Это было странное чувство. Джонни вернулся в квартиру, которую совсем недавно видел как волшебную пещеру и где очень хотел когда-то остаться. Теперь же он будто окунулся в прошлое, а за спиной оставил будущее. Однако грустил Джонни недолго. Он вспомнил, что причин для душевных метаний пока нет, и времени на них тоже: судьба какой-то девушки зависит от результатов его поисков.
Джонни сел за свой стол и задумался: как бы сейчас действовал Агент 005? Понятно, помедитировал бы, порассуждал о смысле бытия, а затем начал бы размахивать рукой над планшетом. Джонни достал свой почти такой же гаджет. Чэнь сейчас засыпал бы вопросами «Цилинь»… А что может его энергичный и красивый, но одинокий казахстанский помощник?
Джонни расплылся в улыбке:
– Бэрримор, у нас есть работа. Составь полный список ресторанов и ночных клубов Алматы.
– Готово, сэр, – раздался знакомый голос с потолка. – Список открыт на вашем компьютере.
– Больше сотни, – пробормотал Джонни. – И в каждый нужно добраться, пообщаться с официантами, что-то заказать для приличия. Когда закончу, Нейлон умрет от старости. Бэрримор, отбери в первую группу лучшие заведения, куда ходят самые состоятельные клиенты. Проанализируй отзывы в Сети, рейтинг каждого, средний ценник, долю элитных вин в карте, меню шеф-повара.
– Готово, сэр. Должен отметить, качество ваших промптов значительно выросло.
– Спасибо, мой электронный друг, – усмехнулся Джонни. Странно, но похвала ИИ ему была приятна. – Теперь составь оптимальный маршрут по этой выборке. Заложи примерно час на каждое заведение. Цель: как можно скорее обойти все.
Первый ресторан отличался минималистичным декором. Роскошь проявлялась ненавязчиво: узнаваемый стиль дорогого дизайнера, светлые стены, лаконичная мебель из металла и белого дерева, светильники с крохотными абажурами. И, разумеется, высокие цены.
Источая аромат подходящего заведению дорогого парфюма, Джонни сделал заказ, после чего попросил пригласить администратора.
– Добрый день. Я провожу расследование в интересах влиятельных лиц, – выдал Джонни заготовленную легенду, которая во многом была правдой, и показал фотографии на планшете: – Кто-нибудь из этих девушек посещал ваш ресторан?
Услужливая улыбка застыла на лице администратора. Он посмотрел на экран. Джонни выбрал фотографии из личных архивов жертв – девушки в неофициальной обстановке обнимались с подружками. Так было больше шансов, опознание не сорвется из-за связи с убийствами.
Совместная работа с Чэнем дала свои плоды. Джонни легко читал чувства администратора. Сначала это было желание холодно отказать. Затем промелькнуло сомнение: «влиятельные лица» вполне могли обеспечить неприятности и ресторану, и недостаточно сообразительному работнику. Потом облегчение.
– Нет, – покачал головой администратор, ничуть не испортив идеальную укладку. – Но я запоминаю только постоянных гостей. Разовых посетителей у нас много, сложно всех удержать в памяти.
Джонни подумал, что он-то в памяти администратора теперь точно задержится надолго.
Второй ресторан отличался от первого всем, кроме цен. Раздутых форм мягкая мебель с парчовой обивкой, массивные люстры с хрустальными подвесками, тяжелые шторы, бархатные скатерти. Джонни казалось, что он забрел на королевский прием. И местный администратор был более вежлив: внимательно и дольше предыдущего рассматривал фотографии. Однако тоже никого не узнал.
Следующее место, где можно было дорого и вкусно поесть, понравилось Джонни больше. Много света – панорамные окна от пола до потолка не закрывали ни жалюзи, ни шторы. Солнечные зайчики озорно скакали по хрустальным бокалам и яркими лужицами разбегались по белоснежным скатертям. Заведующий залом тоже никого не узнал, но был искренне любезен. Поэтому Джонни решил задать следующий вопрос – о странных посетителях.
– Пожалуй, около месяца назад был необычный случай, – ответил заведующий после недолгого размышления. – Один парень попросил разрешения посмотреть на работу нашего су-шефа, который специализируется на молекулярной кухне. Это была странная просьба, но гость явно был из состоятельных, а интересовался не для забавы. Мы пошли ему навстречу. На кухне он пробыл более двух часов и задал повару очень много вопросов. Затем поблагодарил, оставил щедрые чаевые и больше не появлялся.
До вечера Джонни успел обойти еще несколько ресторанов. Они отличались дизайном, меню, цветовым оформлением, но было одно общее: жертв никто не мог вспомнить.
Джонни сидел за столиком с чашкой кофе и грустно листал длинный список оставшихся объектов, когда заметил чье-то присутствие.
– Дамир? – удивился он. – Рад встрече. Похоже, этот ресторан действительно хорош, раз вы его посещаете.
– Добрый вечер, – сдержанно улыбнулся Дамир. – Не так часто захожу сюда, как хотелось бы. Позволите к вам присоединиться?
Джонни действительно был рад поводу отвлечься от невеселых мыслей. К Дамиру подскочил администратор с меню, но тот заказал лишь воду.
– На самом деле, я хотел поговорить, – объяснил он, когда официант ушел. – Судя по вашим отчетам, в Москве было опасно?
– Вы же читали, – пожал плечами Джонни. – Обычная презентация нового альбома превратилась в погоню за работорговцем. Издержки профессии.
– Знаете, мне неприятно, что я, хоть и невольно, участвую в этом. Я что-то делаю по просьбе Даулета, обеспечиваю связь и технику, а в итоге вы рискуете… Что-то не так?
Джонни мысленно выругал себя за неспособность скрыть эмоции, но теперь уже приходилось отвечать:
– Планшет. Когда Чэнь его увидел, то изменился в лице. Догадываетесь почему?
– Ни малейшего понятия. Устройство топовое, заказывали по описанию Даулета и характеристикам…
– Верно, топовое. Только на встрече с Даулетом Чэнь его не доставал. Он отлично понял, что у меня почти такая же модель, как у него. Но сложно представить, что так могло произойти случайно.
Дамир задумался на пару секунд, после чего улыбнулся:
– Мы все живем в цифровом мире и получаем информацию не только от собственных глаз. Даулет вполне мог найти сведения о привычках Агента ноль-ноль-пять, как я нашел вас здесь. Ничего сложного.
– А меня вы нашли…
– Да ZOR подсказал. Или, как вы его зовете, Бэрримор. Но вы же не из-за планшета расстались с Чэнем?
– Мы не расстались, это лишь на время его поездки в Гонконг, – быстро возразил Джонни и снова мысленно выбранил себя за многословность. – В Китае ему не нужен переводчик.
– Гонконг? – приподнял бровь Дамир. – Там тоже кого-то убили?
– Нет. То есть да, но это не по нашему делу. – Джонни вздохнул и решил, что немного ясности не повредит. – Местная полиция попросила его помочь в расследовании сложного убийства, он помог. А сам отправился туда отрабатывать бриллиантовый след. Искать покупателя украшений.
– Понятно. – Дамир снова о чем-то задумался. – Но это огромный рынок. Многие состоятельные люди выбирают бриллианты в качестве подарка своим женам или дамам сердца. Иногда и мне приходится исполнять такие заказы.
Он осекся и сделал глоток из стакана. Джонни порадовался, что не только он сегодня слишком разговорчив.
– Я не видел на Зарине крупных бриллиантов. – Он изо всех сил старался скрыть торжество в голосе. – Она предпочитает небольшие украшения.
– Я вам ничего не говорил, – вздохнул Дамир. – Но замечу, что дорогие подарки покупают не только женам. И даже чаще не женам.
– Ого. – Джонни уже не в силах был сдержать удивление. – Они же такая красивая пара, неужели…
– Давайте остановимся на этом, – прервал его Дамир. – Я дорожу доверием своих партнеров и клиентов. А они работают только с теми, кто не задает лишних вопросов. И хотел я помочь вам кое-чем другим, а не рассказом об их тайнах.
– Чем же? – рассеянно спросил Джонни, переваривая новость об Абаевых.
– Могу помочь с опросом, которым вы занимаетесь вручную. Отправлю своих работников, подниму связи, и получим результат гораздо быстрее. Как я понимаю, проблем с финансированием у вас нет?
– Нет, Абаевы и Грачёв выделили достаточно, – задумчиво ответил Джонни.
– Грачёв? Да, ужасно потерять дочь. – Дамир снова отпил из стакана. – И Анастасия прекрасно пела, я когда-то слышал ее выступление.
– Но на презентации я вас не видел.
– Нет, на такие мероприятия я не хожу. Мой помощник сразу пишет отказ или выбрасывает все приглашения, кроме короткого белого списка. Так что скажете о моем предложении? Примете руку помощи?
Джонни вдруг понял, что Дамир действительно волнуется. Под маской успешного красавца скрывался искренний человек, который переживает из-за доставленных проблем и хочет загладить вину. Ему стало стыдно за свои упреки, хоть и довольно мягкие.
– Конечно, спасибо. Но с небольшим уточнением. Пусть ваши сотрудники побеседуют предварительно, затем организуют мою встречу с администратором или официантами. Важно, чтобы я сам услышал ответы, а не записал их с чужих слов. Но так я буду тратить по десять минут на каждое место, а не по полтора часа.
– Это немного сложнее, но выполнимо. – Дамир явно обрадовался согласию Джонни. – Я буду пересылать их отчеты Бэрримору, а вы с ним планируйте маршрут. Думаю, мы ускоримся раз в десять!
С наступлением вечера Джонни переключился на ночные клубы. Он планировал спокойно поговорить с барменами, пока посетителей было немного. Несколько расслабляло предложение Дамира. Джонни понимал, что вскоре опрос пойдет гораздо быстрее и незачем переутомляться самому. Зато можно уделить больше внимания оформлению клубов – это тоже часть светского обучения.
Интерьеры удивляли, а иногда озадачивали, словно хозяева развлекательных заведений города боялись повторить чужой дизайн. В одних клубах посреди танцпола возвышался привычный пилон для особых танцев; другие были затянуты искусственным дымом и подсвечены неоновыми огнями, что исключало нормальную видимость.
Были и совсем необычные. Зайдя в один такой клуб, Джонни решил, что ошибся дверью: голые бетонные стены, кабинки из кирпича со следами раствора, свисающие с потолка толстые трубы воздуховодов, гирлянды разноцветных электропроводов. Только нарядные девушки с бокалами в руках удержали его внутри. Увидев их и барную стойку, он вспомнил, что это модный стиль в дизайне – брутализм.
К сожалению, единственным его результатом оказались усталость и бесконечная череда интерьеров в памяти. Никто из опрошенных так и не узнал жертв Нейлона.
– Может, они были очень приличными девушками и не посещали злачные места? – вопрошал Джонни невидимого собеседника, возвращаясь домой. – Хотя жить в изоляции-то они не могли. Значит, нужно искать дальше, и не одному. Да, мой верный Бэрримор?
Он погладил пиджак в том месте, где в кармане лежал смартфон.
Водитель такси посмотрел на Джонни в зеркало особенно пристально.
Проспав всего несколько часов, Джонни решил сменить тактику. Кроме теоретических аргументов, были и практические: от кальянных ароматов и вида танцующих девушек у него все еще рябило в глазах, а рестораны лучше посетить позже, чтобы сразу и пообедать. Пройтись же по бутикам ничто не мешало.
Настроение немедленно поднялось. Бэрримор прочитал Джонни не одну лекцию про люксовые бренды, правильное сочетание тканей и цветов, про то, как одеваться модно, но не выглядеть глупо. Утомительные занятия вскоре стали любимыми, а выбор удачных работ из новых коллекций начал доставлять немалое удовольствие.
В Алматы было много торговых центров, но Джонни интересовали только фирменные магазины элитных брендов, поэтому список получился короче. Верный Бэрримор сделал нужную выборку и рассчитал оптимальный маршрут на день. Джонни же взял на себя самую ответственную часть – охоту на наряды.
Суета помогала отвлечься от тревожных мыслей, но в дороге они снова нахлынули. Джонни знал, что врожденные оптимизм и настойчивость – его оружие, поэтому свою задачу он выполнит. Но тревожили неудачи первого дня поисков. И грызли сомнения после разговора с Дамиром.
Конечно, лишь дело Даулета, кому он покупает украшения и вазы. Но еще эта странная история с планшетом. А ночью пришло другое осознание: Абаевы в разговорах с ним не раз приводили в пример британцев. Тогда же ночью он быстро успокоил себя: Даулет не подходил под профайл Нейлона, а Агент 005 в таких вопросах никогда не ошибается. Но Чэнь и не встречался никогда с настолько умным противником. Он сам признавал, что Нейлон его перехитрил несколько раз. Можно ли с учетом этого говорить о точности профайла?
Подъезжая к первому торговому центру, он наконец впустил в сознание главный вопрос: что он будет делать, если Нейлоном окажется его работодатель?
Заходя в прохладный холл ТЦ Esentai Mall, Джонни снова отогнал грустные мысли. Он давно усвоил, что нельзя вести переговоры в дурном настроении. Располагают к себе только улыбчивые, жизнерадостные собеседники.
На первом этаже он отыскал фирменный магазин Louis Vuitton. Знакомые крупные буквы светились на черной вывеске, стеклянная стена открывала идеальный вид: ряды полок с товаром и отсутствие покупателей. Было еще рано и ТЦ пустовал, а бутик и вовсе только открылся – Бэрримор точно рассчитал время. Джонни с широкой улыбкой вошел внутрь.
Он привычно огляделся, фиксируя в памяти обстановку. Лаконичный дизайн, ничего вычурного. Только боковая витрина выделялась пестрым узором на общем спокойном фоне. Как по волшебству, перед ним возник консультант – молодой парнишка с вежливой улыбкой.
– Добрый день. Позволите подсказать что-то конкретное? У нас большой выбор сумок из новой коллекции. Или же могу ознакомить с ассортиментом классической линейки.
Джонни в очередной раз мысленно порадовался собственным успехам. Он уделил достаточно времени внешнему виду и теперь производил нужное впечатление своего в этом мире кожи и известных логотипов. И все благодаря эксперименту Абаевых.
Чтобы не заходить на новый круг грустных размышлений, он перешел к делу:
– Да, я кое-что ищу.
Джонни достал смартфон и открыл фотографию платья, в котором нашли Анастасию. Картинки подготовил по его просьбе майор Зяблик: каждый элемент гардероба был снят и обработан так, чтобы не быть похожим на полицейские фотографии.
Консультант присмотрелся и отрицательно покачал головой:
– Это коллекция прошлого года. Сейчас ничего нет в наличии из нее.
– Ясно. – Джонни был готов к такому ответу. – А как насчет этих вещиц? Полагаю, они более актуальны.
Консультант вежливо пролистывал фото. Джонни подумал, как бы все изменилось, если бы обмолвился, что это вещи жертв маньяка.
– Есть только этот ремешок. Модель рассчитана на очень узкую талию, из-за чего ремень задержался в магазине. Хотя многие интересовались…
– Я бы хотел побеседовать с вашим байером, – с недовольным видом заявил Джонни. – Есть у вас тот, кто сам отбирает модели? Бывает на показах в мировых столицах моды, например?
– Побеседовать? Это не совсем та услуга, которую предоставляет наш магазин… – с трудом подбирал слова менеджер. – Но я могу попытаться записать вас на встречу. Мне надо проверить расписание…
Джонни применил особый взгляд, который тренировал несколько дней: так смотрят малыши на своих мам, когда хотят получить что-то здесь и сейчас. Сработало, парень дрогнул.
– Присядьте на минуточку. Посмотрю, что можно сделать, – ответил менеджер и исчез так же бесшумно, как и появился.
Садиться Джонни не стал. Он прошелся вдоль витрин с кошельками, клатчами и миниатюрными сумочками. Грамотная подсветка заставляла сверкать фирменную фурнитуру и логотипы – товары буквально умоляли их купить.
– Вам повезло! Кана примет вас за утренним латте, – раздался голос консультанта за спиной.
Джонни вздрогнул и еле удержался от испуганного возгласа. Он машинально взглянул на ноги парня: на том были вовсе не бесшумные мягкие тапочки, а классические туфли с каблуком.
Они прошли в дальнюю комнату, служившую магазину офисом. Кана оказался худощавым казахом с длинными «музыкальными» пальцами. Джонни решил, что французское имя – псевдоним, чтобы выглядеть значительнее. В мире моды впечатление играло еще большую роль, чем в бизнесе.
Одетый в бесформенную футболку оверсайз и мешковатые джинсы Кана с усталым видом потягивал лавандовый латте из высокого бокала. Довершали образ очки в толстой желтой оправе. Судя по отсутствию малейшего искажения, стекла были без диоприй. Все ради имиджа.
– Могу попытаться отыскать то, что вам нужно, но никаких гарантий, – с мягкой улыбкой сказал Кана. Его голос был таким же томным и тягучим, как лавандовый аромат латте. – Иногда в крупных магазинах Европы остаются модели прошлых сезонов.
Джонни сдержанно улыбнулся в ответ и протянул смартфон с фотографиями.
– Любопытные вещицы, стильные, – одобрил Кана. – Заметно выделяются даже среди бренда Louis Vuitton. Такого класса работы обычно становятся изюминками коллекции. Понимаю, почему вы обратили на них внимание: они будут актуальны долго и не обесценятся с уходом линейки сезона. Например, у нас были в продаже два очень дорогих ремешка, но это вещи для настоящих ценителей. Один вы видели, а другой был приобретен весьма необычным молодым человеком.
– Почему необычным?
– Ах, у него отличный вкус, но… Прекрасный костюм и булавка на галстуке с большим бриллиантом. Так уже очень давно не носят, хотя было стильно. И он был необычайно требовательным, ни на миллиметр не позволял отойти от своих пожеланий. Никаких консультантов, общение только со мной. Даже оплата исключительно наличными, хотя заказ был довольно большим.
– О, кажется, это один мой знакомый, – мгновенно сориентировался Джонни. – Можете описать его?
– Знакомый? Вполне возможно. – Судя по взгляду Кана, это был комплимент. – Казах, около тридцати пяти лет. Одежду я описал… На лица память у меня плохая, простите. Кому вообще интересны лица? Но по булавке вы его должны вспомнить, очень необычная вещь…
– Да-да, – перебил его Джонни, поняв, что добиться более полезного описания не выйдет. – Но, возможно, он или кто-то другой в городе приобретал у вас эти модели на какое-то знаковое мероприятие? Очень часто такие вещи надевают лишь раз, а потом они висят в шкафу. Юные модницы не всегда осознают ценность поистине стильных костюмов. Вы же наверняка иногда выкупаете такие вещи? Или я сам бы поговорил с владельцами, если дадите мне их контакты.
Кана грустно покачал головой:
– Вы абсолютно правы, и я несколько раз предлагал создать такую базу. Зачем хоронить красоту? Напротив, можно помогать нашим клиентам, точно определять их вкусы и предпочтения, заранее находить то, что им понравится в новой коллекции, делать рассылку с предложением. – Кана умолк мечтательно на мгновение, а затем продолжил: – Но увы, мы не отслеживаем клиентов, такова политика. Не ведем списки, не собираем базу. Мне жаль.
Кана посмотрел на погрустневшего Джонни и ободряюще улыбнулся:
– Но в вашем случае я могу сделать исключение. Оставьте свои контакты менеджеру. Я на днях отправлюсь в Париж, наверняка сумею что-то подобрать для вас. Тому, кто рьяно стремится к мечте, удача улыбается.
Вернувшись в машину, Джонни решил посоветоваться с Бэрримором.
– Похоже, в официальных бутиках нам не помогут. Они не хранят данные, а помнят лишь одежду. Нейлон мог купить здесь грузовик вещей, но его запомнили бы только за экстравагантный внешний вид!
– Или он мог заказать все прямиком из Европы, сэр, – поддержал его уныние Бэрримор. – И тогда искать след в Алматы бесполезно.
– Ты должен помогать, а не вгонять меня в депрессию еще глубже. Где твои манеры?
– Виноват, сэр. Адреса ближайших мультибрендовых магазинов я переслал вам. Продукция Louis Vuitton в них тоже представлена. И как вы знаете, в Алматы работают вольные байеры и стилисты, которые доставляют под заказ любые брендовые товары из Парижа, Лондона, Стамбула. Джонни Уали записан у двоих на сегодня, посмотрите свой календарь, пожалуйста.
Джонни завел двигатель.
– Вот это другое дело! Но чувствую, что без помощи Дамира не обойтись.
Остаток дня ушел на беседы с менеджерами бутиков, стилистами и байерами. Джонни раньше и не представлял, что в Алматы так много ценителей стильной одежды. Слишком много: хотя консультанты периодически узнавали модели с фото и сообщали, что продавали этот товар около полугода назад, никто не помнил даже в общих чертах покупателей. И записей, конечно, тоже никто не вел – уважение к личной жизни.
За завтраком Джонни грустно листал список ресторанов, клубов и бутиков: оставалось еще очень много работы. Затем посмотрел на свой график и чуть не вскочил со стула:
– Бэрримор, ты что мне напланировал? Двенадцать встреч на сегодня?!
– Да, сэр, – раздался невозмутимый голос из-под потолка. – Но обращаю ваше внимание, что десять из них протокольные. Ваш партнер Дамир переслал список мест, где уже побывали его сотрудники. Результат отрицательный, но вы хотели лично побеседовать с менеджерами.
– А, это от Дамира, понятно, – успокоился Джонни. – Да, впечатляет его темп.
– На самом деле, сэр, список гораздо длиннее. Я включил в ваш сегодняшний график лишь часть, чтобы вы все успели. Завтра таких контактов вдвое больше.
– Ого! Ну хорошо…
– И господин Дамир просил согласовать с вами время и место встречи для координации действий. У вас есть предпочтения?
– Вечером сегодня, когда обойду эти точки. В последнем ресторане можем и поговорить. И еще…
– Да, сэр?
– Выбери из соцсетей фотографии наших девушек в общественных местах. Если будет геометка – отлично. Если нет – постарайся распознать по архитектуре или дизайну, где сделано фото. Составь список любимых мест для каждой жертвы.
День прошел словно непрерывный марафон. Дорога, короткое знакомство в магазине или ресторане, вежливое подтверждение показаний, пара бесполезных уточняющих вопросов, сожаление о неспособности сделать больше, прощание и снова дорога. В коротких перерывах Джонни листал находки Бэрримора и почту. Когда было особенно тяжело, он вспоминал слова Чэня о том, что многозадачность – это способность интеллектуалов.
Вечером, уже сидя в ресторане перед встречей с Дамиром, Джонни услышал сигнал смартфона. Он собирался проигнорировать его: с большой вероятностью это мог быть спам или служебное уведомление оператора мобильной сети, а сейчас хотелось немного подумать. Но в наушнике раздался вкрадчивый голос Бэрримора:
– Пришло письмо от мистера Чэня.
Джонни тут же погрузился в чтение.
– Что-то важное? – раздался знакомый голос у столика.
– Простите. – Джонни смущенно вскочил, протягивая руку Дамиру. – Чэнь переслал отчет от ИИ. Данные, собранные в Москве, сопоставили с личными данными жертв из Казахстана…
Он остановился, когда сообразил, что разглашает следственную тайну. Дамир никак не реагировал, вежливо ожидая продолжения. Джонни вдруг понял, что сообщение касается их обоих, а потому он обязан сказать больше.
– Велика вероятность, что Нейлон не был лично знаком с жертвами. Даже не встречался с ними до похищения. Причем эти выводы ИИ сделал из моих отчетов. Что довольно странно, я ведь обошел далеко не все заведения в Алматы. Получается, можно свернуть работу?
– Для статистики часто используют срез данных, – пожал плечами Дамир. – Если выборка случайная, а сбор и обработка шли по всем правилам, можно делать выводы на основании усредненных значений. Это такой способ экономить усилия и ресурсы. Полиция не исключение: мало кто готов работать по-настоящему тщательно.
– Я готов, – сердито сказал Джонни. – И все равно не понимаю, чем могу помочь в расследовании, пока Чэнь в Китае. Хотя результаты почти нулевые.
– Почти? – оживился Дамир. – Что-то все же удалось найти?
– Если честно, мало полезного. Смутное описание одного из покупателей, которое подходит под профайл Нейлона. Но никаких новых данных это не дает.
– Фоторобот?
– Только одежды и аксессуаров, – горько усмехнулся Джонни. – Стоматологи помнят зубы пациентов, парикмахеры – волосы, а продавцы одежды – костюмы. Скорее мы получим их фантазию, чем описание реального покупателя.
– Если позволите дать совет, я бы не останавливал поиски, – доброжелательно предложил Дамир. – Прямого приказа прервать их вы не получали, средства у вас есть, время тоже. Зачем гадать по цифрам, когда можно все проверить?
– Думаете, остается надежда что-то найти?
– Какова вероятность выигрыша в лотерею у каждого участника? Почти нулевая. Но кто-то же становится миллионером. И всегда есть вероятность, что маньяк где-то ошибся.
– Чэнь Кунь очень высоко оценивает его интеллект, – заметил Джонни.
– Умные люди ошибаются не реже глупых. Он скорее «интеллигентный преступник» в терминах Джона Дугласа и Марка Олшейкера. То есть не имеет криминального опыта, не умеет профессионально скрывать следы преступлений. Мне вообще кажется, что полиция переоценивает его.[3]
– Откуда такой вывод? – нахмурился Джонни. – Он очень опасен.
– Конечно. Но я сомневаюсь, что московские следователи хотя бы нашли его операционную. Думаю, несколько дней все бегали по случайным адресам, а затем понадеялись, что как-то само все найдется. Или преступник настолько умный, что искать бесполезно. Хотя пройтись по спирали по всем подходящим помещениям от места преступления не так сложно, было бы желание.
Джонни хотел заступиться за ФСБ, но вспомнил, с каким настроением встречал их Листратов, и передумал. Интересно, а сейчас, когда Чэнь уехал из Москвы, хоть кто-то занимается Нейлоном?
– Думаю, вы правы. Зачем гадать, если можно проверить? Давайте закончим наш обход. И я бы хотел обойти поставщиков программного обеспечения и оборудования для слежки.
– Понимаю, – кивнул Дамир. – Их не так много в городе, список я могу составить. Но организовать встречи будет сложнее.
– Попрошу Кабдулина помочь, – отмахнулся Джонни. – Ему никто не способен отказать.
Встречу с IT-компанией удалось организовать только к обеду.
– Тебя выслушают и ответят на все вопросы, – заверил Джонни Кабдулин. – Но они тоже мажоры, никто не приходит в офис с утра, придется смириться. И я с тобой не пойду, для меня эта тема – темный лес. Но в случае проблем зови.
– Нужны данные о приобретении особенно мощного оборудования и самого продвинутого программного обеспечения, – объяснял задачу Джонни в просторном светлом кабинете молодому менеджеру. – Возможно, чуть более года назад были первые запросы. Затем обновления до актуальной версии.
– С аппаратной частью все почти ясно, но программная… – Менеджер задумчиво барабанил пальцами по столешнице. – Взлом соцсетей и личных аккаунтов, доступ к камерам и микрофонам, стирание записей в облачных хранилищах… Это скорее уровень спецслужб. Такой софт делается по спецзаказу, под контролем государства. Или, наоборот, нелегальными хакерскими конторами. Мягко говоря, не наш профиль. И даже не представляю, кто мог бы такое собрать под заказ частному лицу.
Джонни решил зайти с другого конца, но на секунду запнулся, когда сообразил, что придется опять разглашать закрытую информацию. Однако он пришел сюда по следственной необходимости, а не из прихоти. Кабдулин бы точно не ограничился намеками.
– Тот, кто купил это все, долгое время наблюдал за будущими жертвами, – осторожно начал он. – Полностью изучал их жизнь: личную, общественную. Скорее всего, он использовал оборудование для прослушивания на расстоянии: следов жучков в квартирах не обнаружили.
– Неужели у нас преступники стали такими продвинутыми? – Менеджер был явно обескуражен. – И состоятельными? Это же огромные расходы.
– В большей степени, чем вы можете представить, – хмуро ответил Джонни. – Судя по всему, он использует искусственный интеллект в своих целях.
Парень сокрушенно покачал головой. Затем пробежался пальцами по клавиатуре.
– Крупные или необычные заказы я всегда лично просматриваю. Мы точно не продавали такого, но проверю, поступал ли подобный запрос. Еще и оборудование для слежения… Нет. Ничего похожего.
Ответ не стал неожиданностью. Джонни уже понял по началу разговора, что шанс успеха мизерный. Впрочем, зачем гадать, когда можно проверить? И впереди еще несколько встреч, а удача непредсказуема.
– Ничего… Как же это может быть? – спросил Джонни у Бэрримора вечером, объехав деловой район города.
– Отсутствие результата тоже результат, сэр.
– И что это значит? Алгоритм Чэня всегда прав, то есть…
– То есть программное обеспечение было куплено в другой стране, – закончил мысль Бэрримор. – Наиболее вероятные страны: Российская Федерация, Объединенное Королевство…
– Да-да, я понял, – перебил его Джонни. – А здесь я только напрасно тратил время. Киберслед ускользнул, словно сладкая вата, растаявшая на солнце.
– Очень поэтично, сэр.
– Отстань.
Плохие новости лучше приносить лично. Поэтому Джонни взял себя в руки и поехал к подполковнику Кабдулину. Но начать разговор не успел, Серик все понял по его грустному виду:
– Компьютерный след завел в тупик?
Джонни молча кивнул.
– Бывает. Привыкай, наша работа почти вся состоит из таких разочарований. А если первая жертва была в Москве, то, может, и оборудование он покупал там.
– Может быть. Но Россия огромная. Там гораздо больше IT-компаний. Отыскать почти нереально.
Кабдулин насмешливо покачал головой:
– Еще месяц назад казалось нереальным выяснить все, что мы знаем о Нейлоне сейчас. Но откуда-то прилетел Чэнь, составил профайл, почти предсказал место ужасной инсталляции в Президентском парке. Ты переживаешь, что компьютерный след не привел сразу к цели, а месяц назад у меня никакого следа не было, ни одной ниточки, за которую можно потянуть. Сейчас есть над чем работать? Есть. Значит, будем работать!
– Но Чэнь – гений. У него собственная аналитическая система, которая сама просчитывает перспективность версий. А я только зря бегаю по городу.
Серик нахмурился:
– Ты его хвалишь и сомневаешься в нем одновременно. Кто тебе приказал разрабатывать эту линию? Он. Или ты считаешь себя умнее Чэня?
– Что? Нет. Я не сомневаюсь. – Джонни вздохнул. – Просто чувствую себя балластом.
– Так не будь балластом. Езжай в Москву. Раз в столице максимальное скопление передовых технологий, ищи покупателя там.
Джонни подумал секунду и закивал. Появился новый план, а с ним вернулась надежда. Возможность действовать бодрила. Или он действительно нуждался в небольшой выволочке, а в этом на Кабдулина всегда можно было положиться.
– Тогда вылетаю прямо сегодня. Отчет составлю в самолете и сразу же пришлю. Только надо парням подарки купить.