Завершение третьего дня в эгомире

Бракса насторожилась и уставилась на дверь. Раздалось еле различимое шуршание. Такса с громким лаем бросилась к входной двери. Ася подошла и прислушалась.

– Да тише ты. Сидеть!

Бракса села и замолчала. Медленно подняв щеколду, Ася осторожно выглянула за дверь.

– Никого нет.

Ткнувшись носом в ногу хозяйки, собака негромко тявкнула. Ася опустила взгляд и увидела ежика. У него не было задней лапы.

– Ах ты, бедняга. – Художница наклонилась, завернула колючего пострадавшего в плотное полотенце и положила на стол. – Я поправлю.

Подрисовав ножку, она отпустила ежика в лес. Вернулась в дом и закрыла дверь на щеколду.

– Значит, тьма по-прежнему в лесу. Она калечит моих зверей. Портит мой мир. Что же это такое? Вот уж не думала, что в моем идеальном пространстве придется чего-то опасаться и с чем-то бороться. Может, темнота приползла от того рыбака? А вдруг она и до меня доберется? Останется от меня одна белая полоска. – Ася нахмурилась. – Как же от нее избавиться? Один прием у меня есть – яркий свет. Надо постоянно ходить с фонарем. Но у зверей-то фонариков нет… И этот рыбак… Он там совсем один, ничего не подозревает.

Она села на диван и задумалась. Такса прилегла рядом и подняла морду.

– Гав.

– Опять же скажу, что ты права. Мне тоже пришла в голову эта мысль. Вдруг этот человек ничего не знает про тьму? Сидит себе спокойно на бережку, ловит рыбку. А сзади может подкрасться чернота и поглотить его. А если это его темнота? Тогда тем более надо сходить к нему и выяснить, что это такое и как с ней бороться. – Она вздохнула. – Хотя вряд ли. Он бы так спокойно не сидел на мостике с удочкой.

Бракса тявкнула. Почесав за ухом собаку, Ася проговорила:

– Очень не хочется… Но надо. Пойти к нему и поговорить. Предупредить. Просто подойти и сказать, что вот, извините, но вас может поглотить тьма. – Ася усмехнулась. – Представляю, как бы я отреагировала. Сижу себе на бережку, никого не трогаю. Вдруг подходит девица с растрепанными соломенными волосами и в идиотском платье в горошек и говорит: «На вас может наползти темнота и от вас останется только белая полоса. Надо быть поосторожнее. Вооружитесь фонариком и ждите нападения. Как только она появится, сразу светите в нее ярким лучом, тогда тьма пропадет. Я не знаю, откуда она взялась, но ко мне эта черная масса уже приползала. Она стремится поглотить все живое». Может, он все-таки знает, что это такое?

Такса лизнула ее коленку. Художница потрепала собаку по голове.

– Согласна. Надо поговорить с ним.

Ася взяла этюдник, фонарь и направилась к выходу. Такса последовала за ней. Муся запрыгнула на подоконник и проводила долгим пристальным взглядом хозяйку и собаку.

Осторожно продираясь сквозь чащу, тревожно осматриваясь и постоянно освещая дорогу, Ася добралась до поляны с озером. Приказав Браксе идти рядом и не шуметь, художница вышла из леса и осмотрелась. На мостике никого не было. Она подошла к лачуге и негромко постучала. Дверь распахнулась, и Ася увидела вчерашнего рыбака.

– Здравствуйте, – все приготовленные слова внезапно улетучились у нее из головы. Ася растерянно сделала шаг назад.

– З-з-дравствуйте. – Обитатель лачуги в полном изумлении уставился на гостью.

Возникло неловкое молчание. Незнакомец рассматривал Асю, а она его. Молодой человек был хорош собой. Сегодня он был в клетчатой рубашке, джинсах и без бейсболки. Короткие светлые волосы, добродушные голубые глаза, широкие коричневые брови, прямой нос, спокойная улыбка, мужественный подбородок. Ростом повыше Аси, широкоплечий и худой. На вид лет двадцать.

– Я – Ася, – пробормотала она. – А вас как зовут?

– Арс-с-сений, – чуть заикаясь ответил он, продолжая изумленно разглядывать живую девушку, которая так неожиданно появилась на пороге его жилища.

– Нам надо поговорить. – Ася озабоченно на него посмотрела. Что-то знакомое мелькнуло в выражении его лица.

«Очередное наваждение», – подумала она и решительно шагнула внутрь лачуги. Арсений посторонился, пропуская гостью. Ася окинула взглядом нехитрое устройство жилища: стол, диван, кресло. За отдернутой занавеской, разделяющей комнату на две части, разобранная кровать. На столе песочные часы.

Ася сняла этюдник, поставила на пол рядом с собой. Села в кресло и придвинулась к столу. Забежала такса и устроилась у ее ног. Арсений закрыл дверь и вопросительно посмотрел на гостью.

– Садитесь, – пригласила Ася и перекинула свою косу на спину.

Арсений опустился на диван, напротив посетительницы, не сводя с нее изумленного взгляда.

– Я сама не понимаю, как сюда попала. Но хочу вас предупредить об опасности, которая вам угрожает.

– М-м-можно я потрогаю вашу руку?

– Конечно. – Ася вытянула вперед правую руку.

Он взял ее пальцы, погладил и приложил к щеке.

– Т-т-теплая.

– Конечно, теплая, – Ася смутилась и осторожно высвободила руку. – Послушайте. Я учусь в академии «Живой шедевр». Так сложились обстоятельства… Возникли некоторые проблемы… Такая ситуация… Короче, я прошла в саду по дорожке, нашла стену и нарисовала дверь. Очутилась в эгомире. Долго его составляла, рисовала. Потом появилась странная чернота, тьма, которая наползала и как бы откусывала части от моего нарисованного мира и его обитателей…

– Т-т-так это ваша?

– В каком смысле моя? – опешила Ася.

– В с-с-смысле, что такого никогда не было.

– А вы не знаете, что это такое?

– Ч-что это такое, – эхом повторил Арсений.

– Короче. Я пришла вас предупредить. Эта чернота может приползти сюда. Возьмите фонарь и посветите на нее. Тьма пропадает под ярким светом.

– Э-т-т-то я уже понял.

– Она была здесь?

– М-м-мельком. Словно кого-то искала.

– Она что, живая?

– Здесь все живое, – философски заметил он.

– А как от нее избавиться?

– П-п-пока не знаю. Это же не моя чернота…

Слегка обидевшись, Ася встала, взяла этюдник и накинула ремень на плечо.

– В общем, я вас предупредила.

Она позвала собаку и вышла из лачуги. Такса вскочила и побежала за хозяйкой.

Весь обратный путь Ася размышляла о необычном обитателе хижины, высказывая вслух свои соображения:

– Что это значит – не его чернота? Он хотел сказать, что тьма – это мое произведение? Типа она появилась из-за меня?

Ася фыркнула и нахмурилась.

– А что, если это правда? Но я никакой черноты не рисовала. Откуда она взялась?

Ася перелезла через большую корягу и продолжила рассуждать:

– Очень странный чел. Может, он даже не в себе. Хотя, с другой стороны, весьма симпатичный. Возможно, он просто давно ни с кем не общался. Как думаешь, Бракса?

Собака молча бежала рядом, стараясь не отставать от хозяйки. Иногда она останавливалась и принюхивалась.

– Ты, как всегда, права. Мы должны посматривать по сторонам. Чтобы нас не застали врасплох. Чернота наверняка где-то рядом. – Ася с опаской посмотрела в сторону темной чащи. – Но все-таки… Кто этот парень? Как там его зовут? Арсений? Да. Живет в убогом домишке, хотя мог нарисовать себе все что угодно. Или не мог? А представь, моя дорогая Бракса, если он по какой-то причине попал в мой мир? Тогда он ничего не мог создать. Логично? Если это мой мир. Может, он вообще не художник? Но постой-ка. Опять не сходится. Я же не рисовала это озеро, чащу, поляну, лачугу и мостик. Значит, это он нарисовал… Но как тогда я смогла войти в его мир? Совсем запуталась.

Неторопливо, осторожно пробираясь по уже знакомым местам, Ася не забывала оглядываться и освещать фонарем темные места. Показалась речка и белый дом с красно-коричневой крышей, на которой нелепо торчала высокая труба.

– Фух. Пришли. Зачем только я эту трубу нарисовала? – спросила Ася и сама себе ответила: – По инерции – дом, значит, должна быть труба.

Она вышла на песчаную дорожку, заметила в окне Мусю и помахала. На крыльце что-то лежало. Это был кролик. Он был в крови и жалобно дергал лапкой.

– Опять! Какой-то кошмар…

Забрав несчастного зверька в дом, она исправила положение и отпустила кролика в лес.

– Что же делать? Как их защитить? И как защититься самой? Может, нарисовать много прожекторов, чтобы они постоянно светили на дом и в лес? – Ася задумчиво покрутила кончик косы.

Она отправилась в гостиную, села за письменный стол и открыла дневник.

«Непонятный день непонятного месяца. Вчера я увидела здесь живого человека. Как-то странно писать “вчера” или “позавчера”. Наверное, правильно будет писать один сон назад или два сна назад. Короче, он сидел на мостике у озера и ловил рыбу. Я испугалась и убежала. Хотя он не проявлял никакой агрессии. Вообще ничего не заметил. Сегодня меня заела совесть (или любопытство?), и я ходила к нему поговорить. Предупредить о непонятной темноте, которая портит жизнь моим созданиям (нашла причину?). Этот человек оказался симпатичным парнем, только каким-то заторможенным. Зовут его Арсений. Мне показалось, что он кого-то мне напомнил. Но не могу сообразить, кого именно. Увидела у него песочные часы. Интересное решение для понятия времени. На циферблате моих часов по-прежнему пятнадцать минут одиннадцатого. Эх. Ну и ладно. Пойду спать. Когда хочу, тогда и ночь».