Очень быстро Ира устроилась на работу в компанию, занимающуюся международной торговлей. Повезло так повезло. Направление считалось престижным. А главное, самой Ире показалось очень интересным: обещали переводы не только документов, но и переговоров руководителя с иностранными партнерами, то есть шанс поработать синхронистом. Мечта!

Все сотрудники носили деловые костюмы темных тонов. А каких же еще? Не зеленые же или желтые, в самом деле. Деловые ж люди, а темный цвет – вечный спутник бизнеса, это давно всем известно. Женщины сплошь ходили на каблуках. Все выглядело довольно эффектно. Ире сразу стало понятно – она попала в мир большого бизнеса.

Приживется ли она здесь? Очень хотелось. Поэтому в ближайшие выходные Ира купила себе похожий костюм (темно-синий, пусть все поймут, что она человек системы), пару блузок и туфли на высоком каблуке. И сразу же почувствовала себя полноценной частью коллектива.

Несколько месяцев с азартом вчерашнего выпускника она переводила юридические и бухгалтерские документы. Позволяла себе только утренний кофе и быстрый обед с коллегами, ради укоренения в коллективе, остальное же время не поднимала глаз от работы. Рассчитывая, что усидчивость и исполнительность, которые когда-то помогали ей в шитье (да, баловство, но навык-то от него хороший остался), должны помочь и сейчас.

Ощущение новизны ушло неожиданно быстро, а работа сразу превратилась в рутину. Довольно скучную, надо признать. Мечталось о переговорах, живом общении с иностранцами, но каждый день ее закидывали стопками унылых, похожих друг на друга документов: штампованные сухие фразы, графы в таблицах, название должностей, юридические термины. И ничто не предвещало перемен. Тогда Ира позволила себе не гореть на работе, а выполнять все спокойно, без надрыва, но, разумеется, добросовестно.

Шеф при встрече любезно интересовался, всем ли она довольна, и продолжал обещать скоро-скоро много интересных встреч и задач.

Ира улыбалась и вздыхала.

– Раз говорит, значит, так и будет. Михаил Дмитриевич всегда держит слово, – заверяла Яна, специалист по закупкам.

Яна носила темно-серый костюм в тонкий рубчик. И губы у нее были очень тонкие. Почему-то именно эти две детали сразу и прочно врезались в голову Иры.

Так вот, специалист по закупкам во всем поддерживала шефа и слепо верила каждому его слову. Стоило ему появиться в офисе, ее глаза загорались. В общении с ним она всегда была максимально внимательна, при необходимости всегда могла процитировать любой отрывок из его речи, над шутками смеялась, от похвалы заливалась краской.

– Нет, я не влюблена в шефа, – поясняла Яна почти ежедневно. – У меня в него деловая влюбленность. Понимаете? ДЕЛОВАЯ!

Коллеги единодушно кивали, при этом каждый понимал что-то свое.

Ира же вообще была погружена в размышления о своем будущем, не до других ей было. Возможно, как раз это и привлекло к ней Яну.

Началось все с совместных обедов, потом стали пить кофе по утрам, вместе пошли пару раз домой – и извольте:

– А ты когда планируешь замуж?

– Не знаю… Как получится, – опешила Ира.

– А есть за кого хоть? – тонкие губы плотно сжались.

– Нет.

– У меня тоже нет. Но я хочу в ближайшие два года. Пора. Мне и так уже двадцать три. Тянуть нельзя. Надо быстро в декрет успеть и вернуться, делать карьеру. Иначе поздно будет. Но я хочу мужа состоятельного и при должности. За студента или какого-то начинающего, конечно, не пойду, это даже не обсуждается. Вот с Михал Дмитричем ходила на переговоры, знакомилась с мужиками, но они все женаты. М-да… И шеф сам тоже. А они такие все, старой закалки, бывшие военные, своих жен точно не бросят. Ну а на роль любовницы я сама не соглашусь никогда! Только время тратить.

– А если б шеф был не женат?

– Ну! Это другое дело. Хотя он вообще-то… мммм… такой, да. Мой типаж, – глаза снова зажглись.

Разговоры про поиски мужа велись с тех пор регулярно. Настойчиво. Можно даже сказать, налицо была явная зацикленность на вопросе.

После выходных тонкие губы Яны с пристрастием пытали Иру: где была, познакомилась с кем-то? Потом шла очередь допроса секретаря: с кем у шефа назначены встречи, есть ли среди них новые люди, ожидаются ли какие-то гости? Девочки с ресепшена соседних офисов тоже были ею старательно прикормлены – тортиками и комплиментами – и регулярно выдавали отчет о кадровых изменениях на своих территориях.

Вовлечены были многие.

Это вселяло надежду на успех.

Спустя почти год работы Иру наконец-то пригласили переводить переговоры. Шеф планировал расширение, нашел подходящих партнеров и пребывал в волнительно-приподнятом ожидании крупной сделки. Ира очень волновалась и штудировала словарь деловой лексики. Наткнувшись на незнакомое слово, впадала в панику и с тоской вспоминала золотое время, когда имела дело только с молчаливыми документами. Как же хорошо было! Чего ей не сиделось? Приставала ко всем с этими переговорами, вот и получила!

В разгар таких внутренних бичеваний в ее кабинет влетела Яна:

– Нашла! Михаил! Тридцать лет! Разведен! Юрист! Очень перспективный!

– Познакомилась?

– Нет еще! Скоро! Послезавтра он придет к нам на переговоры. – Серый рубчик вздымался вверх вместе с пиджаком, ведь хозяйка бежала с другого этажа сообщить о своей находке!

На словосочетании «послезавтра переговоры» внутренние бичевания Иры разгорелись с новой силой.

– Уже послезавтра… Боже!.. Не напоминай…

– Да уж, времени немного. Но ничего. Завтра вечером на маникюр, а на укладку с утра перед работой. Успею!

Волнения были напрасными. Для обеих. Ира прекрасно справилась с задачей, а Михаил не обратил на Яну никакого внимания.

Даже когда после встречи все пошли в кафе продолжить диалог в неформальной обстановке и Яна расположилась поближе к своей жертве, каждой клеточкой источая обаяние, перспективный юрист остался вежливо-отстранен и не заинтересован в общении.

– Наверное, стеснялся при начальстве. Стесни-и-и-ительный, – Яна посмаковала это слово. – А это даже мило! Ничего. У меня же есть его контакты. Пристану с каким-нибудь вопросом, типа по работе. Никуда не денется!

Но план снова дал сбой.

Михаил совсем не был стеснительным. Даже наоборот. И в этом на следующий же день убедилась… Ира.

Утром в почте она обнаружила от него письмо, формальное: приятно было познакомиться, благодарю за прекрасную работу, вы профессионал, уверен, еще не раз пересечемся. Конечно, ответила взаимной любезностью, а кто бы не ответил? Просто не смогла пропустить мимо похвалу своей работе. И тут же получила новое письмо с предложением встретиться после работы, выпить кофе.

Тут Ира растерялась.

Михаил ей понравился, чего греха таить. Вчера, как только волнение первых минут рассеялось, она обратила внимание на того самого юриста из дружественной компании, который не сводил с нее глаз. Смотрел очень по-доброму, заинтересованно. Когда их взгляды встретились, тепло улыбнулся. Он не был красавцем, скорее приятным и обаятельным.

Позже в кафе, когда рядом не было Яны, они душевно поболтали. Приятное впечатление только усилилось.

В другой ситуации Ира наверняка уже настрочила бы ему в ответ «Да! Конечно!» в перерыве между прыжками до потолка от радости. Но была Яна. И она не бездействовала: уже сочинила текст якобы делового письма, которое должно было их с Михаилом сблизить.

Но и этот план дал сбой. Ответного письма не последовало.

А Михаил оказался еще и настойчивым.

Не дождавшись решения от растерянной Иры, вечером сам явился к их офису и увез пить кофе. А потом стал приезжать ежедневно. Девушка не возражала. Ласково улыбалась, опускала глаза. Иногда щеки предательски розовели, к счастью, недолго, ибо «кофе» как-то очень мягко и логично перерос в отношения. Причем сразу в основательные и серьезные, как сам Михаил.

Вот вроде недавно они были двумя отдельными отрезами ткани, болтались в районе швейного стола: разная текстура, узор, форма, никто не собирался из них что-то шить. А потом взял, наложил друг на друга и пустил под лапку швейной машины, просто чтоб проверить ее работу. Сделать пробные стежки.

И иголка прошла по сердцам случайных отрезов – раз-два, раз-два, – медленно сначала, пробуя, а потом быстро и уверенно – раз, раз, раз! И вот детали уже крепко сшиты. И даже симпатично получилось. Неожиданный союз тонкой, трепещущей тюли и крепкого драпа, служащего годами.

Да, Михаил был как верхняя одежда из СССР. Классического кроя. Прочная. На века. По наследству передавать можно. И греет так же, как в первый год.

Он развелся почти пять лет назад. С женой, по его же словам, сохранил дружеские отношения, даже лучше, чем в браке, поддерживали друг друга и совместно растили семилетнего Павлика.

Разошлись, потому что были молодые и глупые. Он студент, перебивался халтуркой за копейки, зачем-то надумал идти в аспирантуру. Она почти сразу после свадьбы ушла в декрет и на работу не вернулась, компания обанкротилась. Новорожденный орал в любое время суток, болел, требовал постоянного внимания, сил, денег.

Не готовые к таким переменам, молодожены срывали усталость друг на друге. Жена винила Михаила в том, что тот не может содержать семью, он ее – в непонимании. Он не собирался бросать учебу, стоял на своем: надо потерпеть пару лет, и тогда точно все будет. Так что его настойчивость проявлялась уже тогда, да. Но пара лет на фоне бесконечного плача, диатеза, колик, бессонных ночей и нехватки денег казалась нереальным сроком. Жена взяла сына и уехала к родителям.

Михаил даже, к стыду своему, обрадовался сначала. Никто не мешал учиться. Потом заскучал, пытался все вернуть, но поздно: у жены уже появился новый ухажер. Так и развелись. От алиментов не бегал никогда, даже устроившись на приличную работу. Тем более тогда. Баловал, задаривал, исполнял любую прихоть. Бывшей жене тоже перепадало на булавки и не только. Никто не был обделен, никто не держал обиды. Так и жили.

Но по своей натуре Михаил был семейным человеком, не одиночкой, и, как только вопрос карьеры более-менее решился, стал смотреть по сторонам и нашел Иру. А она и не сопротивлялась. Было только два щепетильных момента, в самом начале.

Первый – Яна. Равнодушие со стороны Михаила ее прямо-таки оскорбило. Ведь он не мог не понять ее намеков и не оценить напора, но не откликнулся. Значит – отверг. Другую девушку это, возможно, расстроило бы, повлияло на самооценку, но с Яной вышло иначе. Ее разрывало от возмущения и гнева, в голове кадрами ускоренной съемки неслись варианты расплаты.

За обедом она делались идеями с Ирой и требовала одобрения. Ира старательно жевала, потом мычала невразумительное и включала Леопольда: «А может, не надо вражды? Забудь ты его, а?.. Все, что ни делается, все к лучшему…» Яна не унималась. Давайте жить дружно? Нашли лохушку! С ней так нельзя! С ней! Так! Нельзя! Пусть запомнит на всю свою никчемную жизнь!

Скорее всего, Яна не остановилась бы на прожектах и все-таки совершила какой-нибудь акт возмездия, если бы не судьбоносная командировка. Шеф пригласил ее посетить один из филиалов в статусе своей правой руки. А вернулась она оттуда уже и в статусе любовницы.

Оказалось, от деловой влюбленности до самой обычной – одна командировка. Ни один шеф не устоит перед обожающим взглядом, равно как и никакая жена не остановит влюбленную и целеустремленную девушку.

Да, так часто бывает. Банальность? А что в этом плохого для молодой амбициозной девушки? Можно назвать иначе – классика. Как деловой костюм и туфли на шпильке. Именно похожие банальности открывают тем, кто на них соглашается, дорогу в жизнь. И если вам это не подходит, не значит, что не подойдет другой.

Новость Ира узнала из первых уст в первые же минуты рабочего дня за чашкой традиционного кофе. После этого Яна больше не откровенничала с коллегой, отдалилась, свела общение к деловым вопросам. Ира вздохнула с облегчением: разом исчезло и навязчивое общение, и угрызения совести из-за Михаила.

Второй щепетильный момент – родители. Сложно было предугадать, как они отнесутся к тому, что у жениха единственной дочери есть бывшая жена и ребенок. Они были сторонниками модели «один раз на всю жизнь» не только в теории, но и на практике. К разведенным у мамы было скептическое отношение: «Значит, что-то в нем не так. Раз не ужилась с ним жена». Мнение папы вряд ли отличалось.

Но все обернулось неожиданно хорошо. Будущий зять очаровал родителей невесты в день знакомства настолько, что они, кажется, готовы были тут же сопроводить детей в ЗАГС. Папе понравилось, что Михаил юрист – востребованная, серьезная профессия. Что твердо стоит на ногах, тоже. Мама отметила его спокойствие, рассудительность, мягкий голос, умение слушать. А бывшая жена, как оказалось, тоже плюс и снова характеризует его с хорошей стороны: не гулена, готов брать ответственность, ребенка не бросил. Открыть ради такого фирменную закрутку лечо!

Лечо для мамы было чем-то вроде коллекционной бутылки вина, которую хранили для особых случаев в подвале. Вместо подвала использовался небольшой балкон, где много не уместишь, но несколько банок семейного овощного шедевра заготавливалось ежегодно. Берегли для выдающихся дат и поводов.

Михаил нахваливал мамины сокровища, она скромничала и сияла, как ее любимый начищенный фарфор в серванте. Папа хихикал и одобрительно подмигивал дочери. Ира была счастлива.

Заявление подавали в жаркий день. Михаил пришел к ЗАГСу в джинсах, поло и светлых ботинках. Ире почему-то вспомнилась Италия.

– Взял отгул на работе по такому поводу.

– Впервые вижу тебя в чем-то не деловом.

– Работа обязывает. И как тебе? Я, если честно, люблю больше такое, особенно светлую обувь.

– Очень нравится. И я тоже люблю светлую обувь.

– Значит, мы идем по адресу!

В тот момент Ира в этом не сомневалась.

Свадьба прошла очень душевно.

Вика пришла на торжество со своей любовью последних двух лет, снова трагической. Он был женат. Но жену, конечно же, не любил и так далее, по классике. Любил Вику. Обещал уйти к ней вот-вот-буквально-скоро. Подруга традиционно переживала-плакала-ждала. Ире даже неудобно было говорить ей про свадьбу, но Вика, услышав новость, возликовала: «Ура! Значит, и у меня все скоро будет хорошо! Это знак для меня!» На самом торжестве она произносила красивые тосты, много смеялась, танцевала с любимым в паре и поймала букет невесты. После этого расцеловала молодую жену и прослезилась от умиления.

На работе Иру встретили пышным букетом.

Среди поздравляющих не было Яны, она как раз уехала в отпуск, по слухам – вместе с шефом. О том, за кого именно «наша переводчица» вышла замуж, ей сообщили добрые люди из отдела кадров сразу после приезда. А через три дня в этот же отдел вызвали саму Иру. Предложили уйти по собственному желанию в связи с оптимизацией компании.

– Что значит оптимизация? Сокращение?

– Ну не совсем…

Кадровик, отводя глаза, подталкивала ей документы на подпись. Ира как-то сразу догадалась, откуда растут ноги, и усмехнулась:

– Не понимаю. Если не сокращаете, должна быть причина увольнения. Какая? Если сокращаете – меня должны предупредить за два месяца, предложить другую должность, а если откажусь, выплатить компенсацию в два оклада. Разве не так?

– Ир. Давай честно, ты же все понимаешь. Начальство сказало. Я – исполнитель. Ну вот оно тебе надо? Так уйдешь по собственному желанию, с выплатой, а будешь бузить – неизвестно еще. Дадут волчий билет. Зачем он тебе в начале карьеры?

В коридоре столкнулись с Яной. Она даже не поздоровалась, но в глазах был триумф.

Ира сдала секретарю пропуск. Не сдержалась, провела по верхушке монитора компьютера пальцем, собрав пыль. Сколько работала, ровно столько хотела это сделать, но запрещала себе, чтоб не обидеть девочку-секретаря. А теперь-то чего? Они же с ней не церемонятся.

При виде пальца Иры секретарь театрально округлила глаза: «Утром же только протирала!»

– Просто здесь очень пыльно…

Ира ушла. Можно было бы сказать, что в никуда. Впереди ни одного нового предложения, позади – два года, обидно не оправдавших ни одного ожидания. Пыль. Рутина. Гордый затылок Яны-победительницы.

Зато ее ждала семья. Собственная. Это вдохновляло и отвлекало от жужжания мыслей вроде «Я неудачница…». Ведь семью-то она точно сможет создать такую как надо. Здесь-то все точно зависит от нее.

Теперь у нее есть муж, дом и свое будущее. А значит, есть к чему стремиться. Ведь без стремлений какая жизнь? Существование просто.