокоилась Ася.

– Я побуду с малышом! Нет проблем. Идите куда хотите! – крикнула Милана из спальни. – Демыч, пришли мне тоже контакт этой заводчицы.

– Хорошо.

Демьян подхватил свое пальто и вышел в прихожую.

– Девчонки, пока! – крикнул он и закрыл за собой дверь. Ася прошла в спальню и присела рядом с развалившимся щенком.

– Как его назовешь? – спросила Милана.

– Арни.

Щенок повернул мордочку.

– Смотри, ему нравится. Арни, Арни, – позвала щенка Милана.

– Надо почитать в инете про мальтипу. И позвонить заводчице.

Устроив щенка в коробке, подруги отправились на собрание.

В самой большой аудитории в несколько рядов были расставлены стулья. В торце находилась трибуна. Рядом с ней, в креслах, за длинным столом сидели преподаватели. На трибуну поднялся Артемий Гвоздниковский.

– Добрый день, дорогие коллеги и студенты. Рад сообщить, что после долгого отсутствия к нам вернулся мой брат Арсений Гвоздниковский. Талантливый художник, один из первых студентов академии, человек, который стоял у истоков развития нашего учебного заведения.

С первого ряда поднялся Арсений и поклонился залу. Артемий выдержал паузу и продолжил:

– Вчера у Арсения возникла идея провести эксперимент со скульптурой. Он сделал фигурку коня, и она ожила!

Арсений подошел к столу преподавателей, вытащил из кармана статуэтку и поставил на стол. Конь взвился на дыбы и пронесся по деревянной столешнице. Остановился у края и стал бить копытом.

По аудитории пронесся гул. С задних рядов студенты встали на стулья, чтобы увидеть новое чудо.

Помолчав, Артемий торжественно заявил:

– Мы решили открыть в нашей академии отделение скульптуры. Оживающей скульптуры, – он выделил слово «оживающей», – и Арсений Гвоздниковский возглавит это направление.

Студенты повскакивали со своих мест. Раздались бурные аплодисменты. Преподаватели встали, восхищенно хлопая в ладоши. Зал наполнился овациями. Арсений аккуратно взял фигурку, подошел к Асе и протянул на ладони бьющего копытом коня.

– Это тебе. Подарок. А в субботу поедем к настоящим лошадям. Как я обещал.

Возможно продолжение.

***В романе использованы стихи Арины Малых, написанные в 18 лет.